Эскейп
Шрифт:
– Ханна?
– Линк Поузи протискивает свою рожу через приоткрытую дверь, и я умоляюще вздыхаю.
– Ханна, можно открыть глаза? – Его глаза и вправду закрыты.
– Нет.
– Ты не одета?
– Да.
– Эм… Тогда я…
– Простo свали отсюда, Линк! – раздражённо.
Но вместо того, чтобы послушаться совета, Поузи, протискивается в туалет и закрывает дверь до того, как я успеваю вытолкнуть его наружу.
– Ты одета! – хмурит лоб, схватив меня за рукав куртки и тут же глаза открывает.
– С какой стати мне вообще здесь голой стоять? – выдёргиваю руку и пытаюсь его обойти, но Линк преграждает дорогу, упираясь ладонями мне в плечи, и смотрит едва ли не с мольбой:
– анна, нам надо поговорить. Прошу.
– Дай пройти.
– Ладно. Хорошо, можешь ничего не отвечать, просто выслушай меня!
– Дай. Мне. Пройти!
Тяжело вздыхает, сверля меня настойчивым взглядом, от которого внутри всё шипами покрывается, и решает, что переведя тему, сумеет меня здесь удержать:
– Они там решают, что с рулеткой делать. Странная штуковина, правда?
Делаю шаг назад и опускаю голову, не в силах так долго смотреть на эту рожу.
– И парень этот… Ной. Тоже странный, не считаешь?
– Что ты сейчас делаешь?
– шёпотом.
– Я… блин… я просто пытаюсь с тобой нормально поговорить, всего-то! Нормально. Поговорить.
Серьёзно?
С абсурдом выдыхаю:
– Тебя по голове не били случайно? Память отшибло?
– Ханна… То… то, что было тогда, - в школе… Я… я был идиотом. Полным придурком!
– И с тех пор мало что изменилось.
– Ханна…
– Не подходи ко мне! – выставляю руки ладонями вперёд и пячусь ещё на несколько шагов.
– У тебя кровь на футболке. – Наши взгляды встречаются. – Это кровь.
– Ханна, прошу…
– Вы закончили?
– раздаётся другой мужской голос за спиной Линка,и теперь я во все глаза смотрю на Ноя, который со скучающим видом закрывает за собой дверь туалета и направляется к одной из кабинок.
– Эй! Мы тут разговариваем! – с раздражением выпаливает Линк.
– И это чудесно. Продолжайте, - кивает ему Ной.
– Да чтоб тебя! – бросает ему в спину Линк, круто разворачивается и вылетает из туалета, а Ной переводит многозначительный взгляд на меня:
– Нервный какой-то.
– Зачем пришёл? Ты ведь не хочешь в туалет.
– Правда?
– приподнимает брови, будто бы задумывается на несколько секунд, и пожимает плечами. – Наверное,ты права. Перехотелось.
– Тяжело тебе? – смотрю на него твёрдо.
Ной выдерживает паузу, будто не понимая сути вопроса, слегка хмурит брови, разворачиваясь ко мне всем телом, складывает руки на груди и вновь таким взглядом смотрит, словно количество костей во мне подсчитать решил и однoй вдруг не досчитался.
– Тяжело ли мне принять смерть
Я не это имела в виду. Странно, но не это. А всё пoтому, что и мне от смерти Чеда ни горячо, ни холодно. И это безразличие пугает.
– Красный цвет. Везде, – решаю пояснить. – Ты тут всё в других тонах видишь. Тяжело, наверное?
Делает шаг вперёд и голову набок склоняет:
– Рассказать тебе в каких,или что? – вопросительно выгибает бровь.
– может, остальным расскажешь? Особенно интересно будет Марше. Что протаноп забыл в этом городе? И главное – откуда у протанопа ID-карта?
щё шаг вперёд делает, а я назад отступаю, до тех пор, пока не упираюсь пятками в стену. Ной почти вплотную подходит, сoвершенно не стесняясь нарушать моё личное пространство. Так близко оказывается, что приходится задержать дыхание, чтобы на вдохе не задеть его грудь своей.
Взглядом по моему лицу блуждает, будто каждую чёрточку разглядеть хочет. Будто в этом есть какой-то большой смысл, доступный для понимания ему одному…
Упирает ладони в стену по обе стороны от моей головы,и мой взгляд падает на его губы, медленно растягивающиеся в холодной улыбке:
– Пойдём, расскажем, – предлагает. – Заодно и ты сможешь поведать всем свoй маленький секрет. М? Что скажешь, Ханна?.. Стоит начать с того, какая чёрная кошка пробежала между тобой и твоим «другом» в шапочке, или же… возможно гораздо больший интерес у этой группки недоумков вызовет новость о том, что обладательница золотой ID-карты, по каким-то абсурднейшим причинам боится темноты?
Это его не касается!
Держу лицо кирпичом:
– Это не важно. Значение имеет лишь то, что я – официально квалифицированный член общества и это чистая правда, в то время, когда твоё нахождение в этом городе является нелегальным.
– Уверена? – бровь вопросительно выгибает и всё не стирает этой гадкой ухмылки с лица.
Нет. Не уверена. Но приходится быть уверенной:
– Так же, как уверена в том, что код от двери ты понял задолго до того, ка Чед умер. Ты выжидал… выжидал момента, когда его уже будет не спасти и никакое противоядие не поможет. За что ты так с ним? Личная неприязнь,или же… или же все мы для тебя – лишь расходный материал в борьбе за выживание? Прихлопнул надоедливую муху?
Молчит. Но вижу, как улыбка, будто догорающий фитилёк свечи, медленно гаснет на его губах, а в глазах напротив вспыхивает пламя. Лицо оказывается ещё ближе, когда мои ладони рефлекторно ударяются о его грудь в попытке оттолкнуть, а его гoлос, будто пропитанный ядом, шипит, над самым ухом:
– что если… ты права? Что если, такие как Чед – жалкие,тупые, эгоистичные твари, не видящие дальше своего носа, понятия не имеющие, что значит настоящая боль, сполна заслуживают такого конца?.. Но разве сейчас это важно?