Эриган. Черта
Шрифт:
Немного распалившись, архимаг выплеснув в сторону мужчины немного своей злости и раздражения:
«Ваши экзорцисты только и умеют, что сладко врать, отправляя души невинных на тот свет, к вашему любимому, и невероятно “доброму” богу» — закончил он не очень лестными, или скорее даже богохульными словами, на что его собеседник уже не мог не отреагировать:
«Не смей пятнать имя Истинного Бога, маг. Свою силу ты тоже получил от него…»
«От него?!» — прервал его архимаг, засмеявшись: «Эту силу» — взмахнул он рукой, заставив весь зал задрожать от невероятной мощи: «Я добыл этими же руками» — поднявшись
Однако прежде чем патриарх успел что-то возразить архимагу, свой голос подал король, грозно ударив магическим посохом о каменный пол:
«Хватит!» — прогремел его голос, в миг останавливая споривших: «Все эти разногласия мне уже порядком поднадоели. Иногда у меня даже складывается впечатление, что вы не основа королевства, не его грозная сила — Совет, а дети, сцепившиеся друг с другом в попытке рассудить, кто из вас прав, а кто нет» — осмотрев своим, на удивление потяжелевшим взглядом зал, король продолжил: «Хотите спорить — ждите окончания этого собрания. А дальше делайте что хотите, хоть на мечах сражайтесь»
И сколь бы малым не было его влияние в данном кругу людей, ему не посмела возразить ни одна фракция, ни патриарха, ни архимага, ни уж тем более остальных групп, едва осмеливающихся плести интриги у него за спиной.
«Да, мой король. Как вам будет угодно» — одновременно ответили почти все присутствующие в зале.
«Вот и славно» — кивнул он головой: «А теперь, раз вам так неймётся, мы продолжим. И начнём, пожалуй, с вопроса, который был милостиво поднят Диттом…»
Видя, что возражений не последовало, он начал обсуждение, дав некоторым аристократам и прочим вздохнуть с облегчением, ведь буря, которая уже была готова подняться, была успешно подавлена.
…
Но всё же было печально осознавать, что внутри Совета существовал такой разброд, ведь верхушка власти — стержень, на котором держалась вся жизнь королевства, в отличии от представления граждан, всё же не была единой, медленно, но верно прогнивая…
***
«Ваше превосходительство, как вы можете это терпеть?» — спросил у патриарха один из приспешников, решивших проводить священнослужителя к его резиденции.
Та была расположена рядом с церковью Истинного Бога, поэтому им, по сути, было по пути.
…
После того, как собрание закончилось, Римур, неожиданно для себя получил мысленное послание от архимага, который желал с ним встретиться в неофициальной обстановке. И желательно без свидетелей.
Отказывать ему патриарх не стал, согласившись на встречу. Выбор же места и времени оставались за ним, поэтому он никуда не спешил, позволив нескольким мужчинам — своим скрытым последователям, себя сопровождать.
«Терплю что, мой дорогой друг?» — спросил он, медленно шагая вперёд.
«Его отношение! И пусть даже грубость к себе вы еще можете стерпеть, но уж точно не его презрительное отношение к нашему Богу —
Однако его чувства и мысли не достигли Римура, разбившись о проявленное им спокойствие, будто о скалы:
«Возможно, ты и прав, Тиам, но ты не видишь общей картины, слепо двигаясь лишь в том направлении, которое придумал для себя сам» — ответил патриарх, для которого данная тема не была безразличной: «Вера — это не цель, не смысл жизни и не бездумное следование за чем-то, ославленным другими»
Подобные слова породили вокруг Римура круг тишины, разорвать которую никто не решался. Не из страха или трепета пред его силой, а из желания услышать слова, окутанные мудростью и многолетним опытом служения Истинному Богу:
«Вера — это даже не путь, которым желает идти человек, а направление, желание и намерение — мысли и чувства, которые каждый из нас вплетает в свою судьбу, выстраивая дорогу в жизни…» — дополнил он свою небольшую лекцию словами, принадлежащими не просто человеку, а личности, удостоившейся взгляда своего бога: «Но в то же время, вера является чем-то сугубо личностным. Вы все прекрасно знаете, что в мире проживает безмерное количество разумных. И на нашем примере, можете сказать, что их взгляды на мир едва ли схожи друг с другом. Кому-то нравится одно, кому-то другое. Это неизбежно и необратимо. Однако это нормально. Это порождает свободу выбора, позволяя выбирать для себя лишь ту религию, которая соответствует чьей-то морали и жизненным устоям»
Эти слова не были лишены смысла, ведь данная эпоха была полна различных божеств — молодых и старых. Выбирай на любой вкус.
Однако не все были готовы принять эти истины. Вот и сейчас, в отличии от начала разговора, его окружение заволновалось, шёпотом обсуждая услышанное. А как иначе, ведь патриарх, невзирая на несомненную веру, дал волю чувствам и позволил своим мыслям сорваться с языка, невольно, или всё же намеренно признав право иных богов на существование.
Даже при учёте того, что между Истинным Богом и сворой иных сущностный, существовало многовековое противостояние..
«Ну, вот и всё. Думаю, я уже достаточно сказал, да и не стоит сейчас поднимать подобные темы» — вздохнул патриарх, прерывая свои размышления: «Но, исходя из услышанного, вам уже должно быть понятно, что гневаться на Альтероса у меня нет причин, так как он сам для себя решает в кого, и во что верить» — сказал он, видя вдалеке стены церкви — храма Истинного Бога.
«Кроме того» — добавил он: «В словах архимага редко, когда проскальзывает истинная правда, не говоря уж о издевках, поэтому грех срываться на том, кто с тобой просто играется, пытаясь отыскать слабое место»
«Да, вы, скорее всего правы, ваше превосходительство» — согласились с ним остальные, даже если не полностью поддерживали его мнение.
Но, а что на счёт патриарха, он уже сказал всё, что хотел, и мысли прочих его мало волновали.
***
Оказавшись рядом со своей резиденцией, Римур решил немного изменить свои планы, приняв гостя не у себя дома, а в храме Истинного Бога. И не столько из-за желания поскорее избавится от хвоста из последователей и прихлебателей, которые его уже порядком утомили, сколько из-за родившегося на совете чувства, требовавшего отплатить магу за наглость.