Эмерит
Шрифт:
— А я схожу на ужин, проголодался к вечеру. Ты точно есть не хочешь?
— Хочу, но идти куда-то влом. Устал сегодня. Слушай, купи мне чего-нибудь заточить и сочку какого попить, — я достал из бумажника пятитысячную купюру.
Ушел. С кем бы пообщаться? Позвонил Кристине. Не отвечает, обиделась за порчу салона, наверное. Набрал Дашу, тоже длинные гудки. Точно, спелись меня поставить в игнор — воспитывают. Ну-ну. Позвонил Мухиной.
— Привет!
— Ага, привет.
— Что нового?
— Да вот, готовлю новость для «Пыжика» об одном забавном случае на «Лидерах
— Ёптить! А кто это сделал, известно?
— Конечно! У меня очень информированные источники.
— Варя, а может, не публиковать такую новость? Я даже могу к тебе заехать, обсудить отмену публикации…
— Ярик, ты думаешь, этот факт останется незамеченным? Весь высший свет уже знает об этом. Для остальных это просто газетная утка и повод почесать языками. А для меня — интерес читательской аудитории. Ты лучше поделись, как ты смог выдать столь сильный гнев, свойственный царственным сестрам?
— А наши телефоны не прослушивают?
— Нет, без санкции Канцлера дворянские переговоры защищены от прослушки законом. Ты же не враг Империи?
— Нет.
— Значит, никому неинтересен, кроме меня. Так что, давай, колись!
— Это спорное утверждение. Княжны здесь вокруг меня хороводы водят.
— Ой, хватит набивать себе цену! Давай, рассказывай!
— В общем, я стал архимагистром.
— Писец!… А это точно? Когда?
— Точнее не бывает, сегодня ночью.
— Вот если бы тебя не знала, подумала, что пиздишь, как дышишь, — на другом конце провода повисло напряженное молчание, наконец, мобильник отмер:
— Вот что, ты мне ничего не говорил, а я ничего не слышала!
— Что, всё так серьезно?
— А ты как думаешь? Вдруг Романовы увидят в тебе угрозу своей власти? Архимагов в империи всего два, а паровозы надо давить, пока они чайники!
— Но, вон, в той же Англии три архимага!
— И двое из них связаны родственными узами с третьим архимагом — императрицей Анной! В общем, в твоих интересах об этом молчать.
— Да молчу я, молчу! Я по-прежнему новик для всех.
— Теперь уже не уверена. Ладно, будь на связи, я провентилирую, какие слухи ходят в свете.
— Ага, спасибо.
— Спасибо в карман не положишь.
— Понял — не дурак, был бы дурак — не понял. Буду должен.
— А где радость в голосе? Давай, не скисай! Ты же архимаг!!! Уму непостижимо! Да ты прыгать до потолка должен от открывающихся возможностей!
— Как все благополучно закончится, вместе попрыгаем. В разных позах.
— Договорились! Все, чмоки-чмоки, пока!
— Пока…
Вот черт! А я надеялся, что никто ничего не понял. А оно оказалось… Теперь раскрытие факта моего повышенного ранга пошло уже на считанные дни. Стоит только людям сложить два плюс два, и привет. С другой стороны, мне сказали развлекаться? Сказали. Значит, должен оторваться по полной. Танцуй, пока молодой!
Вернулся Виктор с коробкой пиццы и бутылкой шампаньезы.
— Витя, что за…
— Да только это было в буфете. На что денег хватило, то и взял, — а глаза такие невинные-невинные.
—
— Аристократы? Слушай, тут нас к себе в гости Юсуповы зазывают. Пойдем? У них, говорят, тоже и еда есть, и сок, который ты хотел…
— Вот ты жук! Что, кто-то из них тебе понравился?
— Старшая Мари Юсупова. Мне уже двадцать семь стукнуло, и это мой единственный шанс обратить на себя внимание топовых невест. Сам-то я из клана Нарышкиных, наш род Поповых там даже не на вторых ролях, — парень умоляюще посмотрел мне в глаза.
— А ты уверен, что ты ей понравился?
— Конечно! Она так улыбалась, когда нас приглашала. Ты же помладше, наверняка она тебя для Ирины присмотрела.
Блажен, кто верует… — Ну, пойдем, оптимист, развеемся.
Взяли пиццу с игристым и потопали. Витя повел на верхний этаж, где были просторные двухкомнатные номера по типу сьютов, которые все были заняты отпрысками знатных фамилий. Об этом он меня просветил, пока дошли. Постучались, дверь открыла Ирина, одетая в фиолетовое воздушно-прозрачное нечто. Под мало чего скрывающим одеянием было видно отсутствие нижнего белья. М-да, а Юсуповы решили бить сразу главным калибром — вон, даже Витя завис с остекленевшим взглядом, не зная как реагировать. Ирина же явно наслаждалась произведенным на нас эффектом: «Ну, что же вы? Заходите-заходите!» Вручил гостинцы, получив дружелюбную улыбку в ответ.
— Однако! А вы подготовились! — удивился я, когда увидел в большой комнате, выполнявшей функцию зала, ломившийся от закусок фуршетный стол со свечами и бутылкой вина.
Из второй комнаты вышла Мария, надевшая такой же полупрозрачный костюмчик синего цвета. К слову, эти воздушно-прозрачные платья на молодых Юсуповых практически не скрывали их прелести и стройные фигуры, не оставив места для воображения. А вечер становится томным!
— Всё для дорогих гостей! Витенька, нальешь нам шампанского? — обратилась старшая к моему соседу, сразу поплывшему от такого обращения.
Я только хмыкнул, когда Витя залихватски хлопнул пробкой и принялся ухаживать за княжнами: — За что пьём?
— А давайте, за прекрасных дам! — предложил сосед. Дамы благосклонно улыбнулись.
— Гусары, стоя и до дна! — подначила Ирина.
— Жаль, что я не гусар, — и не подумав вставать, я отпил из своего бокала и налег на закуску. Подскочивший Витя, одним махом выпивший свое шампанское, неодобрительно на меня покосился.
— Да, я заметила это еще в прошлый раз, на танцах, — Ирина далеко за словом в карман не лезла.
— Ну, не всем же быть военным, красивым, здоровенным, — пожал я плечами и сцапал бутерброд с черной икрой. В этом мире я ее еще не пробовал. Хм, по вкусу такая же.
— О, Ярослав, ты опять заговорил стихами? — к разговору подключилась Мария. Она вслед за Витей тоже хлопнула полный бокал игристого, от которого у нее сразу заблестели глаза. Я даже почувствовал от нее исходящие эмоции альфа-самки, вышедшей на охоту.