Элантида
Шрифт:
Когда за очередным поворотом послышался неистовый скрежет и хлопанье крыльев, все мои ребята встали наизготовку, а Дани начал наскоро нашептывать маскировочное заклинание. Мне тут же было приказано не отсвечивать и занять позицию возле коней - в безопасном месте. Как я поняла, эти твари были намного внимательнее каменюк, или же за такой короткий срок Дани не успевал сотворить полноценное заклинание, но о всеобщем "остолбенении", как в прошлый раз, не было и речи.
– Дани, а этих можно убивать?
– спросила я, внимательно вглядываясь, в корявый край уступа, из-за которого они должны были вот-вот появиться.
– Нужно!
– усмехнулся Дани, выхватывая из ножен меч, заблаговременно прикупленный ведьмаком в оружейной лавке славного города Феринталя.
– Этим мы сейчас
Шум за стеной приближался. А потом...
Когда резко стало совсем темно, я сначала подумала, что это перестало действовать заклинание ночного видения, как предупреждал Дани. Но, как оказалось, к магии внезапно сгустившаяся тьма никакого отношения не имела. Буквально в одну секунду наш коридор наполнился почти сплошной массой крылатых тварей, очень похожих на летучих мышей. В тот же момент я поняла, что купол, поставленный надо мной Дани - не маскировочный, а защитный - после того, как несколько особо изголодавшихся хищников буквально размазало о его стену. И тут же я получила ответ на вопрос об их кулинарных пристрастиях - останки разбитых о невидимую преграду тварей были мгновенно пожраны их сородичами.
Зверь, увидев это, довольно фыркнул - за наше недолгое путешествие он уже успел зарекомендовать себя в качестве замечательного боевого коня и сейчас нетерпеливо переминался с одной ноги на другую, обижаясь, что его не пустили помахать копытами в новой драке. Но порадоваться за действующих воинов ему никто не мешал. В самом деле, то, что эти хищники оказались не особо брезгливыми до собственных собратьев, было нам только на руку, особенно учитывая, что нашим ребятам приходилось полагаться только на свое воинское искусство, исключая любую возможность использования магии.
Впрочем, кажется, это их не сильно расстроило. А вот тварей - сильно. Причем, настолько, что они начали повально и массово умирать, осыпаясь расчлененными тушками на каменный пол пещерного коридора. Я стояла, как завороженная, пытаясь в этом черном месиве разглядеть ход битвы. Как ни странно, волнения по этому поводу я не испытывала, и вовсе не из-за того, что лично мне опасность не угрожала, - ведь в случае неудачи я все равно не смогла бы выбраться из этого бесконечного лабиринта, и я это прекрасно осознавала, - но я была абсолютно уверенна в своих бойцах. Во всех. Даже в тех, которых в деле никогда не видела - я имею в виду Дани и Корда. И это не было защитной реакцией, моя непоколебимая вера в них была абсолютно осознанной. Я знала, что с этими ребятами можно перевернуть мир. Что, видимо, вскоре и должно было произойти. И бояться, что они дрогнут под натиском каких-то ископаемых тварей, было бы, по меньшей мере, глупо.
В самом деле, через несколько минут все закончилось. Дани, стряхивая густые капли черной крови пещерных хищников, мгновенно огляделся по сторонам, махнул рукой, снимая защитный купол, и коротко скомандовал:
– Побежали!
Не задавая вопросов, мы сорвались с места. Миновав несколько коридоров, мы скрылись в узкой расщелине. Тут же на месте только что свершившегося побоища послышалось утробное рычание, переходящее в смачное чавканье могучих челюстей.
– Это гракхи. Падальщики, - пояснил Дани.
– Трупоеды. По размеру чуть меньше каменюк, но жрут... все, что попадется. Зато камень не режут. Это наш плюс. В голос говорите, сколько хотите, они глухие. Идут на запах крови. Это наш минус, - грустно улыбнулся он.
Я оглядела наш отряд, с ног до головы залитый черной кровью "летучих мышей". Досталось всем, даже белоснежной Звездочке Эльстана, хотя я бы удивилась, если было бы иначе - когда мы бежали по тоннелю, кровь разве что с потолка не капала! Мы переглянулись. Дани поджал губы, потом спросил у ведьмака капли от горла и начал читать новое заклинание. Чавканье приближалось, потом на мгновение прекратилось и... перешло в утробный вой. Падальщик почуял новую кровь.
