Элитный спецназ
Шрифт:
– Успокойтесь, – заведующая дала ей воды. – Деньги привезли из Самары. Их собрали в части, где служил ваш муж.
– Ничего не надо! Я дрянь!
– Вы еще не все знаете, – улыбнулась одними глазами докторша, – нам стоило большого труда убедить главного врача, чтобы ваш сын находился вместе с вами. Сейчас он на улице…
Когда Полынцеву увели, Ермакова набрала по внутреннему телефону номер главврача:
– Еще раз здравствуйте, Эдуард Юрьевич, это Ермакова. – Она бросила взгляд на двери кабинета и, убедившись,
– А какой примерно его возраст?
– Около сорока…
– Может быть, хочет познакомиться? – В трубке раздался смех. – Просто нерешительный…
– Не знаю, – вздохнула она и перевела взгляд на окно. – Я уже все передумала. Среди пациентов у меня похожего не было.
– Хотите, я распоряжусь, чтобы пока вас возили на моей машине.
– Нет, что вы. В случае чего меня может встречать отец. Просто я сегодня хочу поговорить с этим преследователем.
– Желаю удачи и будьте осторожны.
По окончании рабочего дня, предварительно предупредив на проходной охранника, она прямиком направилась в сторону стоящего у бетонного забора соглядатая.
Темные глаза, тонкие губы.
– Извините, зачем вы меня преследуете? – глядя снизу вверх на незнакомца, напрямую спросила она, отметив про себя, что по внешним признакам он не наркоман.
– Все-таки заметила?! – Он скривился в недоброй улыбке.
– А почему вы мне тыкаете? – возмутилась Инна.
– А разве от этого что-то меняется? – удивился он. – Ладно, пошли.
– Никуда я с вами идти не собираюсь! – Она почувствовала, как в голосе появилась предательская дрожь.
Он бесцеремонно подхватил ее за локоть и увлек по дорожке, ведущей через небольшой лесок к автобусной остановке.
Бросив отчаянный взгляд в сторону проходной и не увидев там охранника, она, словно в тумане, подчинилась.
– Значит, так, Инна Владимировна, вы должны написать открытое письмо в газету «Известия» с требованиями легализовать торговлю наркотиков и обосновать это с медицинской точки зрения.
От этих слов у Инны отвисла челюсть:
– Что?!
– Слушай, докторша, письмо есть. За вас его уже накропали. Нужно только подписать. Уже Государственная дума пришла к выводу, что в наших условиях, когда границы открыты, лучше сделать этот рынок подконтрольным государству. Сколько людей умирает от передозировки или поддельных препаратов? А сколько людей, не имеющих никакого отношения к наркобизнесу, сидят только из-за того, что им удачно подбросили пару чеков?
– А если я откажусь?
– Найдется другой. – Он освободил ее локоть.
– Вряд ли. – Она посмотрела в сторону остановки, которую уже было видно из-за деревьев, и, убедившись, что там достаточно народа,
– У вашего коллеги, на кого мы в следующий раз обратим свой взор, будет прекрасный пример, чем заканчиваются подобные отказы. Мы даже дадим ему подумать в тишине кладбища.
По спине Инны пробежали мурашки, а в горле пересохло:
– Хотите сказать…
– Да, в наше время люди часто попадают под машины, вываливаются с этажей при мытье окон или погибают от рук обычных уличных грабителей…
Они вышли к дороге.
– Наверное, вы думаете, что с подобной просьбой обратились только к вам? – Он внимательно посмотрел ей в глаза. – Ошибаетесь. Это повсеместно. Совет Федерации будет завален накануне принятия решения похожими обращениями специалистов. Во многих городах врачей вообще не пришлось уговаривать…
– Вы представляете себе ситуацию, когда наркотик станет доступен, как алкоголь?
– А разве у нас все пьют? – усмехнулся он.
– Все выпивают, но от спиртного не возникает чудовищной зависимости…
Незнакомец откровенно рассмеялся:
– Зрите в корень! Его сейчас купить в любое время легче, чем водку! А вы говорите о доступности! Откровенно рассмешили. – Неожиданно его лицо сделалось злым: – Помни, у нас есть много не очень гуманных способов склонить тебя на нашу сторону. – С этими словами он вынул из-за пазухи небольшого игрушечного медвежонка и протянул ей: – Через неделю у вашего приемного дитяти день рождения…
Подошел автобус. Инна машинально взяла в руки игрушку и на негнущихся ногах зашла на заднюю площадку.
Джабраилов позвонил Беслану Мусаеву по дороге из аэропорта.
– Почему не предупредили? – расстроенным голосом спросил Мусаев. – Мои люди могли бы встретить вас.
– Тогда бы наш приезд потерял весь смысл, брат. У тебя и так много охраны. У нее один минус: наши враги знают всех в лицо, – ответил Вахид.
– Где собираетесь остановиться?
– Пока в отеле. Нужно осмотреться.
– Хорошо, если возникнут какие-либо проблемы, звоните в любое время. – Беслан отключился.
Последнюю неделю все усилия Родимова были направлены на то, чтобы максимально подготовить за короткий срок группу Джабраилова.
Они отрепетировали похищение и вывоз преступника, уничтожение его различными способами в случае несостоятельности первого варианта. Не исключалась возможность попытки склонить Мусаева к выезду в Чечню и его задержания уже там. Вахиду и Исе сменили имя и фамилию. Джабраилов стал по паспорту Фазимом Инакаевым, а Батаев-младший – Можой Дугаевым. С прежними данными остался лишь Шамиль, так как был лично знаком с террористом.