Энтони Уайлдинг
Шрифт:
— Вы помните эти выражения, сэр? — перебил его полковник Латтрелл, обращаясь к Ричарду.
Тот поежился, услышав вопрос, однако постарался собраться с духом, отвечая на него.
— Я еще не слышал их, а если бы и слышал, то вряд ли признал бы своими. Действительно, я, пожалуй, перебрал вчера, но… но…
Пока он подбирал подходящие слова, мистер Тренчард разразился хохотом.
— In vino veritas [11] , джентльмены! — воскликнул он, и герцог
11
Истина в вине (лат.).
— Может быть, вы повторите выражения мистера Уэстмакотта? — обратился сэр Эдвард к мистеру Тренчарду.
— Я повторю лишь одно, на мой взгляд, самое серьезное. Мистер Уэстмакотт вскочил на ноги и громко воскликнул: «Боже, спаси протестантского герцога!»
— Вы признаете это, сэр? — громыхнул Альбемарль, и его глаза сверкнули из-под насупленных бровей.
Бледный и дрожащий Ричард не знал, что и ответить.
— Не пытайтесь отрицать это, — вкрадчиво проговорил мистер Тренчард, — у меня есть свидетельства трех джентльменов, слышавших ваши слова в гостинице.
— Клянусь, сэр! — вскричал сэр Блейк. — Где же тут измена? Вот если бы…
— Молчать! — взревел Альбемарль. — Пусть мистер Уэстмакотт отвечает за себя.
— Я признаю, что, выпив лишнего, мог произнести такие слова, — начал Ричард, уловив из восклицания сэра Блейка возможную тактику защиты, — но их нельзя считать изменническими. Масса людей пьет за здоровье сына короля…
— Внебрачного сына, сэр, внебрачного, — поправил его Альбемарль. — Говорить о нем иначе — измена.
— Нельзя вздохнуть, чтобы это не назвали изменой, — усмехнулся сэр Блейк.
— Раз так, то вам недолго осталось быть изменником, — вставил мистер Тренчард.
— Клянусь, вы правы, мистер Тренчард, — со смешком сказал герцог, которому старый щеголь нравился все больше.
— Все равно, — упрямо настаивал Ричард, — есть немало людей, которые каждый день пьют за здоровье внебрачного сына короля.
— Да, сэр, — ответил Альбемарль, — но не за успех его заговоров против жизни нашего возлюбленного государя.
— Верно, ваша милость, совершенно верно, — промурлыкал сэр Эдвард.
— Я не имел этого в виду, поднимая тост, — заявил Ричард.
Альбемарль сделал нетерпеливый жест и взял со стола листок бумаги.
— Почему же тогда, — спросил он, потрясая им в воздухе, — оказалось у вас это письмо, которое проливает свет как на предательские замыслы герцога Монмутского, так и на ваше участие в них?
Ричард побледнел как полотно; не видя иного выхода, он попытался искать спасения в правде, не подозревая даже, что она будет звучать более фальшиво, чем самая наглая ложь.
— Это письмо адресовано не мне, — пробормотал он, заикаясь.
— «Моему доброму другу У., в
— Нет.
— Ну конечно, — с сарказмом проговорил Альбемарль, — она означает Уильям, Уилкинс или… или что угодно.
— Я могу подтвердить эти слова! — воскликнул сэр Роланд.
— Замолчите, сэр! — снова рявкнул на него герцог. — Потерпите немного, мы доберемся и до вас. Итак, — подытожил он, обращаясь к Ричарду, — кому же, по вашему мнению, адресовано письмо?
— Мистеру Уайлдингу — Энтони Уайлдингу, — ответил Ричард.
— Смею заметить, ваша милость, — вставил мистер Тренчард, — что мистер Уайлдинг, строго говоря, не проживает в Бриджуотере.
— Тихо! — вскипел Альбемарль. — Мошенник назвал первое имя, пришедшее ему в голову. И как же, сэр, — спросил он Ричарда, — у вас оказалось письмо, адресованное мистеру Уайлдингу?
— Да, сэр, — поддакнул сэр Эдвард, моргая своими близорукими глазами, — скажите-ка нам, как?
Ричард колебался. Он взглянул на сэра Блейка, но тот, решив, что своим вмешательством только запутает дела друга, ухмыльнулся и задумчиво пожал плечами.
— Смелее, сэр, — подбодрил его полковник Латтрелл. — Отвечайте на вопрос.
— Да, — загремел Альбемарль. — Дайте-ка волю своей фантазии.
И вновь бедный Ричард решил прибегнуть к правде.
— Мы — я и сэр Роланд — давно подозревали, что он получит такое письмо.
— Почему, сэр? На каком основании? — спросил герцог, откровенно издеваясь над ним и совершенно ошеломив Ричарда.
— Мы догадались об этом из некоторых фраз, оброненных мистером Уайлдингом в нашем присутствии, — только и смог ответить он.
— Каких фраз? — настаивал герцог.
— Мне трудно вспомнить, каких именно, ваша милость, но они возбудили наши подозрения.
— И вы хотите заставить меня поверить, что вы начисто забыли те самые слова, которые побудили ваши подозрения? Да вы просто наглый лжец!
— Ваша милость, не тратим ли мы время понапрасну и не лучше ли нам перейти к более важному предмету? — сказал мистер Тренчард, почтительно поклонившись судьям. — Пусть он расскажет, как письмо попало в его руки.
— Да, — кивнул Альбемарль, — пожалуй. Итак, каким образом вы овладели этим письмом?
— Мы вместе с сэром Роландом ограбили курьера, который ехал из Тонтона в Бриджуотер.
— Так вы ограбили его, да? — рассмеялся Альбемарль, а сэр Эдвард улыбнулся. — Отлично. Но откуда вы узнали, что письмо находится у него? Быть может, оно лишь случайно оказалось среди других вещей, которыми вы завладели?
— Нет-нет, сэр, — поспешно ответил Ричард. — Мы искали только письмо.
— А откуда вы знали, что оно у курьера? Тоже из обмолвок мистера Уайлдинга?
— Именно так, ваша милость.