Эмилер
Шрифт:
— Нет, никогда не слышал…
Лея вернулась в комнату с кувшином воды в руках. Подтолкнув ногой небольшой деревянный ушат, который со скрежетом проехал по светлому полу, той же ногой закрыла дверь. Затем поставив кувшин на массивный стол, предложила:
— Давай полью…
Райн быстро поднялся и, улыбаясь, протянул руки под струю. Вода была чистой, ледяной и пахла снегом. Лея сунула ему непонятно откуда появившийся у нее в руках кусок мягкой белой ткани и отнесла кувшин на место.
Райн вновь взялся разливать вино по глиняным кружкам, украшенным маленькими
— Так что же тогда произошло?
— Ну, для начала и Старейшины, тогда их у вас было трое, и наши Правители, их было двое, признали детей от смешанных пар изгоями.
— Почему это? — удивился Райн.
— А ты как думаешь? — усмехнулась Лея.
— Ну… они были страшными, убийцами пожиравшими своих?!
— Слушай, а откуда ты узнал? — поразилась Лея.
— Я не узнал, а только предположил, что надо сказать, чтобы все смотрели на кого-то с ненавистью и страхом…
— Видимо мы от них не слишком отличаемся — они так и объявили. Но дело, конечно было не в том, что высокие белокожие маги-эмилеры, которые по сути победили в ту войну, были на самом деле такими ужасными…
— Ясно, Старейшины испугались, что эти богатыри не станут им подчиняться и устранили их.
— И Правители тоже… — добавила Лея скривившись. — В общем, их всех выставили за Заслон. Светлые Древние, до этого помогавшие нашим предкам, не добившись справедливости, тоже ушли…
— Я слышал другое, будто они ушли, когда начали катаклизмы… — перебил Райн.
— Ну что ты… — Лея криво усмехнулась. — Что им катаклизмы сделают! Они ведь могут все, но никогда не навязывают свою волю… Так было написано в той книге.
Райн равнодушно пожал плечами, его это сейчас занимало куда меньше чем Лею.
— Ну, в общем, избавившись от эмилеров, они первым делом запретили смешанные браки, затем началось то, что должно было произойти — маги и охотники разделились в пределах Заслона, искренне считая себя выше соседей. Жили бок о бок, но никогда не роднились в браках. Всегда оставаясь на страже своих интересов. Вот тогда и начались дрязги. Каждый хвалил себя и унижал соседей. Это длилось довольно долго…
— Закономерно, внешних врагов не осталось… — равнодушно отметил Райн, представив, что началось бы в их племени, не будь общего врага — эмирими. Племя, как минимум, разделилось и сейчас бы успешно сгинуло в междоусобной войне… Да, о таком он уже не раз задумывался наблюдая скрытые схватки на советах старейшин.
Лея на очевидные вещи отвечать не стала, но задала странный вопрос:
— Знаешь, почему ваш поселок называется Стойбище?
— Не знаю, но в детстве ужасно злился, что оно дает повод эмирими называть нас дикими животными!
— Хи-хи, точно. Для меня в детстве это был веский аргумент к такому выводу… — мягко засмеялась Лея, — но оказалось позже, что стойбище назвали «Стойбищем», именно потому, что на этом плато наши предки держали мясных гигантов — биобао. Как их описывали в книге, это очень лохматые животные с длинными рогами, растущие
— Ну тогда я такого видел, а ты ела… То мясо в пещере, оказывается, это был тот самый «биобау»… — Райн покачал головой, — легенды словно оживают.
— Да?! Это то, самое невкусное мясо, что спасло нас? Не знала… — Лея покачала головой.
— Ну да, та туша подходит под твое описание…
— В общем, их тогда выращивали лэры. Они же и решили воспользоваться тем, что все мясо в их руках и стали очень дорого его продавать магам…
— Ну вот и злодеи нашлись… Книгу писал эмирими, клык даю! — с досадой отмахнулся Райн.
— Не торопись, книгу писал историк, он оценок не давал, только перечислял события…
— Ладно, ладно… слушаю. И что там дальше натворили «мерзкие лэры».
Лея начала рассказ как по писанному:
— Ну дело было так: вот-вот могла начаться большая буря, биобау могли испугаться и потоптать или насадить друг друга на рога. И тогда горные охотники собрались и пошли спасать животных… Эмирими дождались, когда последний охотник покинет Заслон… и, магией сдвинув деревья-богатыри вокруг своего поселения, оставили жилища соседей без защиты. Охотникам ничего не осталось, как перетащить семьи поближе к довольно безопасному стойбищу, где на первое время были кое-какие летние домики. Это был Раскол, но еще не война. Война началась намного позже…
— И что о ней было написано в твоей книге?
— Ничего, книг о войне нет. Я знаю, что после Раскола пару сотен лет все шло мирно, они немного торговали между собой, но, в общем-то, друг друга не касались. Сам понимаешь, на Эмилере всегда столько дел…
— А что Светлые? Неужели не появились?
— А что бы изменилось с их появлением? Не догадываешься?! Да кто бы их слушать стал этих Светлых?! Тут под боком такие «жуткие негодяи», эти самые «клыкасто-розовые» враги… как можно с ними мириться?! — картинно возмутилась Лея. — Поверишь, всю абсурдность этой войны я поняла только в пещере… когда удалось сочетать мою магию и твою силу. До этого я об этом никогда не задумывалась, вообще… никогда. Мне всегда казалось, что у нас нет выбора, надо воевать, чтобы выжить, а только там я взглянула на все с другой стороны…
Лея сказав о пещере, вновь напомнила Райну о его затее. Он отложил вино и повернулся к эмирими.
— Итак, спросим благословление? Вдруг древние легенды и тут не лгут?! — спросил лэр, затаив дыхание. Он, во что бы то ни стало, добьется Лею!
Эмирими легко улыбнувшись, махнула рукой. Вот кто бы подумал, что такой огромный воин любит легенды и верит в подобные побасенки!
— Сказки это! Спрашивай, я не против. И не боишься оказаться в смешной ситуации? — ерничала Лея, дотянувшись, наконец, до еще одной шкуры лежавшей на скамье. Половинку она ловко кинула задумчиво смотрящему на нее Райну, на другой удобней устроилась сама. Сон — как рукой сняло. Отложив кружку, Лея внимательно посмотрела на внезапно замолчавшего гостя.