Если бы я писал «Красную Шапочку»

Больше всего на свете Волк любил маленьких дево­чек. Не важно, в шапочках или без, – Волк ценил содержимое, а не форму. Но все-таки шапочка придавала девочкам определенный шарм…

Именно такая, одетая в

шапочку девочка приближалась к Волку по лесной тропинке. Притаившись за кустом можжевельника, Волк ждал. Запах ягод навевал мысли о джине с тоником… хорошей порции правильного джина “Сапфир” с правильным тоником “Швепс”, один к трем, смешивать, но не взбалтывать. И еще приходила на память песенка “Джин и тоник”.

– Он ревновал ее к дождям, – тихонько напел Волк, не отрывая взгляда от девочки. Девочка была в меру упитанная, румяная – в тон шапочке. Такие волку особенно нравились.

Волк глубоко вдохнул и вышел из кустов.

– Я тебя давно заметила, – с улыбкой сообщила девочка. – У меня положительная мутация – я вижу в инфракрасном диапазоне.

Она опустила руку в корзинку, и Волк с ужасом увидел, как из-под упаковки мороженных круассанов показался легкий плазменный бластер “Перро”.

Волк даже успел прыгнуть. Реакции интеллектуально продвинутого животного намного превосходили обычные волчьи.

Но дуло бластера расцвело красным цветком, и что-то невыносимо горячее ударило Волка прямо в беззащитное, открывшееся в прыжке брюхо…

В стиле “Холодных берегов”

Шапочка у девочки была красная, из руссийского алого сукна на манер тюбетейки сшитая. И, видать, остался дорогой ткани треугольный обрезок – его девочка на манер платка на шею повязала. Хорошая девочка, не из бедной семьи – вот только вывела ее судьба навстречу мне, душегубу, одну

в темном лесу. Я бы отпустил ее. Да только как может разбойничий атаман по прозвищу Серый Волк перед своими людишками слабость показать? По всему выходит, что сейчас надо мне ее снасильничать, невзирая на малый возраст, а потом платком удушить. Или вначале удушить, а потом снасильничать…

Встаю. Цветная метель дип-программы стихает. Вокруг желто-серый, скучный и мокрый осенний лес. Передо мной лишь одно яркое пятно – красная шапочка на голове маленькой, лет семи–восьми, девочки. Девочка с испугом смотрит на меня. Спрашивает:

– Ты волк?

– Вот уж вряд ли, – отвечаю, оглядывая себя – не превратился ли я в волка? Нет, не похоже. Обычный голый мужик, прикрывающий срам распареным березовым веником. А что я мог поделать, когда от переполнения стека взорвались виртуальные Сандуны? Только сгруппироваться и ждать, куда меня выбросит…

– Я иду к бабушке, – сообщает девочка. – Несу ей пирожки.

Похоже, меня занесло на какой-то детский сервер вроде знаменитого “Спокойной ночи, малыши”.

– Ты человек или программа? – спрашиваю я девочку.

– Бабушка заболела, – продолжает девочка. Все ясно.

Программа, да еще из самых примитивных. Перестаю обращать на девочку внимание, озираюсь. Где же здесь выход?

– Почему у тебя такой длинный хвост? – вдруг спрашивает девочка.

– Это не хвост, – отвечаю я и краснею.

– Не переоценивай себя. Я говорю о следящих программах, которые сели на твой канал, – любезно уточняет девочка. Голос ее резко меняется, теперь передо мной – живой человек.