Это дефолт!

Рожанковский Владимир

Сказать, что события 9/11 перевернули вверх тормашками жизнь всех без исключения рядовых американцев – это не сказать ничего. Трудно передать словами тот страх, который витал в воздухе повсеместно – заставлял людей избегать людных мест и концессий, на какое-то время отказаться от ночной жизни и прочих увеселительных мероприятий, и – весьма неудивительно! – избегать самолетов как вида транспорта. Трудности, которые испытывали авиакомпании в 2008 г. из-за роста цен на нефть до $148 долларов и, как следствие, драматического падения рентабельности бизнеса авиаперевозок, ни в какое сравнение не идут с тем колоссальным падением объемов продаж авиабилетов, с которым столкнулась летная индустрия осенью 2001 г. из-за событий 11 сентября.

Первые месяцы моего существования в Городе ангелов были также омрачены невиданной историей вокруг убийства известной

в русских кругах бизнес-вуман Риты Пеклер, владелицы Pekler Group, которое сразу связали с криминальными разборками вездесущей русской мафии. Быть «русским финансистом из Нью-Йорка» в Лос-Анджелесе оказалось крайне контрпродуктивно – как по части личных отношений, так и в плане карьеры. Наверное, для местного уха это звучало наподобие шри-ланкийского укротителя змей в заполярной тундре. Подробности этого триллера смаковали не только все без исключения местные русскоязычные газеты, но и такие вполне консервативные издания как Los Angeles Times. Из глубокого, узкого водохранилища Нью-Мелонес, находящегося в горах Сьерра-Невада на севере Калифорнии, лос-анджелесское ФБР в марте 2002 года вытащило четыре трупа – уже несколько месяцев разыскивавшихся 35-летнего Александра Уманского из Шерман-Оукс, 39-летней Риты Пеклер из Энсино, 37-летнего Георгия Сафиева из Беверли-Хиллс, а также 29-летнего Ника Харабадзе из Вудланд-Хиллс. Все эти люди невольно оказались в центре мафиозных разборок, «ноги которых росли» из сибирского Барнаула и арабского Абу-Даби.

Подобный «радушный прием» в новом городе мог бы сломить любого оптимиста, но через некоторое время плохие мысли были беспощадно вытеснены духом свободы и беспечности, помноженным на райский климат, которые были настоящей отличительной особенностью родины Империи Грез. Лос-Анджелес – особый город. В отличие от строгих урбанистических очертаний таких классических по градостроительным стандартам мегаполисов как Нью-Йорк, Лондон или Париж, Лос-Анджелес – это по сути группа городов, раскиданная на значительном расстоянии, объединенная в один мегаполис, в котором проживает около 4,5 миллионов человек. Мы как-то привыкли к понятиям «спальный район» и «деловая часть города» – даже в родной Москве жизнь в пределах Садового Кольца сильно отличается от таковой где-нибудь в Бутово или Филях. То же самое можно сказать и про нью-йоркский даунтаун (деловая чать города), в отличие от аптауна (спальный район), а также лондонского Вест-энда (деловая часть города), в отличие от Ист-энда (преимущественно спальные кварталы).

Строго говоря, Лос-Анджелес – это непосредственно даунтаун, который считается деловой частью города и который имеет все приметы классического американского небоскребного урбанизма, а также, как мы упоминали выше, – целое скопление прилегающих городов-сателлитов, в которых имеется своя местная администрация, и даже свое муниципальное законодательство. Представьте себе Черёмушки и Гагаринский район в Москве, а между ними – лишь трасса широченного, но безлюдного автомобильного шоссе – и у Вас появится отдаленное представление о территории Лос-Анджелеса. В группу городов, объединенных под его покровительством, входят Санта Моника, Беверли Хиллз, Калвер Сити, Сенчури Сити, Вест Голливуд, Бурбанк, Шерман Оукс, Ван Найс, Энсино, Студио Сити, Юниверсал Сити (где находится пресловутый парк развлечений Universal Studio), Инглвуд, Торранс, Лонг Бич, Глендэйл и, конечно, мечта всех туристов и любителей сенсаций – Голливуд.

Многие ошибочно отождествляют Голливуд с центром города. Конечно, знаменитые бронзовые звезды, впрессованные в широкий гранитный тротуар, толпы зевак и туристов с фотоаппаратами, бродяги и музыканты, ночные фейерверки, то тут то там снующие белозубые старлетки – все это делает Голливуд если не центром деловой жизни Лос-Анджелеса (формально им является даунтаун), то уж по крайней мере бесспорным культурно-развлекательным центром. Если в Нью-Йорке Бродвей вынужден делить славу культурного и финансово-делового центра, то в Лос-Анджелесе Голливуд – это одна безраздельная театральная сцена, на которой все его вычурные обитатели, туристы и просто зеваки играют как заправские актеры. А как же! Кругом – современные отели со звучными названиями, знаменитый Китайский театр и гордость нового облика Голливуда – театр Кодак, биллиардные, рестораны, целая гроздь ночных клубов, играющих все виды танцевальной музыки – от техно и хип-хоп до сальса, меринга и – веянья моды начала 2000-х – готик. Всё это делает Голливуд очень желанным местом не только для приезжих, но и для местных жителей. «Я люблю Голливуд,» – говорит один из его темнокожих обитателей, – «Здесь всегда есть какое-то действо…»

