Эра Броуна
Шрифт:
На пологих склонах гор рос чудесный рододендровый лес. Дом располагался в этакой ложбине, через лес к нему вела узкая песчаная дорога. Наверняка он принадлежал европейцам – с черепичной крышей, стрельчатыми окнами и ухоженным садом, где преобладали цветочные клумбц.
Краковяку не понадобилось снимать охранника, вооруженного “узи”, “парабеллумом” и двумя гранатами, – его свободно пропустили в дом. Сам Анджей почему-то имел при себе один-единственный пистолет. Может быть, он был командиром?
В коридоре к нему обратился бородатый боевик – кажется, на арабском языке. Краковяк
Араб что-то жевал на ходу, потом он скрылся за одной из десятка дверей. Анджей-Акбар прокрался за ним, осторожно заглянул в щелку. Здесь хранилось оружие. Как кстати!..
Араб разговаривал с кем-то. Собеседники не замечали Краковяка, пока он не вышел на середину комнаты. Пара молниеносных ударов по шоковым точкам, и оба вырубились. Один ткнулся носом в тюк с амуницией, другой сложился в поясе, как мягкая кукла, и, перекатившись через голову, лег на ящик с гранатами. Пока все шло слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Когда Краковяк снова вышел в коридор, он был отягощен ручным пулеметом системы “браунинг” и пятью “лимонками”. Пришлось заскочить назад – раздались чьи-то шаги. Мимо протопали трое оживленно болтающих боевиков. В их разговоре то и дело звучало имя “Лахыс”. Потом они разделились: двое вышли наружу, а третий остался, закурил и неторопливо пошел обратно. Это стоило ему жизни.
Анджей скользнул вдоль стены и оглушил боевика одним коротким ударом. Под ребром ладони хрустнуло. Краковяк подхватил падающее тело под мышки и быстро отволок в оружейную комнату. Опуская боевика на пол, почувствовал: мертв. Перестарался…
Следующей жертвой ооновца стал вышедший в коридор человек в кухонном переднике. Анджей, зажав ему рот, приставил к виску дуло пистолета. В комнате Краковяк стянул руки и ноги пленному ремнями.
– Кто ваш начальник? – спросил сначала по-английски, потом по-французски.
Молчание. – Где он?! Тот же результат.
– Это вы захватили ооновцев?!
Боевик игнорировал пистолетный ствол, хотя он уже просверлил у него в виске небольшой кратер. Пришлось перейти к мерам физического воздействия: Анджей знал массу болевых приемов и в необходимых случаях успешно пользовался своим умением…
Поначалу пленный дергался и мычал, затем оборона ослабла, и Краковяк слово за словом начал, будто клещами, вытягивать из него информацию.
Оказалось, что комиссию ООН на самом деле захватил вовсе не Рихард Ортезе, а боевая группа Лахыса в составе шестнадцати человек, действующая по личному распоряжению Хабада. Чего хотели боевики от ооновцев? Этого пленный не знал. Наверное, те должны стать заложниками на случай неблагоприятного развития ситуации в Африке. А сам легендарный террорист Лахыс находится в бывшем кабинете. Хозяева этого дома, шведские ботаники, давно лежали под обрывом, и шакалы наверняка уже вовсю хозяйничали там.
Анджей “отключил” боевика, в третий раз выбрался в коридор, подошел к кабинету, распахнул дверь.
– Тебе что, Акбар? – удивленно поднял голову человек, склонившийся над письменным столом. Краковяк остолбенел: перед ним был Рихард Ортезе собственной персоной.
– Так, значит, тебя
Ортезе рывком выдвинул ящик стола, пытаясь выхватить пистолет. Выстрел отбросил его назад вместе со стулом. Скрежетнув зубами, Лахыс поднялся на ноги и сделал шаг к столу. Анджей вдруг испугался и выпустил в него целую очередь. Мощное тело Рихарда приняло в себя одиннадцать пуль. И даже после этого он еще не упал, правда, раскачивался все сильнее. Руки его слепо шарили в воздухе, очевидно, продолжая искать оружие. В какой-то момент Краковяку показалось, что Лахыса вообще невозможно убить, но это было не так. Ортезе вдруг рухнул навзничь, причем с таким грохотом, будто был сделан из железа.
Выстрелы несомненно слышали в доме. И надо было хотя бы на шаг опережать противника.
Первым Анджей “срезал” автоматчика, ворвавшегося в дом с улицы, потом задвинул стальные засовы на входной двери, сколоченной из толстых дубовых досок…
Этот бой происходил как во сне. Краковяк стремительно несся по дому, сметая выскакивающих в коридор боевиков, врываясь в комнаты и расстреливая из пулемета все живое. И орал, орал что-то как безумный. Он сам не понимал, что с ним происходит. Быть может, это влияло на него чужое тело?..
Кто-то ожесточенно стрелял в него из-за угла, но Анджей вжался в узкую стенную нишу и при первой возможности “спилил” очередью высунувшуюся в коридор руку с “маузером”. Потом был автоматчик, засевший за импровизированной баррикадой – перевернутым сундуком. Он совершенно издырявил дверь и часть противоположной стены, но пара “лимонок” несколько успокоила его пыл.
В это время снаружи кто-то лупил из “узи” через окно, простреливая весь коридор. Возможно, это был тот самый часовой, что стоял у входной двери. Брошенная Краковяком в окно граната эффекта не возымела. Только вылетели из рамы остатки стекол. Следующая очередь прошла всего в десяти сантиметрах от его лица, расщепив косяк двери и вонзив Анджею в ухо длинную острую занозу.
К этому чертову окну было ну никак не подобраться, и Краковяк решил использовать старинный прием: поднял с полу мертвеца и, прикрываясь им как щитом, подошел вплотную к подоконнику. В тело мертвого боевика попало около десятка пуль, прежде чем стрелок понял тщетность огня и поспешил сменить позицию.
Анджею очень хотелось выскочить наружу и “поиграть в войну”, но он прекрасно знал: хотя сейчас на улице тишина и ни-ка-ко-го движения, несколько стрелков засели поблизости и только и ждут этого момента. Кроме того, надо спешить: неизвестно, долго ли еще пробудет он в этом теле…
Краковяк для острастки дал длинную очередь из “браунинга” по кустам и пошел освобождать ооновцев.
Комиссия обнаружилась там, где и сказал пленный, – в глубоком подвале, вход в который был из разгромленной боевиками кухни. Внизу царила темнота и прохлада, но уже изрядно попахивало. Анджей включил свет и увидел связанных пленников – они сидели рядом с батареей винных бочек.
Заметив в люке боевика, Слонопотам воскликнул с гневом:
– Мы требуем, чтобы нас начали выводить в туалет! Это просто издевательство!.. И когда вы собираетесь нас кормить?!