Шрифт:
Прошло ровно семь дней после исчезновения известного в научных кругах генетика, Льва Геннадьевича Дубова. Уже неделю полковник Терентий Лихостай безрезультатно разыскивал выдающегося учёного и просто своего старого доброго друга Лёву.
Льву Геннадьевичу в картотеке паранормального отдела ФСБ был присвоен оригинальный псевдоним – «Вдруг». Такой замысловатый, такой взрывной и неожиданный псевдоним обуславливался мистическими идеями профессора, его фантастическими целями
Полковник Лихостай отдавал трезвый отчёт, что научная мысль не останавливается ни на секунду. Мир меняется с такой быстротечностью, будто время ускоряет свой шаг, превращая минуты в секунды, а заоблачные идеи в штамповочную продукцию, собранную на конвейере серийного производства. Что вчера романтично называлось, несбыточной мечтой, сегодня служит детям шутливым развлечением, а взрослым помогает в заработке на новые вздорные игрушки. Возможно, что рождённое сегодня открытие, такими, как Лев Дубов, завтра перевернут представления человека о нашей планете и о самом себе.
Терентий Лихостай чувствовал эти перемены и потому безоговорочно верил в талант Льва Геннадьевича. За долгие годы сотрудничества полковник Лихостай сдружился с Дубовым и эта привязанность и товарищеское понимание, переросло в симбиоз двух людей и убедительную веру мессианства блистательного и неординарного учёного из Москвы.
Профессор Дубов со студенческой поры отличался своеобразным и нестандартным мышлением. Он странно, неряшливо одевался, был крайне неразборчив в еде, имел бездну бытовых недостатков, и то же время судьба одарила его океаном феноменальных достоинств.
Работая молодым учёным в стенах одного секретного НИИ, Дубов подходил творчески и не шаблонно к своему труду, безусловно, выделяясь на фоне остальных «замшелых» коллег. Небывалая жажда побед в науке и несгибаемое желание личной, неограниченной свободы, приводило в замешательство руководство института. Гениальный мозг Дубова и его интеллектуальные способности, заточенные на поиск вселенских секретов, вызывали недоверие в коллективе, а зачастую и элементарную зависть. Некоторые из сотрудников незаслуженно считали Дубова безумным алхимиком, вцепившимся в идеи, развенчанные ещё в далёком прошлом. Другие полагали, что Лев Геннадьевич завышает свои возможности и отдаляет конечный результат работы, намеренно поднимая планку на недосягаемую высоту. Эти люди называли Дубова вслух фантазёров, а за глаза приписывали ему безумное, бесконечное позёрство перед коллегами и дружно шептали, что Лёва бездарь, обманщик и утопист.
В такой противоречивой обстановке заговора и подозрений годами
Несколько лет мытарств и безуспешных попыток найти себя вновь, закончились встречей с лейтенантом спецслужб – Терентием Лихостаем. Прошли годы, и лейтенант дослужился до полковника, а горячий, вспыльчивый Лёва, вырос в пятидесятилетнего, вполне респектабельного учёного, всё ещё мечтающего о великих открытиях.
Закадычный друг и бессменный куратор Терентий Лихостай помогал потенциальному титану науки, с лёгкостью, а когда и с боями, решая его бытовые проблемы. Лет так пятнадцать назад Лев Дубов получил от государства, шикарную жилплощадь в самом центре столицы. В нескольких комнатах той квартиры располагалась добротная лаборатория, укомплектованная передовым оборудованием, которое обновлялось в зависимости от требований учёного. С тех пор Дубов вместе с женой Яниной Павловной жил и работал в этом шикарном доме, полностью отдаваясь своему любимому делу, поиску загадочного ингредиента, который спасёт миллионы и миллионы жизней. Его дерзкая мечта проста и гениальна одновременно. Лев Геннадьевич мечтал вырвать волшебное зелье из божественных рук Творца. Цель Льва Дубова – создать волшебный эликсир бессмертия.
Дубов нехотя делился с полковником своими планами. Один раз в шесть месяцев Терентий Лихостай требовал отчёт о выполненной работе, и Льву Геннадьевичу ничего не оставалось, как поделиться информацией о своих упущениях или достижениях. А как иначе? Немалые деньги, потраченные на странные, бесконечные опыты, требовали ставить галочки в графе учёта выделенных средств и дружба здесь совсем ни при чём. Поиски истины в создании мистического эликсира, режущим слух эхом бесчисленных промахов и ошибок, доходили до полковника и совсем не радовали его. Но буквально месяц назад Лев Геннадьевич сообщил Лихостаю о прорыве, который ожидает его в скором будущем. Дубов никогда не углублялся в детали. Требовать от учёного скрупулёзный отчёт всё равно, что забирать добычу у пещерного медведя. Не отдаст ни за что. В недолгой беседе Лев Геннадьевич всего лишь рассказал и том, что работа над эликсиром молодости входит в конечную фазу и непременно завершится триумфом. Когда произойдёт это событие, Дубов не уточнил.
Конец ознакомительного фрагмента.