Если любишь...
Шрифт:
1
— С вас девяносто восемь долларов и десять центов, сэр, — объявила Лидия.
Пока мужчина рылся в бумажнике, она перекладывала его покупки в пакет — посетителей в этот час в супермаркете было немного.
— О, вы тоже купили это! — не удержалась Лидия, когда в ее руках оказалась книга в яркой суперобложке.
Мужчина поначалу слегка смутился, но потом все же ответил:
— Да, купил, как видите. И вам советую.
— Я почему спрашиваю, сэр, — заторопилась Лидия, — мы продаем ее с понедельника,
— Неудивительно. Насколько мне известно, это первая книга Макса Купера. Не читали его интервью в «Лайф»?
Лидия развела руками.
— Обязательно прочтите. И книгу тоже. Между прочим, Макс Купер живет здесь, в Майами. Как я узнал из того же журнала, он проводит семинары, на которых учит людей, как осуществить свою мечту. У вас есть мечта, мисс?
Лидия вздохнула. Конечно, у нее есть мечта. Но вряд ли она осуществима. Именно так Лидия и ответила покупателю.
— Тогда вам непременно следует пометить семинар мистера Купера. Всего доброго, мисс.
— Всего доброго, сэр.
Проводив покупателя взглядом, Лидия задумалась. А вдруг этот Макс Купер и впрямь поможет ей?
С нетерпением дождавшись конца рабочего дня, молодая женщина бросилась к стеллажу с книгами и со счастливой улыбкой сняла с полки ту, на обложке которой было написано: «Макс Купер. Чего вы хотите от жизни».
В этот момент простодушная кассирша даже не догадывалась, что очень скоро ее судьба переплетется с судьбой в одночасье ставшего популярным писателя и именно благодаря ее скромной персоне в жизни Макса Купера произойдут поразительные перемены.
2
«Уважаемый мистер Купер, ваша книга настолько потрясла меня, что я решила непременно посетить ваш семинар. И вы убедили меня в том, что я должна выйти в мир и заарканить свою мечту, пока еще не поздно, ведь именно так вы и советовали нам поступать. Во время лекций вы с таким сочувствием говорили о людских несчастьях, что я поняла: вы не станете возражать, чтобы позаботиться о моем Фрэнки, пока я буду отсутствовать. Он не доставит вам неприятностей. Не думаю, что задержусь позже субботы, во всяком случае, надеюсь на это. И вообще, если вы позаботитесь о Фрэнки, мне не о чем волноваться. Я еще свяжусь с вами! Спасибо, Лидия — кассирша из супермаркета на углу.
P.S. Я отослала копию этого письма моему адвокату, чтобы она знала: мой Фрэнки в хороших руках».
Сложив письмо, Макс Купер устремил взгляд на стоящую на крыльце его дома плетеную корзину, накрытую одеялом. Как здорово, с раздражением подумал он, что «Лидия из супермаркета на углу» может не волноваться. А вот мне, похоже, придется понервничать... если только Фрэнки, о котором упоминает Лидия, не чучело ее любимого домашнего животного.
Нет, явно не чучело... Под одеялом что-то шевелилось, его поверхность поднималась и опускалась. Что бы там ни было, «оно» могло двигаться. Значит, в корзине
Нет, не собака. Макс замер, осознав, что все его предположения не верны. Ведь для особы вроде «Лидии из супермаркета на углу», решившей сняться с насиженного места и отправиться на поиски счастья, настоящей обузой мог стать только ребенок.
Это уж Макс знал наверняка. Он не помнил матери — она умерла родами, у Макса были только отец и старший брат Грегори. Вскоре после того как ему исполнилось семь лет, отец однажды ушел из дому и не вернулся. Макс отчетливо помнил, что отец не приглашал с собой ни его, ни девятилетнего Грега. Любой из них только, что называется, путался бы у родителя-пилигрима под ногами. Вот и Лидия, наверное, по этой же причине оставила у его двери свой вариант ящика Пандоры. Ребенок сковывал бы ее личную свободу.
Однако отец Макса со временем вернулся, и сейчас Макс надеялся, что Лидия тоже объявится, полная раскаяния, и, возможно, даже через неделю, как и обещала в письме. Внезапно Макс вспомнил, как, будучи маленьким, вынашивал такую же надежду, но проходили недели, а отец не появлялся. И вскоре он, Макс, остался и без старшего брата. Стиснув зубы, Макс постарался отогнать эти воспоминания. То, что он когда-то остался один, еще не означает, что Лидия не вернется за своим ребенком.
А вдруг все же не вернется?
Максу стало не по себе, он оглядел улицу, надеясь на чудо, и тут услышал звук, похожий на воркование. Макс опустил взгляд на плетеную корзину, освещенную висящим над крыльцом фонарем. Белое одеяльце украшали голубые зверюшки, и Макс понял: как бы ни была абсурдна ситуация, следует признать, что под одеялом находится ребенок, и что-то предпринять. Казалось, в корзине лежит бомба замедленного действия и только и ждет, когда он подойдет ближе, чтобы взорваться и разнести в клочья его четко организованную жизнь.
Внезапно край одеяла упал, и взору Макса предстал полнощекий младенец, месяцев шести-восьми от роду — очень мало зная о детях, Макс мог о возрасте только догадываться. У подкидыша были толстые розовые щечки, он призывно смотрел на Макса круглыми глазами-пуговицами — похоже, хотел, чтобы его взяли на руки. Макс предположил, что это мальчик.
— Лидия, — пробормотал он, — даже если ты и была благодарна мне за помощь, тебе ни в коем случае не следовало оставлять мне своего сына.
Черт побери, лучше бы я продолжал работать в банке! — сокрушался Макс. Надо было подавить в себе вспыхнувшую тягу к творчеству и не писать книгу о том, как я пробивался в жизни после того, как родители сдали меня в приют.
Но кто мог подумать, что случится подобное? Садясь за книгу, Макс хотел только одного — отдать дань уважения одному из своих школьных преподавателей, Сэму Гордону, который научил его никогда не сдаваться и твердо идти к намеченной цели. Слишком мало было таких людей, как Сэм: любимых, уважаемых, стремящихся помочь ближнему. Максу всегда хотелось стать таким, как Сэм, хотелось помогать окружающим, чтобы они полюбили его — одинокого странника в этом мире.
Уныло глядя на улыбающегося младенца, Макс подумал: вот тебе как раз и представилась возможность осуществить это свое желание.