Это серьезно
Шрифт:
У него было два пути: или идти в клуб и подвергнуться огромному риску, или позвонить туда и убедить ее встретиться с ним в каком-нибудь другом месте. После минуты раздумья он решил, что его противники тоже, конечно, знали ее имя и место их встречи, и потому могут постараться похитить ее. Ни одна женщина, конечно, не перенесет пыток, которые выпали на долю Росленда.
Уж если они до нее доберутся, она заговорит, и ему только останется выйти из игры. Он решил пойти в клуб.
Он заказал чашку кофе и продолжал размышлять. Он опять вспомнил о блондинке Тессе… Кто же она была? Какое она имела отношение ко всему этому. Он подумал
«Да, попался, как сопляк. Сейчас бы мог с ней барахтаться где-нибудь на сене».
Выпив кофе и оплатив счет, он вышел на улицу. Немного подумав, он решил не пользоваться своей машиной. Он дождался такси и попросил водителя отвезти его на Сан Лазар. Там он расплатился и пешком отправился к бульвару Клиши.
Он шел медленно, но глаза и слух его были обострены. Было уже без десяти минут десять. Гирланд двигался переулками параллельными бульвару.
Что же они ему приготовили? Вряд ли они решили убить его на улице. Вокруг него постоянно были люди. Рука его инстинктивно скользнула под пиджак и почувствовала сталь 45-го калибра. Это немного успокоило его.
Вдруг он напрягся. Уголком глаза он заметил приземистого парня, который бесцельно уставился на освещенную витрину магазина фотопринадлежностей. На голове у него была швейцарская шляпа с пером под лентой. Он как бы случайно обернулся, когда Гирланд прошел мимо, и последовал за ним. У Гирланда свело скулы. Они, должно быть, широко раскинули сеть. Ладно, он им покажет, что они имеют дело не с новичком…
Он продолжал идти, слыша, как мягкие шаги неотступно следуют за ним.
Вдруг он резко нырнул в проход, ведущий к жилому дому. Пройдя его, он вошел во двор, скудно освещенный бледной луной. Прижавшись к дому, он притаился в тени и стал ждать… Было тихо. Раздавались только шаги пешеходов на улице, да звук шин автомобилей. У него было много времени и он решил набраться терпения. Он простоял десять минут, это его не раздражало, а наоборот, было частью его профессиональной выучки.
И вдруг он увидел приземистую фигуру, осторожно крадущуюся по темной аллее в сторону двора. Человек подождал, осознав, что ему придется пересечь темный двор. Он заметно нервничал, а Гирланд ждал…
Наконец преследователь решился. Гирланд увидел, как тот достал что-то блеснувшее из кармана. Это был нож. Фигура начала приближаться. Убийца увидел Гирланда. Он был матерым и реакция у него была быстрая, но рефлекс Гирланда сработал быстрей. Блеснул плоский острый нож, но Гирланд уже бросился в ноги нападавшего, сбив его. Схватка продолжалась на земле.
Убийца, потерявший шляпу, пытался дотянуться ножом до горла Гирланда… Дюйм за дюймом сокращалось это расстояние. Гирланд держа руку с ножом, максимально напрягся, стараясь оттолкнуть ее, но нож неуклонно приближался и уже царапал кожу.
В последнем яростном усилии, заставившем заколотиться сердце, Гирланд наконец отдал нож и своей левой рукой провел молниеносный прием дзюдо, попутно ударив нападающего в горло. Нож выпал из руки, и с каким-то грудным стоном убийца свалился как сноп. Тяжело дыша, Гирланд с трудом поднялся, он даже не взглянул на распростертое тело. Качаясь из стороны в сторону, он вышел на освещенную улицу и смешался с толпой. На углу улицы было кафе, в которое он вошел и направился к телефонной кабине. Он запер за собой дверь и набрал номер клуба «Алло, Париж».
После долгой паузы мужской голос сказал:
– Да?
– Мадам
– А кто это? – спросил человек на другом конце провода.
– Если она у вас, то она меня ожидает.
– Не кладите трубку, – сказал голос.
Гирланд ждал, вслушиваясь в отдаленные звуки барабана. Он слышал какой-то истерический смех и кисло улыбнулся. «Женщины, – подумал он, – они всегда все усложняют». И он опять вспомнил ту длинноногую блондинку. Перед ним пронеслись слова Росленда, сказанные при их последней встрече: «Почему ты путаешься со столькими женщинами?»
Гирланд вытер шею платком, в кабине было жарко. Теперь Росленда уже не было в живых, и голос его доносился как бы из могилы. И опять он вспомнил Тессу с вывеской «Нью-Йорк-Геральд Трибюн» на ее роскошном бюсте. Наконец в трубке ответили.
– Мадам Фачер здесь. Она вас ждет.
– Мне надо с ней поговорить. Может быть вы…
Он смолк, увидев крадущуюся тень вдоль противоположной стены. Повесив трубку, он быстро опустился на колени, скрывшись за деревянной панелью кабины. Левой рукой он схватился за ручку, правая потянулась за револьвером.
Затаив дыхание, Гирланд ждал. Он чувствовал, что попал в ловушку. Там, снаружи, можно было мгновенно открыть кабину и убить его прежде, чем он бы смог защититься.
Затем он подумал, что шум от выстрела привлек бы два или три десятка людей, находившихся в кафе. Он услышал, как закрылась какая-то дверь и вновь наступила тишина. От напряжения заболели суставы пальцев, судорожно сжимавшие ствол револьвера. Он еще некоторое время подождал, затем тихо приоткрыл дверь кабины. Слабо освещенный коридор был пуст. Он медленно поднялся на ноги, лицо покрылось потом. Выйдя из кабины в коридор, он осмотрелся, затем сделал глубокий вздох. Он вновь вспомнил, что они сделали с Рослендом.
Поколебавшись, он пересек коридор и отворил дверь. Перед ним была лестница черного хода кафе, и он побежал вверх по лестнице. Миновав шестой этаж, на котором не было света, он вдруг услышал, как кто-то спускается вниз. Рука его вновь скользнула под пиджак и пальцы сжали ствол 45-го.
Какая-то полная женщина средних лет с накинутой на плечи шалью появилась на площадке. Он посторонился, уступая ей дорогу, и она, поблагодарив его, прошла мимо. Добравшись до восьмого этажа и сильно запыхавшись, он оказался в длинном коридоре. Пройдя его, он открыл крайнюю дверь и увидел над собой ночное небо. Он взобрался на плоскую крышу и закрыл за собой металлическую дверь.
Крыша была обнесена металлической оградой, на которую он облокотился, глядя вниз на оживленный бульвар. Справа по бульвару вдали горели неоновые буквы «Алло, Париж». Он стал изучать крыши, которые ему надо было пройти.
Первые три были гладкие и их преодолеть не составляло большого труда.
Четвертая, уступчатая, могла таить в себе опасность, пятая же – крыша самого клуба – была наполовину плоская, наполовину крутая…
Он принял решение добраться до клуба по крышам. До четвертой уступчатой крыши он добрался за несколько минут, но тут он должен был остановиться. Ему нужно было одолеть крышу в десять ярдов и, не видя возможности преодолеть ее крутизну, он решил воспользоваться водосточными желобами для ног, а руками перебираться по нескольким нишам, выложенным в черепице. После этого он мог попасть на пятую крышу клуба, которая тоже была плоской.