Я не слышала их шагов, они двигались бесшумно. Со стен не осыпалась с тихим шелестом каменная крошка, когти не царапали неровный пол, то, что там, за стеной кто-то есть можно было
Мое воображение живо описало потрясающую картину - как мы стоим здесь, уже третьи сутки, не шевелясь и не дыша, - причем, в полном смысле этого слова, поскольку дышать в этой вони будет невозможно, - а трупоеды, истекая едкой слюной, не мигая голодными вожделеющими мутными глазами, облепили маскировочный экран, сотворенный уже окончательно потерявшем голос эльфом, и терпеливо ждут, пока мы на самом деле не превратимся в самые настоящие трупы, став для них излюбленным лакомством. Я передернула плечами, отгоняя жуткое видение.
Сопение становилось все ближе. Вход в расщелину, готовую стать нашим последним прибежищем, начал мутнеть. Корд широко распахнул глаза-бусинки, чем меня несказанно удивил - я впервые увидела на его лице какое бы то ни было выражение, если не считать, конечно, тех поблескивающих клыков, как в прошлый раз.
Из-за поворота показалась совершенно мерзкая морда гракха, еще более жуткая, чем я ее представляла - желтые змеиные глаза, от взгляда которых возникало единственное желание - мгновенно слиться со скалой, умереть мгновенно, только чтобы никогда их больше не видеть, серая бесцветная кожа, покрытая роговыми наростами, заляпанная остатками черной крови летунов, и... огромная пасть с острыми желтыми клыками в несколько рядов и свисающей зеленой слизью, какающей на пол с едва слышным шипением. В ушах у меня тут же зашумело, но я собрала все силы, чтобы взять себя в руки.
"Дверной" проем мутнел все сильнее, и мне очень хотелось надеяться, что он на самом деле зарастает, и это не обман моего зрения и не следствие надвигающегося обморока. Падальщик сделал несколько шагов и... остановился, глядя прямо на нас. Он с шумом втянул воздух раздувающимися ноздрями и... взвыл. За стеной послышалось многоголосье его ответивших на зов собратьев.
Дани прикрыл глаза, не переставая бормотать заклинание. Падальщик неспешно двинулся на нас. Дани что-то прошептал, потом вдруг пошатнулся, но Корд его тут же подхватил и... залепил смачную затрещину. Признаться, я испугалась, что от этого станет только еще хуже, и наш маг вместо того, чтобы прийти в чувство, свалится с полноценным сотрясением мозга. Однако, как ни странно, это помогло - он судорожно вздохнул и продолжил с новой силой. Уже явно помутневшая "заслонка" начала сереть, превращаясь в бурый кисель, как тогда, когда за нами закрывался лаз в пещеру, только намного медленнее, потом... падальщик, почуяв неладное, резко шагнул вперед, почти коснувшись все сильнее мутнеющего субстанции.
Я постыдно завизжала. От неожиданности он отступил на шаг, удивленно хлопая глазами, потом зарычал и шагнул снова. Этого мгновения хватило, чтобы желеобразная масса, скрывающая нас, стала менее прозрачной, все больше загустевая, и очертания мерзкой морды уже не были такими отчетливыми, но всему хорошему, однако, приходит конец.
Монстр, клацая зубами, бросился прямо в проем и... увяз на расстоянии локтя от лица Дани.
Мы замерли. Почти все. Кроме, разумеется, самого мага и... ведьмака, одним движением вытащившего из сумки очередной пузырек и с размаху разбившего его об пол. Второй точно такой же полетел в разверзнутую пасть чудовища. В это же мгновение гракх издал душераздирающий вопль, я инстинктивно зажала нос, приготовившись к массированной атаке зловония, одновременно с этим прижимая свободной рукой к себе морду Зверя, пытаясь спасти ни в чем не повинное животное от опасности задохнуться в волне гнилого воздуха, но, к моему удивлению, ведьмак остался спокойным, даже слегка мне подмигнул. Я отняла руку от лица и осторожно вдохнула. В воздухе стоял тончайший аромат лесных трав.