И, при всех его признаках центральной части города, Голливуд умудрился стать пристанищем для двухсот тысяч жителей, которые наслаждаются уникальной комбинацией жизни в гуще событий и почти идеальной тишины его подворотен. Стоит только свернуть со звездной аллеи – и Вы уже в тихом переулке с мирно запаркованными машинами на открытой стоянке и непременными пальмами вдоль тротуара. Часто многоквартирные дома выстроены по принципу т.н. «итальянских двориков» (с легкой руки выходцев из СНГ переименованные в «одесские дворики»). Такое архитектурное

решение позволяет убить сразу двух зайцев: во-первых, поскольку строение О-образное, и все окна и двери выходят во внутреннюю часть двора, то внешние стены служат натуральной звукоизоляцией от всех шумов, исходящих от Голливуд-бульвара. Даже субботней ночью в квартирах очень тихо, и ничто не нарушает покой сна. Во-вторых, во внутренней части двора, образованной сердцевиной буквы «О», как правило, разбит летний сад со столиками и шезлонгами, очень часто – в дополнение к нему бассейн, а в некоторых случаях – даже джаккузи под открытым небом! Соседи очень часто встречаются друг с другом, а также порой коротают свободное время у бассейна, в тени пальм, что способствует установлению дружеских отношений. Квартирные кражи в домах с такой архитектурой – нечто из ряда вон выходящее! Кстати, надо заметить, что парадная дверь закрыта на замок, так что случайному прохожему практически невозможно проникнуть внутрь дворика.

Живут в домах с такой планировкой и стар и млад. Старики любят Голливуд, конечно, не за его ночную феерию и дневные полчища туристов. Чаще всего, желание поселиться в «одесском дворике» возникает из-за желания сэкономить на личном автотранспорте. Не секрет, что расходы автомобилистов в США растут как на дрожжах, а количество автомобильных пробок – общая для всех крупных городов планеты проблема – в лучшем случае не уменьшается. Зачастую небогатые пенсионеры вынуждены жертвовать качеством жилья, чтобы оставить себе любимого «железного коня» и не попасть в финансовую ловушку. Но многие всё же предпочитают комфорт и удобство «своей мини-крепости». Тогда они продают автомобиль и перебираются поближе к районам, переплетенным сетью общественного транспорта, наиболее густые потоки которого проходят по Голливуд-бульвару.

Обеспечить всех людей своими домами…

К началу 2002 г. война за новых заемщиков на рынке ипотечных кредитов в Калифорнии начала набирать невиданные обороты. Самое яростное поле схватки очертилось в Южной части Штата, где не на жизнь, а на смерть соперничали три крупнейших ипотечных игрока – Countrywide Financial, возглавляемый печально известным итало-американским «финансовым гением» Анджело Мозило, Ameriquest с рулевым Крейгом Коулом и New Century Financial Corp., руководимая Брэдом Моррисом.

Анджело Мозило – сын мясника из Бронкса, бывшее олицетворение американской мечты. В юношеские годы он переехал на Западное побережье США и сделал головокружительную карьеру, основав печально известную ныне Countrywide Financial Corp. Фотография позаимствована из Daylife.com

Анджело Мозило считается идейным лидером возникновения в конце 1990-х «движения частных ипотечных агентов» (чуть было не сказал «свободных каменщиков»), или ипотечных брокеров. «Хотя ипотечник, конечно, может обратиться напрямую в банк или даже воспользоваться всеми этими бесчисленными Интернет-анкетами,» – говорил мэтр Сабпрайма, – «Но все это будет напрасной тратой времени. Только ипотечный агент может прийти, увидеть и победить, призвав клиента не тратить время попусту, а услышать от него, живого человека, свою лучшую ипотечную ставку!» В начале 2000-х «движение частных ипотечных агентов» стало в Южной Калифорнии поистине вездесущим. Многие добропорядочные американцы, поддавшись на агитацию, меняли свои насиженные рабочие места и, пройдя краткий курс обучения, становились ипотечными агентами. Еще большее их число занималось «ипотечным брокерством» в свободное от работы время, в надежде получить дополнительный доход. Гораздо позже, когда его детище, Countrywide Financial Corp., было поглощено Bank of America 1 июля 2008 г., в оправдание своей провальной философии «пришел, увидел, победил» Мозило беспрестанно повторял: «"The truth is that the last thing we ever wanted was for people to lose their homes. Our core commitment was to put people in homes and to keep them there [32] ». Позвольте, обеспечить ВСЕХ людей – и бизнесменов, и студентов, и тунеядцев, и наркоманов, и пенсионеров – своими домами? И вся нация наивно поверила этому «кремлевскому мечтателю»?

32

«Что бы там ни говорили, но мы никогда не желали людям терять свои дома. Наоборот, наша основная цель была обеспечить людей своими домами и возможностью жить в них постоянно.»

Мечта руководителей New Century Financial Corp была в том, чтобы сделать из компании «ипотечный супермаркет». New Century Financial Corp., вторая жертва коллапса subprime после Bear Stearns High-Grade Structured Credit Fund, в 2005 г. выдала займов на общую сумму $56 миллиардов, а к 2010 году планировала выйти на уровень $100 миллиардов. Основным фундаментальным заблуждением всех некогда могущественных игроков на американском ипотечном рынке была святая вера в то, что цены на недвижимость будут расти неопределенно долго, прибавляя ежегодно как минимум 4%.