Элем
Шрифт:
– Не знаю. Что-нибудь посоветуешь?
– Только одно. Не спеши.
С Цветочницей они перекидываются каким-то странным взглядом: как два старых друга, не желающих афишировать своё знакомство. Или как сообщники.
Дома меня ожидает очередной сюрприз. Вернее, на лестничной площадке. Прилично одетый человек в плаще и старомодной нелепой шляпе.
– Я звонил вам неоднократно, но вы не берёте трубку.
–
Он силится понять, шучу ли я. Я занят примерно тем же самым.
– И вы, посовещавшись с начальством, решили меня подкараулить в подъезде.
– Ну, не в трамвае же с вами знакомиться, - натянуто улыбается он.
– А насчёт начальства — вы в точку! Сразу виден намётанный глаз.
– Так чем могу быть обязан?
Человек оглядывается по сторонам, как бы спрашивая: здесь что ли будем продолжать беседу? Но у меня нет планов приглашать в квартиру кого бы то ни было и, тем более, незнакомца. Это всё ещё моя крепость.
По моей молчаливой инициативе мы спускаемся по лестнице вниз и падаем в маленьком кафе через дом от моего. Заказываем что-то незначительное, не претендующее на полноценный приём пищи.
– Буду с вами предельно откровенен, - говорит он, протягивая визитку.
Читаю на ней лишь имя: Виталий. Остальное меня на данный момент не интересует.
– Я представляю одну очень уважаемую фирму, заинтересованную в ваших талантах. Мы в курсе ваших временных неурядиц и готовы протянуть руку помощи.
– Не эта ли «уважаемая фирма» рылась у меня в шкафах пару дней назад?
Кажется, я застаю его врасплох этим интуитивным пассажем. Либо его испуг связан с тем, что он просто не понимает, о чём идёт речь.
– Мы бы никогда себе не позволили такого, - наконец произносит он.
– Ну, раз не вы, значит, кому-то ещё я стал вдруг интересен. Поразительное совпадение.
Виталий понимает это буквально: как намёк на взлетевшую цену вопроса.
– Мы за компенсацией не постоим, - горячо заверяет он, приложив обе руки к груди.
Считаю своим долгом кое-что пояснить:
– Если вы наводили обо мне справки, то должны были выяснить, что никаких материалов касательно проекта у меня нет и не может быть в принципе. Всё осталось там. И ещё: я давал подписку о неразглашении сути проекта в течение двух лет после завершения работы. Мне уголовная статья светит, если поступлю неосмотрительно.
Он снова смущается, но не надолго.
– Ах, вы про это! Нам не нужна ваша модель. Нам нужны вы.
Теперь моя очередь делать удивлённое лицо.
– Я?
– Модель, она сегодня одна, завтра — другая. Но ваши способности, они всегда при вас.
– Мои способности?
Мы смотрим друг на друга в упор, словно играем в старую детскую игру: кто первый мигнёт. Имеет ли он в виду тот
– Объяснитесь.
Виталий пожимает плечами.
– Что тут объяснять? Человек человеку рознь. Вы забраковали модель, за которую в любой другой фирме вам была бы обеспечена безбедная старость. Что тогда остаётся предполагать насчет её альтернативы... Простите, насчёт ваших новых идей.
Жучки что ли у них там понатыканы? Не исключено. Или человек свой имелся. Уж не Людочка ли? Или, может, Вадим?
– Вы не допускаете, что я блефовал?
– Вряд ли. Смысла никакого совершенно. И не в вашем характере.
Делаю солидную паузу, но больше для Виталия, чем для себя.
– Так что там за условия?
Виталий оживляется. Впрочем, весьма наигранно.
– Мы предлагаем переехать в Мюнхен. Отдельный дом, охрана, обслуга, персональный транспорт. Зарплата и прочие вознаграждения — вы таких цифр не видели, поверьте. Хватит и вам, и вашим бедным родственникам. Со всеми возможными гарантиями.
– Ну, а делать-то что?
– Это пока секрет.
Виталий доволен собой. У него на крючке — крупная рыба, как он считает. А я действительно не понимаю ни их целей, ни способа моего участия в их достижении. И Мюнхен меня совсем не привлекает.
– Тогда и моё решение останется для вас пока секретом.
– Вам нужно время подумать?
– уточняет он, уловив двусмысленность моей последней фразы.
– Вроде того. А то ещё вдруг ваши конкуренты что-то более внятное предложат.
Виталий криво усмехается.
– Не дразните нас. Мы очень, очень солидная фирма.
«Учреждению №322» больше не нужны ни солдат, ни шлагбаум. Это отрытие приводит меня к выводу о том, что они здесь существовали специально для меня. Абсурдно, но логично. С другой стороны, девушка на месте. И шоколадка у меня наготове.
Она расплывается в улыбке при виде угощения и отрывается от чтива. Смелею до того, что решаюсь проверить одну гениальную догадку.
– Скажите, у вас есть каталог всех спящих?
– Простите?
– Картотека?
Она растерянно протягивает мне пухлый потрёпанный журнал, найдя его к собственному удивлению в столе.
– Вы имеете в виду это?
Открываю наугад где-то на середине. Ну, так и есть. Какой я молодец! Перспектива прочесывания всех коридоров «учреждения» меня не прельщает.
– Вы — настоящее золото!
– говорю девушке комплимент, от которого она тут же поправляет прическу.
Теперь действую более осмысленно. Открываю список на букву «С»: Смолякова Алина. Место «двести двенадцать», третий ярус, корпус «шесть».