Эрафия
Шрифт:
Повисла пауза. Потом грохнул взрыв хохота.
Миклош хлопнул меня по спине.
– Молодец, колдунишка. Отличная шутка…
Я вяло улыбался, кивал, потирая руки. Мне показалось, речь выглядела крайне неубедительно. К моему удивлению, она сработала.
– Ладно, Мерлин, лично я тебе верю, так и быть, поедем ко двору Эндрю «Сердце грифона». Расскажешь Звездочету то, что должен.
– Звездочету? Почему Звездочету?
– Все, кто идет к нашему королю, сначала говорят со Звездочетом. А он уже решает, можно ли доверять чужеземным посланникам. Нет
– Ясно. Он у вас что-то вроде полиграфа.
– Ну да, – подтвердил Миклош. – Только не поли, а маркграфа. И не вроде, а маркграф и есть. Таким титулом его наградил король за верную службу. К тому же, как ты мог догадаться по его прозвищу, он читает по звездам, предсказывает будущее. В общем, Звездочет знает, что к чему, и что хорошо для королевства. Если ты ему глянешься, он и тебе много всего интересного расскажет. Я смотрю, ты совсем налегке, колдун. Ты как, переместишься поближе к столице и там нас подождешь, или желаешь с нами путешествовать? Лошадь для тебя найдется.
– Желаю с вами, – поспешно ответил я. – От перемещений я сильно устаю.
– Ну, смотри. До столицы дней шесть пути, не меньше. Мы здесь неподалеку лагерем стоим. Пойдем, расскажешь, что ты за человек, откуда прибыл…
– Мне бы выпить, – сказал я.
– С этим в походе строго, – Миклош нахмурился, – идем, покажу целительный родник. Набрели на него сегодня утром, решили рядом лагерь разбить.
Я скривился…
Но уже очень скоро убедился, насколько я был не прав, пренебрегая угощением. Вода из родника оказалась поразительно вкусной. От нее исходил волшебный аромат свежести. По мере того, как в меня вливалась вода Эрафии, она наполняла меня силой, делала моложе, дарила уверенность и покой…
А потом на меня вдруг обрушилось счастье. До чего же красиво было в сказочной стране. В реальном мире таких пейзажей не бывает. Там среди множества жилых и промышленных районов встречаются еще небольшие рощицы живых деревьев, но и они превращены местными жителями в мусорные свалки. Леса вырублены, водоемы отравлены, на зараженной химикатами нагой почве ничего не растет. Там, где земля еще не покрыта асфальтом, она торчит безжизненной мозолью, ороговевшим и неживым слоем планетарной кожи.
А здесь в глазах рябит от яркой зелени трав и листьев, синеют глазами юной Кати небеса, манят прозрачностью глубокие озера. Стада белоснежных единорогов с трубным гулом проносятся по широким равнинам, выстукивая копытами причудливый ритм. В небе над нашим небольшим отрядом парят разноцветные драконы – зеленые, красные, желто-коричневые.
Пару раз я видел грифонов. Одного на скалистом уступе. Он стоял, обозревая окрестности с видом истинного владыки этих мест. Другого я имел возможность наблюдать ночью – медленно взмахивая крыльями, величественный зверь летел на фоне полной луны…
Красоты красотами, но настроение мое вскоре стало портиться. По пути нам не встретилось ни одной деревушки. Так что
– Что за думы тебя тяготят, колдун Мерлин? – поинтересовался предводитель отряда.
– Просто, настроение дрянное, – ответил я.
Возвращаться назад из этой красочной реальности не хотелось. Но и выпивки мучительно не хватало. – У вас тут что, все трезвенники?
– Конечно, нет, – ответил Миклош. – Но в походе мы должны быть настороже. Враг не дремлет. Зато, когда я и мои воины возвращаемся в город, мы себе ни в чем не отказываем. Эль и вино льются водопадом в наши рты. – Он улыбнулся приятным воспоминаниям. – Если ты так любишь выпить, как говоришь, колдун, то в Стэдвике тебе понравится. Обещаю.
– Скорее бы уже в Стэдвик, – пробормотал я.
– А я что говорил?.. Перенесся бы сразу в столицу. Сидел бы сейчас в таверне и ждал нашего приезда. Не пойму, зачем тебе понадобилось ехать с нами.
– Очень вы мне понравились, – заметил я язвительно. – Пообщаться хотел.
– И ты нам тоже нравишься, Мерлин, – с торжественной серьезностью заверил меня предводитель отряда.– Мы с ребятами обсудили и решили, как приедем в Стэдвик, лично будем за тебя просить Звездочета. А то он тоже, бывает, ошибается. Потом спохватывается, конечно. Нет, говорит, неправильно я в этот раз звезды прочитал. Вот если бы Венера оказалась в таком-то доме, а не в таком-то, тогда он – злодей из злодеев. А так выходит – хороший человек. Спохватится Звездочет, начнут того хорошего человека искать, а поздно – уже сгноили беднягу в пыточных подвалах.
Я закусил губу, эта история мне очень не понравилась.
– Но ты не переживай, Мерлин. Если мы все за тебя горой встанем, Звездочет будет внимательно по звездам читать, и тогда он обязательно поймет, что ты хороший человек, и допустит тебя к королю. А уж король у нас справедливый.
«Ага, – подумал я, – как же, будет вас слушать Звездочет… На то он и маркграф-полиграф, чтобы только своим умом жить, наплевав на чужое мнение»…
По вечерам на привале мы вели неспешные разговоры с Миклошем и другими королевскими мечниками. Поболтать парни любили. Излюбленной темой для разговоров были женщины из многочисленных борделей столицы Эрафии.
– Держу пари, у красоток в Стэдвике ты, Мерлин, будешь в фаворе, – заметил как-то один из воинов.
Я решил, что он надо мной издевается, и нахмурился.
– У меня другие цели, – проворчал я. – Мне надо попасть к королю.
На следующий день я умывался и вдруг увидел в озерной воде свое отражение. Поначалу я даже испугался. Надо мной словно поработал умелый пластический хирург, и уродливые черты лица чудесным образом преобразились. При этом облик не изменился до неузнаваемости, но я стал чертовски симпатичным малым. Толстый ноздреватый нос сделался заметно тоньше, кожа приобрела гладкость, обрюзглое лицо подтянулось. Так хорошо я не выглядел даже в ранней молодости. Эта виртуальная реальность нравилась мне все больше.