Эмбер. Чужая игра
Шрифт:
– Я эмберит?
– Глаз хаоса! Нельзя же понимать все так буквально! Эти книги написал ЧЕЛОВЕК. Очень давно.
Тогда зачем я их читал? Нет, эта угадайка мне надоела. Пора собирать фактический материал. Сбор информации, анализ, выводы, программа действий. Только так.
– До скорого, – говорю я невидимому собеседнику и отправляюсь в путь. Хорошо было бы иметь лошадь. Еще лучше было бы уметь на ней ездить. В хрониках все ездят на лошадях. Вряд ли это сложнее, чем на велосипеде. Начинаю игру с отражениями. Значит, так: представить ТО место, вообразить перед собой Лабиринт и – вперед. Ать-два, левой.
Облака на секунду разошлись, блеснуло солнце. Гравий под ногами сменился тропинкой
Небо заголубело, когда я вышел на открытое место и вспугнул большую коричневую ящерицу, загоравшую на белом камне. Все точно. Путеводитель верен даже в мелочах. Дорога вновь углубилась в лес, но теперь вела уже к вершине холма. Деревья стали тропическими гигантами, растущими вперемежку с папоротниками. Повсюду слышались новые звуки: жужжание, шипение, тявканье. Я вел пальцем по странице и отыскивал глазами описанные в тексте приметы. Точность поражала. Вот появился отдаленный гул и большие, плоские, бледно-желтые цветы. Температура повысилась настолько, что рубашка, пропитанная потом, прилипла к спине. Шум перешел в мощный рев. Я подошел к самому краю пропасти.
Огромный, мощный водопад. Радуга и белое облако брызг. Вода рушилась вниз с обещанных трехсот метров, и гигантское мельничное колесо тоже было на месте. Оно медленно вращалось, полускрытое за облаком брызг. Высоко над головой пролетали огромные, странные птицы, парящие в восходящих потоках воздуха. Я отыскал в книге абзац, посвященный птицам. Что это доказывает?
Во-первых, я умею управлять отражениями. А во-вторых… Хорошо было бы чем-нибудь подкрепиться. Согласен даже на галеты из аварийного запаса. В тропическом лесу должны расти бананы, кокосы, ананасы и прочая экзотика. Оглядываюсь. Бананов с кокосами не видно, но метрах в пятидесяти ниже по течению из леса выходит женщина с корзинкой. Иду к ней. Всего несколько шагов, но рев водопада слабеет, как только тот скрывается за возвышенной частью берега.
Ба, да это не женщина, а девушка. И какая! Девушка моей мечты! Темно-каштановые волосы, выступающие скулы, серые глаза, подбородок с ямочкой. И все на своих местах. Испуганно и недоуменно оглядывается на меня, хмурит лоб в раздумье, протягивает корзинку.
– Это вам, господин.
– Мне? От кого?
Морщит лоб и хмурит брови, будто пытается что-то вспомнить. Беру у нее корзинку, ставлю на землю, присаживаюсь на камень.
– Как тебя зовут, красавица?
– Паола. – С удивлением осматривается, словно не понимает, как здесь очутилась. Я тем временем развязываю салфетку и заглядываю в корзинку. Точно! Это – мне. И никому другому. Вороне где-то бог послал кусочек сыру. Счастливая! А космодесантнику – галеты из аварийного запаса. Угощать ЭТИМ девушку…
– Тебя Харон прислал?
– Не помню… Мне надо идти. – Разворачивается и торопливо семенит к чуть заметной тропинке в зарослях. Открываю справочник-путеводитель и спешно перечитываю нужное место. ЭТОЙ девушки не было. Корзинка – была. Но не здесь. И девушку звали Дара, а не Паола. Я, правда, тоже не Корвин. От всей души завидую Корвину. В его корзине не было галет из аварийного запаса. Там были вино, хлеб и говядина. И девушки от него не убегали. Запускаю руку в корзинку и нащупываю под слоем галет горлышко бутылки. С радостным воплем извлекаю сосуд божественного нектара с загадочным названием – "Моча Бейля". Расстилаю салфетку. На свет появляются тонко нарезанный сыр и ветчина в
Утоляю голод и составляю план. Первым делом придется научиться фехтовать и ездить верхом. Высокие технологии в этом мире дают осечки. Лазеры и антигравы могут подвести. Решено. Учусь косить под местного, попутно собираю информацию.
