Эльфийская тень
Шрифт:
– Мне он нравится.
– Да? Видишь ли, после суда я мимоходом заглянул в магазин.
– Данила потянулся к волшебному мешку и извлек оттуда сверток прозрачного сапфирового шелка. Молодой человек развернул его, демонстрируя Эрилин платье изумительной красоты.
Девушка снисходительно посмотрела на своего приятеля.
– Я вижу твою руку сквозь ткань,- заметила она.
В ответ юноша широко улыбнулся.
– Скажи мне, Данила, сколько в тебе
– спросила Эрилин, тоже невольно улыбаясь.
– Мне нужно поддерживать образ, - пожал плечами Данила, убирая платье в мешок.
– Как я понимаю, мой подарок тебе не понравился?
– Ты меня правильно понял.
– Ладно, давай подумаем, что тебе подойдет. Как насчет голубого бархатного платья с вырезом вот до сюда? Нет? Тогда, на худой конец, ты, возможно, согласишься на синюю рубашку? Темно-синий шелк, несколько неброских золотых украшений. И плащ в тон рубашке. Да!
– воскликнул Данила.
– И раз уж мы затронули эту тему, должен сказать, я знаю один хороший магазинчик, как раз по пути к…
Эрилин нагнулась и шлепнула коня Данилы по крупу. Скакун обиженно заржал и рванулся вскачь. Конца фразы девушка не расслышала: ветер унес слова молодого человека.
Эрилин повернулась к своему отцу. Она медленно протянула к нему руки ладонями вверх, по-эльфийски выражая свое уважение. В глазах Арфиста блеснули слезы, которые он сдерживал долгие годы. Он повторил жест Эрилин. Потом его дочь подхлестнула кобылу и поскакала вслед за Данилой Танном.
– Осталась еще одна неразгаданная тайна, Данила, - заметила девушка, нагнав своего спутника.
– Куда ты дел эльфийские врата?
Данила важно посмотрел на Эрилин.
– Я перенес их в самое безопасное место на свете.
– И куда же?
– В Башню Черного Посоха.
– Куда?!
Лукавая усмешка озарила лицо Данилы.
– Ты знаешь более надежное укрытие? Или человека, который умеет хранить секреты лучше дяди Хелбена?
– Нет, но…
– Это еще не все,- продолжил Данила.
– Я переместил врата в комнату Лаэраль. Поскольку леди волшебница проводит много времени в Эвермите, я подумал, что у нее появится повод чаще навещать моего дядю. Как ты думаешь, может быть, это несколько улучшит его нрав?
Эрилин звонко рассмеялась.
– Вполне возможно. Однако меня мучит один вопрос. Когда эльфийские врата находились в Эвереске, меня постоянно тянуло в храм Ханнали Селанил. Не значит ли это, что теперь и я стану частой гостьей в обители Хелбена Арунсуна?
Данила издал тихий смешок, вообразив
– На самом деле я выбрал удачное место для портала. Эльфийские врата здорово нарушали Равновесие. Теперь, когда они находятся в Башне Черного Посоха, нам, возможно, удастся смягчить разлад между эльфами из Эвермита и Арфистами.
– Ты уже рассуждаешь как Арфист, - шутливо заметила Эрилин.- Может быть, и твое легкомысленное поведение изменится, а?
Вместо ответа Данила снял символ Арфистов с шелковой рубашки, отвернул плащ и надежно закрепил булавку на подкладке. Когда он обернулся к Эрилин, на его губах играла ленивая, безучастная усмешка признанного законодателя мод в Глубоководье и по совместительству мага-недотепы.
– Арфист? Я?
– хохотнул он.
– Моя дорогая девочка, твоя шутка произведет фурор в определенных кругах.
Эрилин чуть заметно улыбнулась:
– Значит, вот как ты намерен поступить?
– Думаю, так будет лучше, - беззаботно откликнулся Данила.
– А как насчет тебя?
– Когда я начала обучаться фехтованию, Кимил Нимесин сказал, что владелец Лунного Клинка всегда будет чувствовать себя отделенным от остальных. Мне всегда казалось, что я обречена на одиночество, что я - тень своего могущественного оружия. Но теперь Лунный Клинок действительно стал моим, а значит, многое должно измениться.
Эрилин взяла меч в руки и указала на руны:
– Теперь здесь девять рун. Эта руна - моя.
– Она помолчала, подбирая слова.
– Она не слишком увеличила силы меча, но зато сняла некоторые ограничения.
Повернув клинок рукоятью вперед, Эрилин передала его Даниле.
В серых глазах юноши вспыхнуло удивление. Ведь Эрилин предлагала ему гораздо больше чем меч. Глубоко тронутый, он принял символ ее дружбы и осторожно взял клинок обожженными руками.
– Редкая и драгоценная вещь, - прошептал он, глядя не на Лунный Клинок, а на девушку.
– Ты оказала мне честь, разделив ее со мной.
Некоторое время они смотрели в глаза друг другу, потом Эрилин отвела взгляд. Сердце Данилы сжалось, когда он заметил выражение неуверенности на ее лице. Чтобы разрядить обстановку, он нахально улыбнулся и, возвращая меч хозяйке, проговорил;
– Драгоценные вещи всегда следует делить с друзьями. Например, твою красоту.
– Он вновь потянул из мешка прозрачное синее платье.
– Что касается этого наряда…
Эрилин улыбнулась, и ее лицо просветлело.
– Не торопи меня, - попросила она.