Эльфовладелец
Шрифт:
Они не стали требовать документы — узнали в лицо. Лишь обыскали. Но к тому моменту я избавился от всего оружия.
— Приятного дня, господа, — сказал я, взявшись за дверную ручку. — Кстати, не подскажете, как найти человека, отвечающего за титулы?
Стражи порядка переглянулись. Один из них пробасил в пышные усы:
— Третья дверь налево.
— Благодарю.
Порой мне кажется, что все государственные учреждения строятся и декорируются по одному образцу. Ратуша мало чем отличалась от того же суда. Унылые
Здесь, правда, перед каждым кабинетом стояли скамейки — как в земной поликлинике. Посетителей в столь поздний час было очень мало, а возле нужной мне двери и вовсе никого. Я постучался и заглянул внутрь. За столом сидел пожилой мужчина с зачесанными назад седыми волосами и усталым гладко выбритым лицом. На человеке был черный костюм и красный галстук. Чиновник занимался тем, что раскладывал документы по полкам — готовился идти домой.
— Рабочий день закончен, — монотонно проговорил человек, даже не взглянув в мою сторону.
— У меня очень важное дело.
Полный укоризны вздох:
— У всех дела исключительно важные.
— Но у меня действительно важное.
Человек набрал полную грудь воздуха, чтобы как следует отчитать наглеца. Поднял взгляд да так и застыл с надутыми щеками.
— Авелин?! Что ты тут делаешь?
Я проскользнул в кабинет и привалился спиной к двери.
— Хочу купить титул.
— Но… Тебя же лишили его два дня назад!
— Ну и что? Где написано, что я не могу купить его снова?
Чиновник поджал губу и потер подбородок. Наморщенный лоб и бегающие глаза говорили о тяжелой работе памяти. Наконец мужчина сдался.
— Действительно. Не припоминаю закона, который запрещал бы восстановление титула.
— А я не хочу восстанавливать старый. Хочу купить новый.
— Да неужели? — чиновник сцепил пальцы и подпер ими подбородок. — И какой?
— Дард.
Седые брови приподнялись.
— И где же ты взял такие деньги?
— Продал барахло из дома.
Собеседник вздохнул и откинулся на спинку кресла. Он так старался выразить жестами свое недоверие, что, кажется, перепробовал их все.
— Понимаешь ли, получение титула — дело небыстрое, — голос мужчины сделался мягким как бархат и тягучим как патока. — Требуется копия постановления суда о лишении. Она у тебя с собой? Можешь не отвечать. Затем надо снова принести клятву в присутствии не менее трех свидетелей и одного Наблюдателя. Ты привел их? Они ждут на скамейке в коридоре?
Я вздохнул и закатил глаза.
— Далее следует уплатить пошлину за бланк, чернила и сургуч для печати. Заверить у нотариуса черновой вариант титульной грамоты. Пройти психиатрическую экспертизу. Принести справку из полиции, что ты не привлекался по антигосударственным статьям. Пожертвовать в фонд малоимущих чиновников. И лишь потом, получив
— Да? А вы слышали новость? — спросил я.
— Какую именно? В последнее время слишком много новостей.
— Говорят, скоро цены на титулы вырастут. Дард будет стоить на пять тысяч дороже. К счастью, я заранее подготовился к такому раскладу. Жаль только, придется все заплатить в казну. Но что такое пять тысяч по сравнению с полусотней, правда?
Чиновник покачал головой и достал из стола какой-то документ.
— Раньше ты предлагал взятки лучше, Джен. Вот номер счета. Приходи завтра утром.
17
Места в холле почти закончились, а паланкины все прибывали и прибывали. Наряженные по случаю важного события слуги открыли двери нараспашку и выставили часть стульев на террасу. В этот раз обошлось без музыкантов, выпивки и угощений. Мероприятие проходило сугубо официально, безо всяких развлечений.
На аукцион собрались не меньше двух десятков местных землевладельцев. Тайры, дарды и даже раоляны — чаще в одиночку, но иногда с женами или любовницами. Костюмы строгие, белых и серых тонов — чтобы со стороны собрание не походило на похороны.
До начала оставались считанные минуты. Покупатели заметно нервничали. Много курили и мало общались между собой. В основном ходили по рядам живого товара и присматривались. Одни одобрительно хмыкали, другие разочарованно качали головами. Столь ухоженные и здоровые рабы явно обойдутся недешево.
Наконец последний посетитель занял свое место. Со второго этажа спустился сухопарый мужчина лет тридцати в длиннополом белом камзоле и накрахмаленном шейном банте. В руках он держал золотой колокольчик и миниатюрный молоток.
Колокол ударил трижды. Немногочисленные беседы стихли, гости повернулись в сторону аукционера. Тот низко поклонился и представился:
— Добрый день, дамы и господа. Моя фамилия — Эйвер. Если никто не против, мы начинаем. Итак, первый лот: земельный участок общей площадью пятьдесят сэн и этот замечательный двухэтажный особняк. Начальная цена — десять тысяч золотых.
— Пятнадцать! — выкрикнули с галерки.
— Решили пойти ва — банк, господин Калас? — улыбнулся Эйвер. — Кто больше?
Участники терли подбородки и кривили губы. Изрытая Свиньей плантация им была нужна как гхору пятый хвост. Но отказаться от торга, значит расписаться в собственной бедности. Гордость никому не позволила это сделать.
— Шестнадцать! — буркнул толстый усатый мужчина в котелке.
— Дард Марми — мое почтение. Кто больше?
Еще трое толстосумов подняли руки, доведя общую сумму до девятнадцать тысяч.
— Двадцать! — проскрипел сосед.
— Серьезный настрой на победу! Двадцать — раз. Двадцать — два…