Экзекутор
Шрифт:
77
Раньше тем же утром
Несмотря на усталость, ночью он почти не спал. Непрестанные громкие звуки, доносившиеся из соседней комнаты, заставляли его просыпаться, стоило ему задремать. Ближе к утру он к ним почти привык. Рычанию сдавленного, как у раненого животного, мужскому голосу сопутствовали женские взвизги: «Сильнее, беби, сильнее!» Эти звуки вторгались в его комнату каждую ночь. Порой он смирялся с мыслью, что его будит типичное калифорнийское землетрясение. От
Он покинул эту потрепанную гостиницу рано, как покидал каждый день. Его первая остановка, как и всегда, была у маленькой католической церкви, в паре кварталов от того места, где он нашел себе пристанище. Он нашел оскорбительным, что эта грязная ночлежка, которой пользуются проститутки и наркоторговцы, расположена так близко со святым местом. Как только он найдет то, что разыскивает, ноги его больше не будет в этом городе. Тот отнюдь не был городом ангелов, он был скопищем грехов и пороков. Городом дьявола.
Большинство прохожих на улице были облачены в пальто с поднятыми воротниками. Небритый мужчина в грязной майке и драном пиджаке сидел у входа в заброшенный магазин, пытаясь укрыться от ветра. Почесав живот, он припал к бутылке в коричневом бумажном пакете. Глаза их встретились, и бродяга протянул руку, надеясь на подаяние. Мужчина почувствовал, как от гнева по спине его поползли мурашки, и он с силой сжал пальцы вокруг странного металлического распятия в кармане, борясь с желанием пнуть бродягу ногой и колотить его до крови. Они смотрели друг на друга, должно быть, около полуминуты. Мужчина почувствовал, как края распятия врезались в ладонь, которая стала липкой от крови.
— Благодарю Тебя, Господи, — прошептал он, прежде чем оторваться от лицезрения пьяного мужчины и заставить себя двинуться дальше.
Он остановился на обочине, пережидая красный свет. Движение было сплошным. Горло у него пересохло, и он размял шею, покрутив головой слева направо. Заметив что-то на газетном стенде, он застыл на месте. Глаза у него расширились, и челюсть отвисла. Он не мог поверить тому, что увидел. Он почувствовал, как все его тело содрогнулось и сердце стало отчаянно колотиться в груди. Бог на его стороне. Теперь он был в этом уверен.
78
Средняя школа в Гардене была достаточно велика, занимая полквартала. Спорту тут явно отдавали предпочтение. Здесь было примерно тридцать игровых площадок, разделенных между теннисом, баскетболом и волейболом, не говоря уж о двух бейсбольных полях и футбольном. В тридцати зданиях размещалось более ста аудиторий, а в библиотеке хранилось столько книг, что было видно — муниципалитет не зря тратил на нее деньги.
Гарсия припарковался на одной из трех больших стоянок на территории школы и дал знать о себе в приемной. Секретарша тридцати с чем-то лет с экзотической внешностью, говорившей о смешении рас, стала внимательно рассматривать его жетон, не обращая внимания на трезвонивший телефон. Она оторвалась от лицезрения его щитка, закинула за плечи копну черных волос и уставилась в лицо
— Директор Кеннеди очень занят сегодня.
— Как и я, дорогая, — ответил Гарсия. — Я не отниму у него много времени, но мне необходимо поговорить с ним.
Она снова отбросила волосы.
— Он беседует с родителями студентов, но, наверно, минут через пять освободится.
— Пять минут я могу подождать.
Шесть минут спустя директор Кевин Кеннеди пригласил Гарсию в свой кабинет. Это был серьезный мужчина около пятидесяти лет, такой же высокий, как Гарсия, но более плотный. Его темные волосы были зачесаны назад в стиле Дракулы. У него было честное лицо, вызывавшее доверие. Он носил модные очки в тонкой оправе и безупречно сидящий светло-серый костюм. Директор приветствовал Гарсию теплой улыбкой и крепким рукопожатием.
— Прошу вас, присаживайтесь, детектив, — сказал директор Кеннеди, показывая на одно из кресел черной кожи перед его большим столом розового дерева.
Гарсия обвел взглядом просторный кабинет. Он был украшен красивыми полотнами, а на стенах висели различные дипломы в рамках. На деревянных полках разместились десятки маленьких примитивных фигурок. Слева от стола директора стояли два металлических стеллажа для папок. Большое окно в восточной стене кабинета выходило на основную игровую арену. Кеннеди стоял рядом с окном.
— Простите, что заставил вас ждать, — сказал он, сочувственно, хотя и с легкой нервностью, улыбнувшись Гарсии. — Хотя учащиеся разъехались на рождественские каникулы пять дней назад, тут еще царит легкое сумасшествие, тем более что сегодня последний день и для преподавателей. Вам повезло, что вы явились сегодня; завтра вы никого бы не нашли здесь. Итак, чем я могу помочь вам, детектив?
Гарсия объяснил свой интерес к Аманде Рейли и дал понять, как он был бы благодарен, если бы удалось найти хоть какую-то информацию о людях, которые общались с ней, когда она училась в Гардене. Директор нажал несколько клавиш на клавиатуре компьютера и развернул монитор, чтобы Гарсии было удобнее смотреть.
— Большую часть данных о наших бывших учащихся мы перевели в электронную базу данных, — объяснил он, — но не все. По крайней мере пока. Это медленный и дорогостоящий процесс, который требует людских ресурсов. И как раз в данный момент нам их не хватает. — Снова нервная улыбка. — Во всяком случае, в наших данных ее друзья не упоминаются. Это все, что у меня есть об Аманде Рейли.
Гарсия прочел информацию на экране компьютера Кеннеди. Она не содержала ничего нового по сравнению с тем, что Хопкинс уже нашел.
— Как насчет ежегодников? — спросил он.
Директор Кеннеди поправил очки на носу. Выражение его лица не вселило в Гарсию надежды.
— Мы организовали отдел в нашей библиотеке, посвященный именно ежегодникам, — объяснил он. — У нас были все экземпляры, но несколько лет назад они стали исчезать.
— Их крали?
— Так мы и думали. Проблема в том, что некоторые ребята крадут по привычке, а не потому, что действительно хотят обрести какой-то предмет и похищают его.
Гарсия улыбнулся.