Эобара

Орестов Владимир

– Какой был гемоглобин? – спросил Леонид, потирая виски.

– Восемьдесят. Но хрен знает, сколько крови он потерял в том сортире… – хирург пожал плечами. – Ты что всерьёз думаешь, что из твоего брата выкачали литр крови?

Леонид покачал головой.

Что случилось с Борей? Имеет ли это какую-то связь с загадочным человеком-бабочкой? И, главное, что теперь делать ему, Леониду?

Докурив, он вернулся в коридор хирургического отделения и опустился на продавленный диван. Сидеть здесь было крайне некомфортно – даже в халате. Вроде бы он находился

в своём медицинском мире, но при этом сейчас был в нём чужаком. Не доктором, а тревожным родственником, одним из многих, обивающих пороги реанимационных отделений в надежде на кратковременное свидание и какие-либо новости.

Из дверей отделения выглянул Гена-Жора и бесцеремонно поманил пальцем.

2.Леонид не знал, что выглядело хуже: бледный как простыня Борис, чья шея полностью была скрыта повязками, из которых маленькими змейками выглядывали дренажи, или вымученная улыбка, появившаяся на его лице при виде младшего брата. Напротив койки сидел незнакомый Леониду невзрачный мужчина в штатском. Больше на отделении не было никого. Остальные одиннадцать коек грустно смотрели в потолок накрахмаленными простынями, скучая в ожидании пациентов. Доктор пожелал койкам, как можно дольше пребывать в таком состоянии.

– У вас же не кормят нормально. Я … похудею! – слабым голосом пошутил Боря. – Сорок лет трудов – коту под хвост!

– Как поправишься – за неделю наверстаешь. Я-то тебя знаю! – искусственно бодро парировал Леонид и уселся на койку рядом с братом.

– Если поправлюсь, – мрачно парировал Боря и поманил Леонида к себе поближе:

– Тебя ещё следователь не дёргал? – почему-то шёпотом спросил Боря. Леонид покачал головой: – Я боюсь, они там Пашку замордуют! Идеальный кандидат в убийцы…

– То есть это не он? – честно признаться, эта мысль посещала Леонида, как наиболее логичная. И при этом глупая. Проверить для шефа кабинку, впустить того внутрь, быстро воткнуть в шею нечто острое, выйти и через какое-то время выбить дверь. Логично. Очень глупо.

Брат покачал головой и одними губами ответил:

– Лёнь, это была та же хрень, что я видел в самолёте.

Худшее опасение оправдалось.

– С крылышками? – тупо переспросил Леонид, чувствуя, как у него начинает стучать в висках.

Боря кивнул и вытащив из-под простыни руку, ухватился за плечо брата.

– Я сейчас всё расскажу, – зашептал он.

…Борис спокойно ел, когда какая-то тень, мелькнувшая за окном ресторана привлекла его внимание. Он поднял голову и с трудом удержался от крика. Тот же самый нелепый мужик с крыльями за спиной, привидевшийся ему в самолёте, стоял на улице и в упор смотрел на него. Яркие крылья были аккуратно сложены за спиной и еле-еле торчали из-под сутулых, обтянутых потёртой кожей, плеч.

– Я испугался… Лёнь, мне в жизни не было так страшно, – продолжал шептать брат. – Глаза отвёл, потом снова посмотрел – а он мне улыбнулся. И я смотрю – люди мимо него проходят, чуть было не врезаясь, словно и нет там никого за стеклом. А он всё улыбается. Жутко так. Я запаниковал,

живот, как это обычно у меня бывает, прихватило. Я бегом в туалет. Дверь закрыл, воду пустил, сижу, дышу, чувствую отпускает. Думаю – тебе звонить или сразу в психушку ехать. И тут прямо передо мной из ниоткуда эта тварь возникает, а изо рта у неё торчит такой…. – Борю всего передёрнуло от ужаса и отвращения, – как хоботок…

Леонид взял брата за трясущуюся руку, тот благодарно вцепился в неё изо всех сил.

– Я даже закричать не успел, он сразу в меня вцепился, в шею! И знаешь, сильно больно не было. Голова закружилась, что-то тёплое потекло, я начал куда-то проваливаться. А потом он отбросил меня в сторону и исчез.

– Исчез?

– Да, так же как появился. Лёня. Вот только тогда я закричал, начал падать, сорвал рулон со стены, зажал шею…– в глазах брата появилось испуганно-умоляющее выражение: – Я не вру. Ты мне веришь?

Леонид кивнул. Он действительно верил брату. И главное, появилось хоть какое-то понимание. Какая-та невозможная тварь открыла охоту на тех, кто был ему дорог.

– Я верю, Борь. Верю. Всё будет хорошо! – Леонид сжал руку брата, тот покачал головой:

– Оно возникло из ниоткуда, Лёнь! Никто его не видел. Что ему помешает здесь закончить дело? – брат заозирался по сторонам. – Может она уже сейчас здесь… ждёт меня…

– Леонид Николаевич! – раздался над ухом высокий, даже несколько писклявый голос. У койки стоял плешивый мужчина лет сорока, с красными округлыми щёчками и сальными, глубоко посаженными глазами, спрятанными за мутными стёклами небольших элегантных очков, выглядящих совершенно ни к месту на этом лице. Волос на голове незнакомца было совсем мало, и они неопрятными зарослями окружали огромную плешь. В руке непонятный человечек держал кожаный портфель – старый, коричневый, с отломанной застёжкой.

Поймав взгляд Леонида, визитёр скороговоркой представился и даже щёлкнул перед носом доктора какой-то корочкой, да с такой быстротой, что разобрать что-либо было абсолютно невозможно:

– Горунов Пётр Алексеевич. Попрошу вас на время оставить брата и подождать в коридоре.

Леонид покосился на Бориса. Тот удивлённо смотрел на оперативника:

– А где Андрей Иванович? – недоумевая спросил старший брат.

– Я теперь занимаюсь вашим делом, – отрезал плешивый. – Леонид Николаевич, соблаговолите выйти в коридор и подождать там. Мне надо обсудить с вашим братом некоторые детали.

– Но… – запротестовал Леонид. Ему безумно не хотелось оставлять Борю с непонятным и неизвестным тому типом.

– Леонид Николаевич! – уже с явным недовольством в голове повторил плешивый и, ухватив доктора за плечи с какой-то совершенно фантастической силой оторвал его от койки. – Не мешайте следствию! Выйдете по-хорошему!

Следует заметить, что охранник, дежуривший у брата, абсолютно проигнорировал появление странного мужчины и продолжал таращиться в окно.

Леонид задёргался, пытаясь освободиться от захвата маленьких, но поразительно сильных ручек.