Эльфовладелец, псимаговладелец, демоновладелец, секиреевладелец ... (Ппр-4)
Шрифт:
Я поскакал по доходному дому Идзумо голый, сверкая лазерными глазами, ища куда бы сбросить энергию. Навстречу мне попалась цундере в костюме горничной, которая с готовностью начала поливать меня водой. От избыка чакры душ помогал слабо. Мне нужно было её куда-то слить. Чакру. Я решительно схватил свою цундере и стянув с нее трусы, несмотря на сопротивление, насадил на свой член и начал отдавать излишки чакры. Она феерично окрылилась под бессвязные вопли и угрозы убить. Потом просто отключилась. А чакры все еще много. Рядом выскочила еще какая-то легко одетая секирей, в которую
– Ой горю!
– заорал я опять рядом с лежащими в отключке Цукиеми и Удзуме.
– Ой горю!
– заорал кто-то из соседней комнаты. Что за наглец там дразнится? Ну все, ты попал! Я ворвался в комнату, где прыгала секирей в обгорелой одежде. Я быстро овладел ей, подкравшись сзади... тьфу! Подкравшись? Похоже я летал как молния, слишком все вокруг медленные какие-то. Ох какие красивые огненные крылья развернулись у этой... Хомура?
– А чего парнем притворялась?
– укоризненно я шепнул обмякшей секирей. Так еще минус тысяча. Все равно много. Да куда все подевались, когда вы так нужны? Безобразие! Приходится посторонних насиловать! Бедную Удзуме переокрылил.
– Бени-чан?! Моя спасительница!
– радостно заорал я, увидев розовые волосы секирей: - Ходи сюда шибче!
Я подлетел к своей секирей и быстро уперев её руками в стену, сдернул темные шортики. После чего страстно начала толчками погружать в нее свой член.
– Я. Не. Беницубаса.
– отрывисто ответила секирей, стукаясь лбом о стену с каждым толчком: - Я. Сакура. А-а-ах...
Похоже я ей слил слишком много остатка. Она отключилась моментально, предварительно помахав на прощанье крыльями.
– Что здесь происходит?
– холодно спросила меня появившаяся Мия: - Минато-кун? Что за непотребство творится? Разврат! Прямо в коридоре! Почему девушки валяются со спущенными штанами и без сознания? А я тебя считала достойным ашикаби...
– Ты все не так поняла!
– покачал я устало головой: - Это был аврал. Аварийная ситуация. Или спасательная операция.
– И кто кого спасал?
– Они меня.
– От приступа похоти, эратоман несчастный?
– Нет! От избытка чакры, которую в меня слила Мусуби-чан. Мусуби оказалась реально ходячей биджу. Перегрузила мой чакрорезерв. Я чуть не погорел. Пришлось срочно искать носителей чакры, чтобы поделиться ей.
– Он меня изнасиловал!
– наябедничала очнувшаяся Цукуеми, подтягивая трусы: - А ведь я его потушить пыталась. Ведь он орал что горит! Как он смеет своих секирей насиловать?
– Он и чужих насилует!
– пришла в себя похмельная Удзуме: - Хотя я ему повода не давала к харасементу! Подумаешь, иду голая по коридору! Разве это повод в мою дырку свой член пихать?
– Он воспользовался моментом моей слабости!
– пожаловалась Хомура: - У меня как раз был огненный выплеск и трусики сгорели. А он сразу пристроился противный!
– А меня вообще с другой спутал!
– обиженно прошипела Сакура, потирая свой покрасневший лоб: - Ни тебе здрасте, сразу
– То есть вы все требуете для него наказания?
– холодно спросила Мия: - И чтобы он больше так не делал с вами?
– Нет!!!
– хором крикнули секирей.
– Ну подумаешь, погорячился, окрылил... с кем не бывает?
– усмехнулась Хомура.
– А я стала сразу сильней!
– задумчиво сказала Сакура: - Мне понравилось...
– А я его сама накажу!
– грозно пообещала Цукиеми, сверкнув глазами: - Жена сама отвечает за воспитание своего мужа.
– А я требую, раз он меня переокрылил, - сварливо сказала Удзуме: - То пусть поможет лечить мою бывшую ашикаби! А то она помирает бедненькая в больничке. А меня из-за нее местная крыша шантажирует. Грозятся прекратить курс антибиотиков. А еще пусть играет со мной в ролевые игры! Как с Гермионой. А то у меня куча костюмов скопилась, а все ненадеванные!
– А разве вообще можно переокрылить?
– удивился я.
– Можно, если подать чакры больше, чем все что до этого давал другой ашикаби, - сухо пояснила Мия: - Это считалось невозможным, потому что у всех ашикаби был равный потенциал. И он накапливался в секирей. Чем дольше существует связь секирей-ашикаби, тем трудней её разорвать. Кстати Удзуме права. Тебе придется помочь Чихо. Мы в ответе за тех, кого приручили.
– Да я же лекарь!
– ожила Сакура: - Давайте я попытаюсь помочь?
– Мы вместе поможем, - заверил я её пафосно.
– Штаны сначала одень, помогальщик!
– фыркнула Цукиеми.
***
Здоровая семья.
С операции "Похищение принцессы Чихальи" мы сразу метнулись на зов несчастной носительницы мокутона в парк. Всей толпой. И походя снесли чужие пати, тоже стремившиеся найти Кусано. Кстати Чихо удалось только слегка подкрепить. Слишком она слабая оказалась. Требовались зелья. Или еще что-то. Как раз Кусано могла помочь вырастить ингредиенты для лекарства.
– Братик ашикаби!
– пыталась повиснуть у меня на шее девочка. А у меня все в душе переворачивалось от этого. Слишком она мелкая была.
– Да что же это за извращение!
– проворчал я: - То к зоофилии с ушастыми склоняют, то вообще какую-то мелочь подсовывают! Я им что? Педофил?
– А я читала в интернете, что пятилетняя девочка из Перу родила ребенка!
– доложила Мацу.
– Вранье небось?
– с сомнением покачала головой Сакура: - Медицинский абсурд. У нее в таком возрасте и яйцеклеток быть не должно. Должно быть в два раза больше лет... и то маловато для родов успешных.
– Я не поняла, сестренки-чан?
– возмутилась Кусано: - Я-то тут причем? Меня просто сделали лоли! Это косплей. А по возрасту я такая же как вы! Почти. Разница в полгода. Только Мия-сама у нас старенькая. А мы все почти в одно время выращивались из пробирок.
– Что-то мне не нравится такой косплей!
– покачал я головой.
– И что теперь?
– надула губы Кусано, готовясь плакать: - Братик-чан хочет меня извращенцам оставить? Не хочет обо мне заботиться? Не хочет чтобы у нас была здоровая семья?