Вино – великолепно. Может, только на мой непритязательный вкус. С аппетитом наворачиваю толстенные бутерброды с сыром и ветчиной. Не знаю, как попал в этот мир, но жить здесь можно.
С проживанием – никаких проблем. Я просто выдумал речку с прозрачной водой и десантную полукапсулу 5-го уровня защиты на берегу. Через два километра фантазия стала реальностью. Пятый уровень – это вроде туристской палатки. Защищает от дождя, насекомых и мелких хищников. Например, мышей и волков. Льва не удержит, а носорог сослепу пройдет насквозь без особых усилий.
На кухне, на складном столике меня дожидался горячий ужин. Торопливо, чтоб не дать ему остыть, сполоснул в реке лицо и руки.
Нет, плохой из меня кулинар. Мясо слишком пряное, вино – кислое и без градуса. Только жареный картофель удался. И не стоило выпивать на ночь две большие чашки какао. Теперь лежу, ворочаюсь и не могу уснуть. Думать о деле тоже не могу. Ясно одно. Нужно изучить новые возможности организма и определиться в этом мире. Космофлот пока подождет. А потом… Наверно, имеет смысл пойти в спасатели. Организую свою спасательную службу. Для самых тяжелых случаев. Я же теперь могу пешком до любой планеты дойти. А пока – нужно здесь обосноваться. Знакомства завести… Из головы не выходит девушка. Паола. Выдумываю ей биографию. Радушных крестьян-родителей, трех братьев и двух сестер. Она, конечно, младшенькая. Самая умная и скромная. Чуть что – краснеет и стесняется. Бог ты мой! А успела ли она добраться до дома? Я же менял отражения. Вдруг заблудилась? Бродит, напуганная, по ночному лесу – и все из-за меня. Нехорошо получилось. Нужно было проконтролировать. Проводить девушку, а не корзинку изучать.
В самый разгар угрызений совести слышу испуганный полувскрик снаружи. Выскакиваю в одних трусах и с фонариком. Она! Моя заблудившаяся мечта. Одна в ночи! Теперь главное – не упустить и не испугать. Направляю свет фонарика на себя и заговариваю девушке зубы. Мол, никак она опять с поручением ко мне, да как не побоялась – ночью, одна в лесу… Ах, заблудилась… Наверно, устала и проголодалась… Продолжая заговаривать зубы, завожу Паолу в дом, включаю свет. Ах, черт! Напугал чуть не до смерти! Здешние Эдисоны забыли изобрести электричество.
Подтягиваю трусы и обдумываю линию поведения. Паола смотрит на мой сверхскромный прикид, оттопыренный нефритовым стержнем, и пугается еще больше. Если не успокою, убежит в ночь. Спешно натягиваю брюки и рубашку.
– Где же тебе постелить? – делаю вид, что задумался. – Здесь! – сдвигаю надувную мебель и раскладной столик к одной из стенок. – Места хватит. Не очень удобно, но одну ночь… Нет, сделаем по-другому. Я сплю здесь, а ты – на моей кровати.
Прикладная психология. Теперь она меня уже не боится, и даже чувствует себя виноватой: согнала с законного места. Распечатываю новенький спальный мешок, несколько раз вжикаю молнией, показывая, как это делается, и спешу на кухню. Самое вкусное я съел, но в кухонном комплексе полно консервов с самоподогревом. Паола уверяет, что не надо беспокоиться, она сыта, у нее с собой есть… И тянет из кармана… Да-да, те самые галеты. Отбираю их у нее, кладу в хлебницу. Срываю гермоупаковку с бисквита и буханки ржаного хлеба, нарезаю крупными ломтями. Сую в кухонный комбайн упаковку обезвоженной ветчины. Но это пять минут ждать надо, чтоб пропиталась по всем правилам. Иначе на зубах хрустит. Лезу в холодильник за сыром, с удивлением вытаскиваю упаковку обезвоженной черной икры вакуумной сушки. Тоже – в комбайн.