Экспертиза
Шрифт:
Под капюшоном невнятно чавкнули.
– Иногда я оказываю консультационные услуги в тех областях, в которых могу оказаться полезным. Письмо с приглашением и вложенным авиабилетом в бизнес-класс доставили курьером. Меня заверили, что такого мне ещё
Кончиками холёных наманикюренных пальцев Гольдфарб извлек из внутреннего кармана пиджака аккуратно вскрытый продолговатый конверт. Там, где должен был быть указан отправитель, красовался синюшный штемпель с номером почтового ящика.
– И что это за область? – повернулась к нему Маргарита.
– Искусствоведение. Специализация – ранние культуры человечества. Я специалист по петроглифам.
– Чегоглифам? – пожал плечами Гейм.
– По наскальной живописи, – пояснила девушка. Она медленно водила пластиковой ложечкой по кромке опустевшей кружки.
– Абсолютно верно, – кивнул старик. – Мой старинный знакомый по Строгановке попросил помочь его друзьям наверху разобраться в кое-каких тонкостях. Подробности мне неизвестны. Но он утверждал, что случай весьма любопытный.
– Наверху, значит, – задумчиво проговорил Гейм, поднимаясь и направляясь к двери. По дороге он поставил выпитую наполовину кружку рядом с распластавшимся на столе большой чёрной медузой Максом, слегка толкнул его в плечо. – Любопытно.
– Что
– Какая разница? – сонно промычала не склонная лишним вопросам медуза со стола, принюхиваясь к содержимому чашки. – Щас вернётся официант-лейтенант и все объяснит.
Гейм дернул за ручку и повернулся к остальным.
– Любопытно то, что эта дверь заперта.
Медуза насмешливо угукнула.
– Можешь поверить, умник.
– А вам что – внезапно подпёрло?
– В каком смысле заперта? – склонил набок голову на тонкой шее Гольдфарб, став неуловимо похожим на недоуменную цаплю.
– В том смысле, что нас заперли снаружи – вот в каком! – начиная раздражаться, буркнул Гейм. Он громко постучал кулаком по хромированному металлу. – Эй, вояки! Долго нас здесь мариновать собираются?
– Почему здесь охрана – военные? – задумчиво произнесла Маргарита.
– Если дозоветесь, не попросите официантку принести мне чаю? – сказал Макс, отодвигая от себя чашку с остывшим кофе, кривя круглое лицо в гримасе отвращения. – Говоришь им взбалтывать, а они смешивают.
– Ты же мечтал о кофе, – рассеянно произнес Гейм. Он присел на корточки и пытался рассмотреть что-нибудь через замочную скважину.
– Да кофе он варит отстойный. Может, чай – его конек? – отреагировал тот (Гольдфарб в знак согласия поднял указательный палец с затейливым перстнем).
Конец ознакомительного фрагмента.