Шрифт:
Глава 1
Нина
Мы с женихом стояли на палубе огромного круизного лайнера, глядя на бесконечные просторы Средиземного моря. Прохладный ветер обдувал плечи, не давая согреться, ерошил волосы, то и дело заставляя мою юбку биться, словно птичье крыло. Я зябко ёжилась, кутаясь в лёгкую, не по погоде, кофту. Зато закат, переливающийся от нежно-лилового к тёмно-багровому, казался невероятным, было отчего залюбоваться.
Точнее, любовался Денис, я же думала о том, как и когда объявить ему неожиданную новость.
– Ты
– Нет, всё в порядке, – голос почему-то не слушался, истончаясь, превращаясь почти в писк.
– Да что с тобой, Нин? Ты сегодня сама не своя, – встревоженно спросил Денис, и я опустила взгляд. – Рассказывай, малыш. – он поднял пальцем мой подбородок и заглянул в глаза. – О чём ты думаешь?
– О том, как жить дальше, – из груди невольно вырвался тяжёлый вздох.
– Что это значит? – нахмурился он.
– Я беременна.
Я так долго готовилась, мучилась, подбирала слова бессонной ночью, выстраивая целую речь, взвешивая аргументы, приводя доводы. А вот настал момент – и признание вырвалось само собой, неожиданно и нелепо.
Жених мгновенно напрягся и убрал руку.
– То есть как? – его голос стал холодным, как лёд. – Ты что, не принимала таблетки?
А я, вместо того чтобы начать оправдываться, вспылила:
– Теперь это неважно! У нас будет ребёнок, Денис! – и почувствовала, как тяжело, напряжённо затряслись мои онемевшие от холода и волнения пальцы. Я так ждала от него действия, хоть каких-то слов, ответа!
Но мужчина стоял молча, нахмурившись и плотно сжав губы. Моё сердце глухо билось под рёбрами. Внутри поднималась волна разочарования. Господи, и это всё, что он может сказать? Да, понимаю, слишком неожиданная новость. Но и для меня тоже! Тест только вчера утром подтвердил внезапную догадку…
– Я беременна, – повторила в отчаянии, пристально глядя на будущего отца. – Разве ты не рад?
Он шумно выдохнул и пригладил растрёпанные ветром светлые волосы.
– Ты же знаешь, дорогая, сейчас мы не можем себе этого позволить.
– Но это уже случилось! – воскликнула я, не заботясь, слышат ли меня проходившие мимо пассажиры. По правде говоря, всё это, окружающие, друзья, деньги, – всё было мне безразлично. Важны сейчас только я, новая жизнь у меня под сердцем и он, отец моего ребёнка.
Но тут во взгляде мужчины помимо внезапной растерянности появилось нечто похожее на обречённость.
– Придётся сделать аборт, иначе ты потеряешь работу.
К глазам подступили слёзы, но я их сдержала.
– Да плевать на работу… Ден, услышь меня! Ребёнок – это же чудо! Пусть незапланированный, да, действительно будет очень трудно! Но ведь мы же любим друг друга, значит, справимся! Я даже не сомневаюсь в этом. Аборт – это большой грех, нельзя его делать… – и тут же осеклась, глядя, как Денис разворачивается и идёт к трапу.
– Ты куда?
– Я не собираюсь обсуждать это при всех.
Прохладный ветерок донёс аромат дорогих духов какой-то женщины и пронзительный смех. Вцепившись руками в серебристые поручни, я закрыла глаза. К чёрту веселье и эту поездку! На кой хрен мы потратили последние деньги, чтобы купить билет на дорогущий круиз? Если бы знать ещё три дня назад… Как глупо было не придавать
Из глаз брызнули слёзы. Денис не хочет этого ребёнка! Ну и пусть. Пусть говорит всё что хочет. Никакого аборта не будет! Ему придётся это принять…
Двумя часами позже мы сидели за маленьким столиком в углу ресторана и молча обедали. Я ковырялась вилкой в тарелке, но не чувствовала ни вкуса спагетти «болоньезе», ни даже любимого апельсинового сока, но продолжала есть. Не ради себя – ради будущего ребёнка. Его отец сидел напротив и с непроницаемым видом опустошал содержимое тарелок. Он так и не проронил ни слова. Но когда тишина уже стала невыносимой, неожиданно спросил:
– Нин, у тебя же вроде нет сестры?
– Что? – я непонимающе посмотрела на Дениса.
– Глянь, – он указал в сторону выхода на палубу.
Я повернула голову и с изумлением уставилась на девушку в лёгком серебристом платье, стоявшую у ближайшего от раздвижных дверей столика… Её лицо казалось таким знакомым! Оно и правда было похоже на моё собственное: те же высокие скулы, мягкая линия подбородка, нос с небольшой горбинкой и серо-голубые глаза с прищуром. От неожиданности я чуть не поперхнулась.
– Сестры нет, ты же знаешь… Господи, это же моя копия!
– Твой двойник, – хмыкнул Денис. – Только повыше статусом. Это не обыкновенная девушка, кто-то из ВИП-гостей.
Я пригляделась. Нет, всё же мы не совсем похожи… Во-первых, она на полголовы выше меня, видно по вывешенным на стенах элементам декора, они красивые, в первый раз я надолго прикипела взглядом к матовому вазону, расписанному с необычайным изяществом, и точно запомнила, что он был на уровне моих глаз, девушка же смотрела поверх. Но это скорее из-за высоченных шпилек и подчёркнутой худобы, в этом мы тоже немного отличались. Во-вторых, у неё чуть более вздёрнутый нос. Хотя с такого расстояния трудно определить. Ну и последнее, самое очевидное: стиль и цвет волос. Я шатенка с длинным каре, а её блестящие чёрные волосы были уложены в невероятно затейливую причёску из кос вокруг головы, явно сделанную в ВИП-салоне. Тонкая материя серебристого платья каким-то удивительным образом прикрывала все стратегические места, несмотря на запредельно глубокий вырез декольте. Девушка разговаривала с администратором, судя по выражению её лица, в приказном тоне.
Не каждый день увидишь своего двойника. Я по-прежнему продолжала смотреть на незнакомку, даже когда лайнер неожиданно дёрнулся, словно кто-то дёрнул стоп-кран. Опомнилась лишь через минуту, когда прозвучала сирена, я непонимающе тряхнула головой. Учебная тревога, что ли? Денис поймал меня за руку, привлекая внимание. Но едва он открыл рот, как чей-то голос громогласно объявил:
– Всех пассажиров просят немедленно собраться на нижней палубе…
И тут случилось невероятное – освещение тревожно замигало. На огромном круизном лайнере, многоэтажном, как дом, полном пассажиров, таком устойчивом, что, казалось, на нём никогда ничего не может случиться. Мы с Денисом переглянулись и выскочили из-за стола. Господи, это происходит на самом деле?! Случилось что-то серьёзное… Сердце тревожно забилось.