Эльфогеддон
Шрифт:
— Ты говоришь так, потому что так следует поступать с гостями Ведомым Творцом? — несколько резко спросил Дамиан.
— Я говорю так… — его собеседница остановилась на полуслове и поджала губы. — Да какая разница. Хочешь сидеть тут — сиди. Я пошла.
Руби поднялась из-за стола и направилась к выходу. Дамиан нервно сжал и разжал кулаки, глубоко вдохнул и пошёл за ней.
— Прости. Это было грубо, — сказал он, поравнявшись с мисс Найт, — столько всего произошло в последнее время, нервы ни к чёрту.
— Всё в порядке. Но не нужно упоминать воинов
— Неужели стена спасает от всего? — сменил тему Дамиан. — Она не выглядит сильно надёжной и прочной. Высокой — да, но не более того.
— Стена. Прожекторы и приборы ночного видения. Снайперы. Гранатомётчики. Ещё пару сюрпризов, о которых гостям не стоит знать. И, конечно же, непоколебимая вера в путь Творца, ведущего нас за собой. Только всё это вместе позволило нам выживать целый год.
Дамиан внимал словам Руби, периодически кивая. У девушки был красивый мягкий голос, который было просто приятно слушать, и даже неважно, о чём девушка говорила. Они просто шли куда-то вперёд, а юноша рассматривал происходящую вокруг предпраздничную суету. Неподалёку несколько человек сооружали помост, напоминающий концертную сцену. Где-то выкатывали бочки, судя по прикладываемым усилиям, чем-то наполненные. Кто-то подметал и без того чистый асфальт, кто-то поливал цветы.
— Вода. Откуда у вас здесь вода? — спросил Хорс.
— Всё просто. Когда нижние уровни бункера обрушились, это случилось из-за землетрясения, как мы поняли. Если бы вы миновали поселение и прошли дальше, то увидели бы своими глазами разрушения на поверхности. Но вместе с этим открылись подземные ключи. Среди нас было много гномов, которые быстро сообразили, как всё это обернуть на пользу. И, предугадывая следующий вопрос, скажу, что с водой всё в порядке. У нас есть двое химиков, один из которых — обладатель научной степени. Прежде чем начать её использовать, всё было проверено десяток раз. И фильтры тоже никто не отменял.
— А те гномы ничего не имели против того, что Мордред… Ну… Верующий?
— Поначалу — да. Несколько из них даже со скандалом покинуло общину, не признавая лидером изгнанника. Один, кстати, потом вернулся. Но в итоге оставшиеся приняли путь.
— А ты сама? Ты всегда состояла в культе?
— Ох, не называй так, пожалуйста, нашу веру. Это не культ. Это истинный путь, который всем остальным ещё только предстоит понять. Кто-то сбился с него, кто-то и не знал. Но лишь когда достаточное количество сердец забьётся в едином ритме, Творец дарует нам героя, который низвергнет врага и его армию. И солнце вновь засияет на небе.
— Где-то я это уже слышал, — почесал Дамиан голову, — но ты не ответила на вопрос.
— Нет. Вообще, я с детства хотела поступить в Астарим на исторический факультет, но мне не хватило баллов. Поэтому я пошла на психологический здесь, в Берсте. На втором курсе к нам в город приехал настоятель Водоправ. Тогда просто Мордред Водоправ. Из интереса я пришла к
— Вот это совпадение. Я как раз учился на историческом, на первом курсе. До Катаклизма. Хотя хотел идти в военную академию. Мой отец сражался в Войне Эпохи.
— А мой остался на пятом уровне бункера вместе с мамой.
— Сочувствую.
— Спасибо. Но это было давно, я смирилась с потерей. Нужно жить дальше и двигаться вперёд, именно этого хочет от нас Творец. Нельзя зацикливаться на былом.
Дамиан собирался что-то ответить, но Руби схватила его за руку и потащила куда-то за собой.
— Скорее! Не думаю, что ты видел такое!
Девушка перешла на бег, так и не отпустив руку, и Дамиан следом за ней. Они оказались у жилого пятиэтажного здания, двери в котором были выбиты, а проход увеличен в два раза по высоте и ширине. У дома уже стояло несколько человек и гномов. Хорс обратил внимание, что примерно каждый пятый носил белую мантию.
— Что тут происходит?
— Мунбл. Он выступал в цирке. Во время того, что ты назвал Катаклизмом, он остался совсем один. Я не знаю, что ему пришлось пережить, но теперь он боится абсолютно всего. Настоятелю пришлось долго работать с ним, чтобы хоть как-то заново социализировать. Что изначально было непросто. Сейчас ты поймёшь, видимо, его уговорили выйти на праздник.
Из дома раздалось рычание, и что-то ударило по полу, так громко, что эхо прозвучало по всем этажам. Потом ещё раз. Потом из здания вышел Мордред собственной персоной, но смотрел он не на собравшихся, а на проход, и шёл спиной назад, руками словно приманивая кого-то к себе.
— Ну же, не бойся, мы же обо всё договорились. Давай, дружок. Покажись Творцу.
— То-о-о-орцу-у-у-у-у! — раскатисто прозвучал будто бы звериный голос, а в проходе показался самый настоящий огр. Великан, ростом под четыре метра, с руками и ногами, по обхвату давшими бы фору деревьям. Кожа была практически белой, в синих полосках-венах. Его лоб украшал толстый рог, что делало лицо с массивной вытянутой вперёд челюстью напоминающим носорога. Из одежды на огре была лишь набедренная повязка, служившая некогда наволочкой для двуспальной кровати.
— Молодец! Давай, смелее! — подбадривал гиганта Мордред.
— Па-а-апа-а-а! — зарычал тот и, сильно косолапя, пошёл в сторону гнома.
— Огр? — Дамиан повернулся к Руби. — Говорящий на ланге огр, считающий гнома своим отцом? Серьёзно?
— Не просто говорящий огр. Его зовут Мунбл, и он тоже следует пути Творца, — расплылась в улыбке девушка, довольная тем, что смогла удивить. — В какой-то степени. Он тоже будет слушать выступление в честь годовщины. Мунбл очень редко покидает своё убежище, только по особым случаям. И сейчас одно из них. Пойдём, мы тоже не должны пропустить!