Эмерит 2
Шрифт:
Утром я посмотрел на источник сопящей рядом подруги. В нем появилась красная искра, от которой уже пошли разные стороны тоненькие розовые жгутики. Помню, как меня корёжило каждый раз, когда у меня просыпалась новая стихия. Не буду оставлять Варю одну, вдруг надо будет подлечить. Поеду к королеве сразу отсюда.
Стараясь не разбудить, тихо встал и ушёл на кухню варить кофе. Поставил турку с арабикой на печь. И вот, когда процесс пошёл, и скоро надо было снимать турку с огня, раздался крик боли из спальни. Я кинулся к Варе. В спальне передо мной предстала картина, как девушку корёжит.
— Тихо, тихо, потерпи, девочка, скоро все закончится, — я начал ее укачивать в своих объятьях. — У меня тоже так было, сейчас все пройдёт.
Через несколько минут борьбы она обмякла и начала всхлипывать:
— Больно-то как!
— У меня тоже так было, хорошо, что первой пробудилась лечебная стихия, а то бы не пережил все эти повышения рангов…
— Боже, представляю, через что тебе пришлось пройти!!!
— И не говори. А с последним рангом я вообще умер, но мой ангел сказал, что пока рано, и я вернулся… Ну, как? Тебе лучше?
Она прислушалась к своему организму и с удивлением ответила: — Да, все прошло! Спасибо тебе, все получилось! — она прильнула ко мне и крепко меня обняла. А до меня донеслось яростное шипение и запах гари.
— КОФЕ!!! — заорал я раненным лосем и ломанулся обратно на кухню. Там творился ад: клубы дыма и отвратная вонь жженого кофе. На обезображенной раскалённой печке сердито шкворчала полупустая турка. Бросился проветривать и вытирать. Через некоторое время из спальни выползла Варя и сморщила носик:
— Ярик, я вижу, ты совсем не умеешь варить кофе! Наверное, еще и стираешь плохо, и посуду не умеешь мыть? Кто же тебя такого в мужья-то возьмёт? Придётся мне с тобой мучиться!
— Мухина, это все твоя Сила огня! Видишь, как на расстоянии подействовало? Так что, тряпку в руки и вперёд! Ты права, посуду мыть и убираться на кухне — не моё.
— Ладно, покажу тебе мастер-класс. Учись! — она взяла тряпку и, ворча под нос, начала устранять последствия. — Если так каждая инициация будет заканчиваться, то я — пас. Ладно, боль пережить, мы, женщины, к боли привычные, а вот кухню драить — это ниже дворянского достоинства!
— Давай-давай, ум, честь и совесть нации, стенку еще протри, вон, вся в коричневых потёках. Все князи из грязи вышли.
— Не, там не оттирается, ты попробуй. А вообще, я буду старшей женой, а тебе еще младшая нужна для таких вот работ. Ты бы с той девицей помирился, что ли? И съезжать не надо будет. Она меня в качестве младшей жены устраивает.
Я начал с удвоенной силой тереть стену: — Мухина, ты эти мысли из головы выбрось! Не до женитьбы мне в ближайшие годы. Надо клан сначала создать и потом его поднимать.
— Да я помню. Это я так, пошутила. Вдруг, ты расслабился и потерял хватку? Куй железо, пока горячо. А мне очень горячо было!
— Ну, хоть с пользой погрелась. Получила Силу огня, как и заказывала.
— Да, еще раз спасибо! — она полюбовалась на свои светящиеся красным руки.
— Фух, вроде, закончили. Ладно, давай, завтрак готовь, я в
— Ага, топай. А то пропах жжёным, а тебе ее еще соблазнять для успеха нашего клана.
— Думаешь, без этого никак? У неё, вообще-то, муж есть!
— Муж, объелся груш! Во все времена у королев и императриц были официальные фавориты, о которых их дражайшие супруги знали. Так что, с твоей внешностью, у королевы нет шансов пройти мимо. Ее же фрейлины и не поймут!
— Ну-ну, посмотрим. Я же официально всего лишь новик!
— Главное, что одаренный дворянин, богат и смазлив, а ранг для королев уже не важен…
Глава 8. На приеме у Королевы
Журнал моды провел конкурс среди мужей на тему:«Как ваша жена должна одеться, следуя с вами на прием или в театр?»Первое место занял знаток моды за ответ: «И думать нечего, у вас все описано!»Последнее место занял мерзавец, ответивший: «БЫСТРО!»
Я не спеша ехал на Аурусе в центр. Некоторые машины пропускали, чтобы поглазеть, но многие подрезали. Разогнаться перед красным светофором, выжимая из малолитражки все силы, и перестроиться перед самым носом у престижной машины — это чисто по-польски. Но и других доброжелателей хватало. Один мужик на светофоре, увидев российские номера, остановился в правом ряду чуть впереди моей машины, открыл окно своего джипа, сплюнул мне под колёса и матернулся, благо я их мат понимаю еще с прошлой жизни. Да, а нас здесь «любят». Посмотрел на него и чуть придавил «Императорским гневом». А че? Пусть живет, я сегодня добрый. Хотя, и неприятно. Мужик сбледнул с лица и резко сорвался на запрещающий сигнал светофора. Ну, хоть, ни в кого не въехал. От светофора я отъезжал в полном одиночестве — остальных водителей тоже немного зацепило.
Очутившись, наконец, у королевского дворца, открыл окно и представился. Вооружённые саблями гвардейцы оценили Аурус «Ультиматум» и мой прикид, приняли на караул и пропустили. Подъехал прямо к парадному входу, к машине подскочил дворецкий и открыл дверь:
— Прошу, пан.
Кивнул с важным видом и отдал ключи от машины. В принципе, приехал, как и хотел — за десять минут до встречи. Рано приезжать — потом маяться в приёмной, позже приехать — признак неуважения. А пяти минут должно хватить дойти неспешным шагом до королевы и немного подождать. В зале ожидания были опять гвардейцы, смазливый новик-секретарь с военной выправкой и министр туризма, который только покосился на трость в моих руках.
— Добрый день, господин министр, — я коротко кивнул. Не надо проявлять фамильярность на виду у посторонних: неизвестно, чем это может аукнуться. Поэтому сохраняем официоз и улыбаемся. Войтех кивнул в ответ и сделал морду кирпичом — боится, чтобы окружающие не заподозрили его в связях со мной. Ровно в три секретарь открыл перед нами двери. Зашли. Ха! А я угадал с камзолом — королева тоже была в традиционном платье с вышивкой и короной, увешанная защитными артефактами. И корона была явно непростая — в ней выделялись светящиеся в магическом зрении камни со стихией разума.