Эквивалент
Шрифт:
– Пошли, – скомандовал парень.
Сил сопротивляться у меня не было, и я послушно поплелась за ним в гостиницу. На стойке регистрации парень попросил двухкомнатный номер. Женщина—администратор покосилась на меня, но ничего не сказав, выдала ключ.
Номер был похож на квартиру – прихожая, кухня, две комнаты с огромными кроватями, ванная комната и туалет. Намного лучше, чем наша комната в детдоме. Подумав о детдоме, я вспомнила Алину и Ксюшу. Дико захотелось их обнять. У меня было ощущение, что мы не виделись годы, хотя прошло всего четыре дня.
– Иди
Я пошла в ванную комнату и закрыла за собой дверь. На двери висело зеркало во весь рост. Из него на меня смотрело нечто – волосы все всклочены и торчат дыбом, сарафан разорван, я была вся измазана в грязи. Просто чудище лесное. Я поскорее стянула с себя мокрую одежду и забралась под душ. Включила воду погорячее, какое—то время я просто стояла под струями воды, согреваясь. Когда мое тело перестало дрожать, я взяла шампунь и несколько раз намылила голову и тело, пока, наконец, вода, которая стекала с меня, не стала прозрачной. После душа я почувствовала себя намного лучше. Сарафан и купальник были безнадежно испорчены, я выбросила их в мусорное ведро. В ванной комнате были халаты. Я завернулась в один из них и стала сушить волосы феном. Расчески не было, поэтому пришлось раздирать спутавшиеся пряди руками. Я сушила волосы и рассматривала свое отражение. Мое лицо за эти четыре дня изменилось. Оно побледнело, щеки ввалились, огромные испуганные глаза смотрели на меня из зеркала. К горлу вдруг подкатили рыдания. Я выключила фен и включила воду посильнее. Я закрыла рот рукой, чтобы приглушить свои всхлипы. Слезы покатились у меня из глаз. Я долго плакала и никак не могла успокоиться. В дверь постучались.
– Эй, ты в порядке? Ты уже час там сидишь, – послышался голос за дверью.
Я несколько раз глубоко вздохнула прежде, чем ответить.
–Да, – сказала я.
– Еще пять минут и выходи.
Я с трудом взяла себя руки. В ванной комнате были новые зубные щетки и паста. Я почистила зубы и прополоскала рот. Глаза от слез покраснели. Я стала ополаскивать лицо холодной водой, чтобы хоть как—то привести себя в порядок. Но это не сильно помогло.
– Пять минут прошло. Выходи, или я ломаю дверь, – послышался голос моего надзирателя.
Пришлось послушаться и открыть замок. Я опустила глаза и прошмыгнула в одну из комнат. Но парень последовал за мной.
– Тут пакет с одеждой и всем необходимым, – сказал он.
– Спасибо, – сказала я, не оборачиваясь.
– Что у тебя с ногами?
– Все нормально, – буркнула я.
– У тебя кровь идет.
Я посмотрела под ноги. Черт, точно. На полу были красные пятна.
– Дай, посмотрю, – парень присел передо мной на корточки.
– Нет, – возразила я. – Ничего страшного.
– Я сам решу, – в голосе парня послышались стальные ноты.
Я села на кровать и вытянула ноги над полом, чтобы не запачкать кровью одеяло. Парень включил настольную лампу на тумбочке у кровати и сел рядом. Он положил мою ступню себе на колено, не особо беспокоясь, что я могу испачкать его своей кровью, и стал аккуратно ощупывать мою ногу. Потом так же осмотрел другую
– Надо обработать перекисью водорода. Схожу в машину за аптечкой.
Он вышел и закрыл за собой входную дверь на ключ. Я быстро осмотрелась. На окнах были решетки. Шансов на побег не было. Парень вернулся довольно быстро. В руках он нес аптечку и полотенце, которое захватил в ванной.
– Клади сюда ноги, – сказал он, расстелив полотенце на кровати. – Сейчас обработаю твои раны перекисью.
– Я сама, – еще не хватало, чтобы он заботился обо мне.
– Нет, – парень явно не терпел, когда ему начинали возражать.
– А.., – я хотела было начать спорить.
–Не спорь, – рявкнул он.
Он достал из аптечки бутылку с перекисью и смочил ею вату. Я отвернулась и стала смотреть в окно. Дождь усилился, по стеклу стекали огромные капли. Кожу на ступне вдруг сильно защипало. От неожиданности я вскрикнула и дернула ногой.
– Спокойно, сейчас пройдет, – парень схватил меня за щиколотку и тихонько подул на раны. Боль стала меньше.
– Как ты умудрилась так ноги изранить? Такое ощущение, что ты бежала по камням, а не по земле.
– Это у меня с пятницы. Мы бежали с девчонками босиком по асфальту. Думали за нами гонятся те уроды с пляжа.
– Понятно.
Парень крепко взял мою вторую ногу и также обработал перекисью. Опять сильно защипало, но в этот раз я была готова к боли, поэтому только поморщилась.
– Ты молодец, что смогла защитить себя и подруг. Ты сильно приложила этого парня, но так ему и надо.
От удивления, совсем забыв про покрасневшие от слез глаза, я подняла голову и посмотрела прямо на него.
– Так что со мной сделают? – тихо спросила я.
– Ничего.
– А с Алиной и Ксюшей?
– Вам ничего не будет. В колонию вы не попадете. Но это зависит от тебя.
Я сидела в недоумении. Парень достал из аптечки тюбик и стал наносить какую—то мазь мне на ступни.
– Это сильное заживляющее средство, завтра твои ноги будут в порядке, – пояснил он.
– Кто ты? – спросила я. – Что происходит?
Парень убрал перекись и мазь в аптечку, выкинул использованную вату в мусорную корзину. Аккуратно сложил полотенце и положил его на тумбочку.
– Завтра все узнаешь. Это долгий разговор. Сегодня уже поздно. Вот глотни, чтобы не заболеть, – он достал из аптечки фляжку, открутил у нее крышку, и я почувствовала резкий запах спирта.
– Я не буду это пить. Терпеть не могу алкоголь.
– Пей, я сказал. А то заставлю силой, – он со злостью посмотрел на меня.
Я взяла фляжку в руки и под его пристальным взглядом сделала глоток. Какая гадость. Я закашлялась. Алкоголь на голодный желудок – адская смесь. Потолок надо мной закружился, я быстро захмелела. На меня навалилась дикая усталость, глаза закрылись сами собой, и я провалилась в сон.
Когда я проснулась, на улице уже совсем рассвело. Дождь прекратился, в окно ярко светло солнце. Наверное, было около десяти утра. Я хорошо выспалась и чувствовала себя отдохнувшей. В дверь постучались.