Эмилер
Шрифт:
Райн заставил себя успокоиться, и представил себе, что он сам сделал в случае нападения синих хищников. Приблизившись к скале, лэр прошел вдоль нее, разворачивая сугробы. Ему в этом сильно помогал ветер, тотчас же уносивший снежные завалы куда-то вглубь ущелья.
Случайно наткнувшись ногой на уснувшую в снегу эмирими, он так обрадовался, что выхватив ее из-под снега, чуть не поцеловал, ликуя от радости! Девушка так и спала, всего лишь вздрогнув от холодного ветра, ударившего в лицо.
Подобрав
Путь в пещеру был безумно трудным.
Лэр с напряжением делал каждый шаг против ветра; вяз в мокром снегу, преодолевая вьюжную стену; задыхался от холодных объятий метели, с каким-то отчаянным удовольствием воющей песни Льда в горах; соскальзывал с камней, рискуя вывернуть себе ноги или уронить девушку.
Башенки из камней сильно помогали, но скоро их не стало видно. Вокруг все проворно заметало снегом, несмотря на бойкие усилия ветра смести, что возможно.
Пока было светло, Райн еще что-то видел, но ночь стремительно опускалась, холодный ветер пустился во все тяжкие. Лэр знал, что до пещеры осталось совсем немного, но это «немного» преодолевалось с таким тяжким трудом! Он забыл день сейчас или ночь, не знал, сколько времени прошло с тех пор, как он нашел девушку, он только чувствовал, что вымотан, голоден и что последние силы оставляют его.
Быстро стемнело. Свист ветра становился все более оглушительным, и походил на звериный вой. Лэр с эмирими на плече продвигался вперед как в тумане; все было смутным, неясным, едва различимым в этом снежном вихре. Усталость и холод то и дело подкашивали ноги и волю к сопротивлению. На Райна наваливалось смертельное изнеможение, против которого почти невозможно бороться. Однако когда крутой подъем кончился, и двигаться стало легче.
Обмороженное лицо и руки, это так мало в общем кругу страданий. Лэр боялся, что девушка окончательно замерзнет, но упрямо шагал к укрытию.
С каждым шагом росло отчаянье. Пещера должна быть здесь, но за пеленой снега он не мог ничего отыскать!
Им помогла удача. Райн наступил на собственноручно сложенные камни, выставленные напротив пещеры. Хотя, при этом он упал и уронил эмирими в снег, но радость от возможности найти спасение от ветра и снега, восполнила все тяготы.
Найдя, наконец, ту самую пещеру, он чуть не заплакал от счастья.
В пещере было так же холодно, как и на улице, а на входе наметены горы снега. Но все равно здесь было намного лучше!
Сгрузив девушку в самом дальнем углу, он тотчас растянулся на влажных от тонкого снега камнях, немного
Это было тяжело. До этого ее не пробудило ни падение, ни ледяные вихри, забивающие рот и мешающие дыханию. Пришло несколько раз сильно ударить по щекам. Когда дрожа всем телом, эмирими пришла в себя, первое, что она сказала было:
— За-ч-чем?
Зачем спас?! Райн пожал плечами и со вздохом мягко ответил:
— Жить дальше!
— Мучиться… — едва слышно прошептала она, устало закрывая глаза.
Райн оставив свою спутницу лежать в углу, стал набирать камни, задумав ими хоть немного прикрыть вход. Но затея не удалась. Камней подходивших для закладки почти не было. Если бы у него было время, он бы сделал преграду для ветра из ледяных кубиков или набрал камней снаружи, но теперь в буран, что ему оставалось делать?!
Вернувшись к девушке, он обессилено рухнул рядом. Все было плохо. Все против них, как всегда на Эмилере.
Лэр как прошлой ночью взял эмирими на руки. Она была ледяной. Повернув безвольное тело, он прижал ее к себе, мечтая согреть ее и согреться самому. Расстегнув свою меховую куртку из марочьего меха, он сунул под нее ледяные руки девушки, затем Райн прижал ее к себе вплотную, бессмысленно уставившись на выход из пещеры.
Лея очнулась от тепла под своими руками. Магии не было, совсем. Помочь им или хотя бы себе девушка не могла, но могла немного согреть также как он ее. Вынув руки из теплого как печка укрытия на его груди, Лея расстегнула меховой верх своего комбинезона, мягко взяла руки удивленного лэра в свои, и засунула к себе — греться.
Лэр не сопротивлялся, он внезапно замер, опасаясь пошевелиться. Лея полезла в карман и вынула меховые чехлы для бесшумного хода, прихваченные для операции против Благородного Лэра и снятые перед боем, чтобы быстрее двигаться по гладким скалам.
Один из чехлов она протянула ему, второй одела себе на раненую ногу, которая совсем заледенела и почти не ощущалась. Такое незначительное усилие забрало все силы, и она упала на руки врагу. Он, придерживая ее одной рукой, нагнулся, собираясь одеть ей второй на другую ногу, но она, не открывая глаз, сказала:
— Нет! Это тебе. Согрей себе ноги по очереди!
Райн усмехнулся — эмирими заботится о лэре, кто бы мог подумать!? Даже как сказка не звучит.
Внезапно снаружи раздался дикий рев. Это в буран? Райн довольно грубо оттолкнул эмирими и кинулся к входу, отстегивая клинок.
Лея очнулась и, застегивая комбинезон по горло, по привычке резко приказала:
— Стоять!
Райн посмотрел на нее с нескрываемой угрозой, его взбесил ее тон. Лея понимая, что он не ее ученик, спокойно добавила: