Экстра

Вестерфельд Скотт

— Может быть, так происходит именно потому, что п орой мылучшие подруги, — отозвалась Тэлли, — а по рой другдружку ненавидим.

— Не понимаю, — развел руками Фриц.

Тэлли вздохнула.

— Но времена эпохи Красоты мы оказались, так сказать, по разные стороны фронта. Не потому, что мы хоте ли другс другом сражаться, но нас постоянно переделывали и,манипулировали нами, вынуждая предавать друг друга.— Ее голос зазвучал мягче. — Похоже, что-то из тех временв нас застряло.

— Но когда в сети

появился сюжет о масс-драйвере, ты позвала ее на помощь, — заметил Фриц, — Значит — она твой друг?

— Конечно друг. Она спасла меня от безмозглости, от красотомыслия — и не только меня, всех остальных в мире. И все же стычки между нами происходят регулярно. — Тэлли прищурилась и посмотрела на Фрица. — Вот почему меня пугает та операция, которой ты подвергся. Когда кто-то тебя переделывает, может всякое случиться. Чаще всего — плохое. Что-то такое, что ты потом не в силах исправить.

— Возможно, ты могла бы что-нибудь исправил, — сказал Фриц, — если бы поговорила с людьми, вместо того чтобы убегать неведомо куда.

Тэлли вздернула брови. Айя поспешно вмешалась

— Может, нам лучше понять, куда мы идем? А эти разговоры оставим на потом.

— Давай-ка кое-что проясним раз и навсегда, — строго проговорила Тэлли, глядя на Фрица. — Ты решился на эту операцию, чтобы иметь возможность выбалтывать тайны?

— Я все время врал, — признался Фриц. — Я сам себе не мог доверять, поэтому мне пришлось измениться.

— Какая трусость! — фыркнула Тэлли. — Неужели ты не мог просто научиться говорить правду?

— Я как раз учусь говорить правду, Тэлли.

— Но ты просто не оставляешь себе выбора! — Она ткнула пальцем в свой висок. — У меня в мозгу до сих пор сохранились элементы чрезвычайности, но я с этим каждый день борюсь.

— И иногда проигрываешь, насколько я заметил, — сказал Фриц.

Губы Тэлли тронула усмешка.

— Нет, пустоголовый, ты еще не видел моих настоящих проигрышей. И лучше бы тебе их никогда не видеть.

— Теоретически я не…

Айя встала между ними и громко спросила:

— Может быть, вместо того чтобы разбираться в тонкостях черепно-мозговой хирургии, мы все-таки решим, в какую сторону идти? Дождь немного утих.

Тэлли довольно долго свирепо смотрела на Фрица, а потом запрокинула голову. Действительно, барабанная дробь ливня стала тише.

— Яне против, — буркнула она.

Развернувшись, Тэлли прыгнула к ближайшему дереву. Обхватив ствол, онаначала карабкаться вверх. Фриц и Айя молча смотрели на нее. Их буквально заворожили стремительные и ловкие движения Тэлли, взбирающейся вверхпо стволу, раздвигающей перистые листья и наступающей на тонкие ветки, которые, казалось бы, должны былисломаться под ее весом.

— Я ее то и дело раздражаю, — горестно пробормотал Фриц.

Айявздохнула:

— Похоже,

Тэлли и абсолютная честность не совместимы. Они с Шэйчерез многое прошли. В нашем возрасте они сражались на войне.

Фриц опустил голову и тихо сказал:

— А вдруг она права? Возможно, я просто слишком ленив, чтобы говорить правду без всякой операции.

— Ты не ленив, Фриц. Не каждый создает собственную группировку.

— Может, и так, — проговорил он и прихлопнул москита на своей руке. — Но если бы не моя абсолютная честность, мы бы сейчас не бродили по джунглям.

— Верно. Мы бы до сих пор были пленниками. — Айя повернулась к Фрицу и заглянула в его огромные глаза. — И если бы не твоя абсолютная честность, ты бы, наверное, не остановил меня в ту ночь и не похвалил мой нос.

— Не говори так, — сказал Фриц и притянул ее к себе. — Иногда меня пугает то, что мы познакомились случайно. Если бы ты ушла с той вечеринки на минуту раньше, мы могли бы вообще не встретиться.

Она вытащила из волос Фрица мокрую веточку папоротника и вздохнула:

— И тогда тебе не пришлось бы мокнуть в этих грязных джунглях.

— Уж лучше быть здесь рядом с тобой, чем где-то еще, — сказал он.

Айя обвила руками плечи Фрица. Его пиджак промок и порвался на спине, а у нее болели ребра, но она крепко обняла его.

— Мне все равно, что думает Тэлли-ва, — прошептала она. — Когда ты говоришь такие глупости, я ужасно рада, что ты не способен врать.

Фриц нежно обнял ее, и их губы встретились в поцелуе. На миг Айя перестала слышать жужжание москитов и шум дождя. Осталось только тепло и дрожь тела Фрица, обнимающего ее.

Вдруг ветки над ними зашуршали и затрещали. Фриц иАйя оторвались друг от друга и посмотрели вверх.

Тэлли падала с дерева, перехватывая руками ветки и пианы, раскачивая ногами.

Через пару секунд она мягко спрыгнула в заросли папоратников и взволнованно уставилась на Айю и Фрица.

— Что случилось? — спросила Айя.

Я заметила неподалеку гуманоидов.

— А они тебя видели?

— Конечно нет. Тэлли с мрачным видом отвернулась.

— Но ты расстроена, — отметил Фриц.

— Да нет, ерунда.

Айя решила не приставать с расспросами, но у Фрица, естественно, были свои соображения.

— Тебя расстроил наш поцелуй?

Тэлли повернулась к нему. Удивление в ее взгляде сменилось гневом, а потом — каким-то другим чувством.

— Фриц, — негромко сказала Айя, — я не думаю, что Тэлли-ва есть дело до наших…

— Когда я в последний раз кое-кого поцеловала, я видела как он умирает, — просто проговорила Тэлли. — И вот что я подумала: смерть — из разряда тех вещей, которые исправишь — ни болтая об этом, ни делая себе какие угодно операции.