Эпицентр
Шрифт:
Кожа Грэгори почернела и отслоилась, а лицо превратилось в сморщенную маску, плотно приставшую к черепу. Сквозь открытые обугленные губы белел оскал зубов. В момент мощной тепловой вспышки мышцы сократились, и конечности так и остались скрюченными, Скалли дотронулась до трупа, и на стол упали почерневшие лохмотья кожи. Она тяжело сглотнула.
– По-видимому, смерть наступила в результате экстремального теплового воздействия. Однако, кроме поверхностных слоев, которые обуглились полностью, - она нажала пальцем, и под обгоревшей кожей показалась красная влажная ткань, - мускулатура и внутренние органы на первый
Окончив предварительный осмотр, Скалли взяла с подноса большой скальпель и начала вскрывать брюшную полость. У нее было такое ощущение, что она режет хорошо прожаренный бифштекс.
Затрещали счетчики Гейгера, словно кто-то застучал ногтями по оконному стеклу. Задержав дыхание, Скалли ждала, пока они наконец утихнут.
Направив поудобнее лампу над столом, она продолжила работу, надеясь, что ей удастся найти ключ к тайне смерти доктора Грэгори. Она удалила внутренние органы, осмотрела, не забыв подробно описать их состояние, и шаг за шагом в ней росла уверенность, что здесь что-то не так.
Закончив и даже не сняв перчаток, Скалли подошла к висевшему на стене внутреннему телефону и, взглянув через плечо на останки Грэгори, вызвала онкологическое отделение.
– Говорит специальный агент Дана Скалли из бокса номер...
– она подняла глаза на табличку на двери, - 2112. Мне необходима консультация онколога. Прямо сейчас. Я тут кое-что нашла, но мне бы хотелось выслушать мнение специалиста.
– Впрочем, Скалли почти не сомневалась в том, что сейчас услышит.
На том конце провода большого энтузиазма не выразили и неохотно попросили немного подождать. Скалли представила себе, как там кто-то вдруг вспомнил, что еще не обедал, кто-то заторопился в гольф-клуб, ну а остальные, надо думать, бросают на пальцах, кому "повезет" составить компанию ей и обгоревшему трупу.
Скалли вернулась к столу и, стараясь держаться подальше, посмотрела на труп. Пар дыхания вырывался из респиратора, как пламя из пасти дракона.
Задолго до взрыва, оборвавшего жизнь доктора Эмила Грэгори, зловещие щупальца опухолей уже подорвали его организм изнутри.
В любом случае, жить ему оставалось не больше месяца: у него была последняя стадия рака.
База ВВС Ванденберг, Калифорния.
Бункер управления ракетной системой "Минитмэн"
Вторник, 15.45
Ну что за тоска смертная - изо дня в день сидеть заживо погребенным в камере бункера! Тоже мне служба...
А ведь поначалу капитану Франклину Месте его профессия даже нравилась: сидишь себе в подземной крепости, одно движение пальцем - и начался ядерный Армагеддон. Набираешь координаты, нажимаешь кнопки - судьба всего мира в твоих руках, вот он трепещет в ожидании команды "ПУСК".
На самом же деле служба в ракетных войсках оказалась сродни одиночному заключению... только без уединения и покоя.
Места
Какой прок, что их база расположена на живописном побережье в Калифорнии, если целыми днями сидишь под скалой? С таким же успехом можно горбатиться где-нибудь в Северной Дакоте. Бункеры везде одинаковые - наверняка их сработали по одному проекту, по какому-нибудь дешевому государственному заказу.
Может, стоит попроситься в службу артиллерийско-технического снабжения? Там хотя бы общаешься с живыми людьми.
Обернувшись, он взглянул на своего напарника, Грега Луиса, сидевшего в таком же рабочем кресле с обшарпанной обивкой из красного кожзаменителя. Кресла стояли на стальных направляющих таким образом, что ракетчики постоянно находились под прямым углом друг к другу. Согласно инструкции, оба были все время пристегнуты.
В углу висело круглое зеркало, и они могли смотреть друг другу в глаза, но дотронуться друг до друга не могли. Капитан Места не сомневался, что было немало случаев, когда в конце смены ракетчики, одурев от длительного сидения без движения, пытались задушить друг друга.
– Интересно, какая сегодня погода там, наверху?
– спросил он.
Капитан Луис сосредоточенно царапал какие-то вычисления на листке блокнота. Услышав вопрос, он оторвался от формул и поднял взгляд на отражение Месты в зеркале. Хотя плоское лицо Луиса с широко посажеными глазами и толстыми губами казалось глуповатым, он был большой спец в математике.
– Хочешь, позвоним? Получим по факсу подробную метеосводку.
Места покачал головой и от нечего делать оглядел старые металлические пульты управления. Здесь все было выкрашено в голубовато-серый или, того хуже, грязно-зеленый цвет, приборы допотопные, с черными пластмассовыми наборными дисками, да к тому же аналоговые - явно еще со времен "холодной войны".
– Нет, просто интересно, - вздохнул он. Все-таки Луис туповат.
– А что ты опять считаешь?
Луис опустил карандаш.
– Зная приблизительную площадь нашего отсека и глубину, на которой мы находимся, можно определить объем шахты. А умножив объем на среднюю плотность скальной породы, можно вычислить массу. И тогда мы будем знать точно, сколько тонн камня висит у нас над головой.
Места застонал.
– Ты это серьезно?! Да ты просто шизик!
– Все равно делать нечего. А разве тебе неинтересно?
Места переместился в кресле по направляющему рельсу, прикрепленному к полу болтами, и проверил показания приборов, хотя проверял их всего несколько минут назад. Все по-прежнему в норме.
Он покосился на тяжелый черный телефон.
– Пожалуй, позвоню и попрошу разрешения выйти в туалет, - сказал он. На самом деле необходимости в этом не было, но это хоть какое-то развлечение. К тому же, пока получишь разрешение службы охраны, глядишь, такая необходимость уже появится.
– Давай!
– ответил Луис, не поднимая головы от своих формул.
Сзади, за плотной красной портьерой, стояла койка, где можно было уединиться и расслабиться (всего один раз в смену). Спать Месте пока не хотелось.