Эмбарго
Шрифт:
Малко сделал невероятное усилие, чтобы подняться, прошел до патрульной машины, взял микрофон. Голос Кросби звучал четко и убедительно.
– Где вы? – спросил Малко.
– Почти что прямо над вами, – ответил техасец. – Я занимаюсь своим пожаром. Уже лучше. Через полчаса все будет под контролем. Я больше не нужен.
– Здесь тоже все в порядке, – сообщил ему Малко.
– Вы прекрасно поработали, – сказал Кросби. – Я слушал сообщение полиции. Все подняты на ноги. Думаю, что этих подонков вот-вот переловят...
– Садитесь? – задал ему вопрос
Короткое молчание, потом техасец сказал:
– Нет, контрольный радар Гэлвестона обнаружил «ДС-9» Джидды. Он кружится в ста пятидесяти метрах отсюда, на эшелоне 100, прямо на юге. И смеется нам в лицо. Подонок не в нашем воздушном пространстве. Его не достанешь. Полечу к нему с визитом.
Щелчок. Связь окончена. Малко посмотрел на полицейского.
– Сколько лететь до Гэлвестона? Вертолетом.
В тридцати метрах от них находился полицейский вертолет.
– Пять минут, сэр.
– Быстро, проводите меня туда.
Не одеваясь, в одних трусах, Малко побежал к вертолету. Он больше не чувствовал ни ожогов, ни боли. Он понял, что задумал Ричард Кросби, и хотел помешать ему.
– Дельта Танго, я Гэлвестон, отвечайте. Дельта Танго, я Гэлвестон, отвечайте... Дельта Танго...
Диспетчер повернул голову к Малко.
– Сэр, я не понимаю, слышит ли он нас, но вообще-то он должен быть на этой частоте. Я испробовал все варианты.
– А я понимаю, – произнес Малко.
В свою очередь он приблизился к микрофону и вызвал Кросби.
– Дельта Танго, я князь Малко, отвечайте. Господин Кросби, возвращайтесь, возвращайтесь.
Молчание. Микрофон ответил лишь негромким потрескиванием. Ричард Кросби выключил радиосвязь или не хотел отвечать.
– Где он находится? – спросил Малко.
– Он у нас на локаторе, – воскликнул неожиданно оператор. – Он в ста пятидесяти милях к югу, эшелон 120.
Малко подошел к зеленому экрану, по которому метался луч радара. Оператор показал на маленькую точку, быстро перемещающуюся при каждом приближении луча локатора. Эта точка все ближе подходила к другой точке.
– Через три минуты, – обеспокоенно объяснил оператор, – они будут в одной зоне.
Включенный микрофон потрескивал. Отблески пожара на «Мегуойл» доходили до них, правда, очень слабые. Малко думал о Ричарде Кросби. Один в своем «сэбрилайнере».
На карте, лежавшей перед Джиддой, все еще был только один красный кружок. Прошел уже час, но он не получил никакого известия от террористической группы, оставленной в Хьюстоне. В глубине души он уже понимал, что все кончено. Но продолжал подсчитывать, сколько заводов он сумеет уничтожить до наступления дня. Впервые в жизни у него дрожала правая рука. Машинально он подошел к рулетке, бросил шарик и смотрел, как он бегает вокруг стола. Чувствовал он себя почти как бог, неуязвимым.
Наклонился к иллюминатору и увидел сигнальные огни другого самолета, летящего перпендикулярно к «ДС-9». Машина приближалась стремительно, и Джидда подумал, что, может
Зазвонил телефон у самой его головы.
– Ричард Кросби на частоте 4, – сообщил Джидде второй пилот.
Нафуд Джидда так удивился, что сразу же нажал на клавишу 4, и тут же раздался голос техасца.
– Джидда, сукин сын, – с сарказмом спросил Ричард Кросби, – вы меня видите? Я чертовски близко от вас...
Нафуд Джидда почти физически ощутил пробежавший холодок смерти. Он все понял.
– Вы сошли с ума! – крикнул Джидда.
– Иду на вас, – торжественно заявил техасец.
Нафуд Джидда прильнул к иллюминатору и увидел маленький лайнер, несущийся прямо на «ДС-9», целясь ему в крыло.
Джидда вскочил с кресла, ринулся в кабину пилота.
– Мой бог, – слабым голосом произнес оператор, бледный, как полотно.
Он схватил микрофон и закричал:
– Дельта Танго. Опасность столкновения! Берите вправо, берите вправо!
На экране локатора две зеленые точки превратились в мигающие красные точки. Никто не произносил ни слова. Луч радара прошелся по ним, стер зеленый круг. Внезапно красные точки соединились. В микрофоне радиосвязи раздался шум, послышались неразборчивые слова, затем продолжительный свист.
Когда красные точки исчезли с экрана локатора, луч снова прошелся по нему. Механическим движением рук оператор снял трубку телефона, вызвал Кост Гард.
– Мэйдей, – сказал он. – Возможно, произошло столкновение в воздухе, эшелон 120, 150 миль юг-юг-восток Гэлвестон. Столкнулись частный самолет «ДС-9» и частный «Сэбрилайнер».
Повесил трубку, лицо осунулось. Трое мужчин все еще неотрывно смотрели на экран радара, хотя надеяться было не на что... Трижды луч локатора прошелся по месту столкновения. Безрезультатно. Малко выпрямился. Ричард Кросби свел счеты. По-своему.
Диспетчер-локаторщик горестно покачал головой.
– Этот Ричард Кросби был еще тот тип. Крутой, сукин сын. Какой-нибудь мудак этого не сделает! Особенно, если у тебя столько баксов.
Малко не выключил телевизор, и он работал всю ночь. Лежа на животе, он спал в своей кровати в госпитале Кантри Клаб. Он заснул, не дождавшись появления на экране комментатора новостей, объявившего, что сейчас телезрители услышат важное сообщение Федеральной комиссии по энергетике. Человек в светлом костюме оставался еще какое-то время на экране, затем появилось изображение, переданное через спутниковую антенну: араб с непроницаемым выражением лица, читающий коммюнике перед целой толпой журналистов, собравшихся в Дамаске.
Он говорил по-арабски, но диктор тут же переводил.
– Поскольку арабские страны удовлетворены конкретными действиями правительства Соединенных Штатов, эмбарго...
Казалось, что толстощекий усатый диктор, с лицом, круглым, как луна, с трудом произносит слова. Три канала США в ту же секунду передали эти слова. Но Малко это сообщение не разбудило.