Эпоха Опустошителя. Том VI
Шрифт:
Немыслимое и в чем-то невероятное событие. Более редкой добычи невозможно сыскать. Желание обладать столь ценным призом сводило аххескую аристократию с ума. Желание разозлить северян подталкивало действовать их более решительно. Вначале в борьбу за столь почетным трофеем вступили наследники доминирующих сил, но затем на охоту вышли отпрыски великих домов.
Ксант по какой-то причине молчал. Глава Дэймон поступил аналогично. И вскоре к Хаззакам начали поступать десятки предложений. Вот только по всё тем же слухам в данной гонке выигрывал первый будущий глава великого дома Урелей и третий сын великого дома Иан. Аваноны же остались не у дел и только наблюдали за происходящим.
Именно
— Сучки валькирии давно напрашивались! Небесами клянусь, что не пройдет и пары дней, как воительница станет собственностью великого дома Урелей! Она станет наложницей господина Гаерона! — как можно громче надрывался один из голубокровных сидя за одним из столов, а его соратники с жаром поддерживали товарища возгласами и криками. — Хаззаки не в том положении, чтобы отказывать нам! Глава Дэймон очень давно не появлялся на публике. Ксант молчит! Потому как они слабейшие из четырёх великих домов. Так что трепыхаться Хаззакам осталось недолго.
— Если валькирия и станет чьим-то трофеем, то принадлежать она будет господину Мелькору из великого дома Иан, — не остался в долгу голубокровный из противоборствующей группы. — Урелей пусть не мечтают забрать воительницу!
Подобные споры длились на протяжении пары часов. Каждое слово благородных постоянно поддерживалось одобрительным гулом как с одной стороны, так и с другой. Вот только не у дел осталась пара странных мужчин, что держались особняком. Те не принимали ни одну из сторон. И пока один из силуэтов с какой-то опаской посматривал на зал и косился на своего товарища, то и дело морщась при каждом слове голубокровных, второй же в это время сидел полностью неподвижным будто каменное изваяние. За тёмным капюшоном невозможно было рассмотреть что-либо, но периодически вспыхивали лишь тёмно-алые глаза при том или ином изречении знатных.
— Хаззаки ослабли…
— Ксанту плевать! Они грязь под нашими ногами…
— Валькирия будет собственностью Гаерона!
— НЕТ! ВАЛЬКИРИЯ БУДЕТ ПРИНАДЛЕЖАТЬ ДОМУ ИАН!
Одно слово за другим. За вторым шло третье. Споры становились всё громче с каждой секундой, и когда крики перешли все дозволенные и запретные грани, в руках у неподвижного воителя вдребезги разлетелся давным-давно опустевший стакан.
Звук битого стекла на короткое время привлёк всеобщее внимание, а следом за ним раздался чей-то неестественно хриплый и тихий гортанный смех:
— Значит, вы говорите, что Хаззаки слабы? Говорите, что Ксант не у дел и ему плевать? По вашему мнению все валькирии доступные сучки, да и в целом вы бы хоть сейчас оприходовали табун небесных воительниц? Занятно. Весьма занятно, — чуть громче рассмеялся неизвестный, медленно поднимаясь на ноги и неторопливо поворачиваясь к залу. — Как же много всякого произошло. Слушаю вас и не могу нарадоваться. Все сплошь герои…
— Дружище, может не надо, а? — панически зашептал второй силуэт, пытаясь утихомирить товарища. — Давай всё узнаем сами? Ты же сам говорил, что не стоит привлекать внимание.
— Боюсь, я услышал и узнал достаточно. Если всё действительно обстоит таким образом, то я в своём праве.
— Управляющий, а с каких это пор в твоё заведение начали пускать всякий сброд?! — не удержался от колкости голубокровный из стана дома Урелей, глядя на слегка замешкавшегося бармена и с презрением оценивая одеяния двух мужчин, но взор его стал еще более брезгливым,
Глаза полудемона внезапно расширились и тот испуганно сглотнул, но смотрел он не на аристократа, а на своего друга.
— Погоди, Ваерс, ты только не…
Вот только стало слишком поздно, силуэт воителя внезапно распался на сгустки черного тумана, а его пальцы с молниеносной скоростью схватили того самого говорливого голубокровного за глотку и приподняли трепыхающееся тело над полом.
— Ты полностью прав, мразь, это заведение для приличного общества. На правах хозяина я малость очищу его от сброда и мне глубоко насрать, что ты из великой знати. Всегда хотел узнать, действительно ли у вас голубая кровь?..
Глава 5
Когда мертвецы восстают из могил…
Аххеский пантеон.
Мергара. Твердыня доминирующего дома Хаззак.
Верхний город.
Постоялый двор «Свет Лампады».
Путь от рыбацкой деревни до Кальдоры не занял слишком много времени. Через полдня мы находились в городе Бесконечных Рек, а еще через несколько часов на воздушном судне отправились прямиком в Мергару.
За два прошедших дня я узнал о многом, что творилось на Вечном Ристалище в моё отсутствие. Само собой, огромное количество слухов касалось участившихся вторжений со стороны Инферно. Многие предполагали, что война с демонами начнется очень и очень скоро. Все твердили, что у двух постоянно действующих разломов между Альбаррой и Инферно обстановка накалилась до невозможного предела. Деспоты не давали спуску инферийцам, а инферийцы не оставляли попыток полностью взять под контроль пространственные врата. Для меня данная новость не была новой, а для местных всё складывалось не лучшим образом.
Далее шла молва о некой Великой Сотне. Не знаю почему, но большинство разумных трещало об этом состязании без умолку. За время нашего перелёта я слышал, как множество торговцев упоминало об этом событии. Вдаваться в детали абсолютно не желал, так как на подобное было просто-напросто плевать.
Ну а когда мы приближались к Мергаре большинство торгашей смещали свои беседы к более насущному. И именно это насущное не понравилось. Оказывается, что где-то с полгода назад Хаззаков стали давить со всех сторон. Борьба за власть разразилась нешуточная. По какой-то причине сразу три доминирующих дома во главе с Креамхами начали вести себя более фривольно и развязно. Разумеется, делали это мастерски и скрытно, но ноги росли не только с Аххеса, но и Иерихона. Не знаю как, не знаю почему и не знаю зачем они могли такое себе позволить, но в какой-то момент доминирующий дом Креамх обзавёлся поддержкой старейшего ордена Забытые Пески. Сразу две дочери Лиамы Креамх связали себя узами брака с представителями данного ордена и натиск на Хаззаков возрос.
Лишь к концу нашего полёта Рамасу удалось разузнать кое-что интересное. Оказывается, порядка семи или восьми месяцев назад в Ксанте началась настоящая борьба за власть. На трон правителя претендовали два наследника и две наследницы Данакта, в числе которых и состояла Кайса. Можно сказать, что в великом доме образовалась междоусобица, а тот или иной доминирующий дом поддерживал выгодного для себя кандидата.
Ну и именно в один из таких моментов я узнал о некой валькирии, что отныне находится в услужении у Хаззаков. Видит Сущее, я находился на седьмом небе от счастья, когда осознал, что Дурёха жива, но всё остальное неслабо так пошатнуло уверенность.