Это только сон
Шрифт:
Теперь их кожа переливалась серо-голубым, иногда вкраплялись бирюзовые ромбики, коричневые усики, жёлтые точки... Вы понимаете меня, какой-то художник от души поработал над ними, используя краски радужного фона, который я по-хозяйски спрятала в свой мирок. И узоры их были мне смутно знакомы, что то из этнических схем для вышивки, кажется...
Сижу над рунами, эти палочки с перекладинками нужно ещё запомнить. Оказалось, дух леса, почувствовав во мне отзвук энергии наяды (а у отца есть их кровь) влил мне убойную дозу чего-то. И я начала перерождаться в эту самую ручейную деву, покрываться чешуёй, и становиться самой сутью водной стихии. Поэтому меня и усыпили. Зато в произошедшем есть и положительный момент, я с водной стихией теперь на "ты", умею говорить на исходном. Письменность, конечно, не знаю, зачем глупым наядам она была?
А меня контролируют, вдруг вода опять меня позовёт, и я не смогу ей противиться. Военный совет из отца и матери, Гро и Шу решил меня несколько дней держать в доме. Ланве вернулся из патруля и теперь частенько заглядывает ко мне. Брат... Так странно ощущать внезапно появившееся родство. А если вспомнить, что есть ещё Танве, который старше и опытнее, то хочется заползти в какую-нибудь норку. Не сомневаюсь, скоро меня начнут воспитывать не как гостью, а как младшую в семье.
Через три дня жизнь в доме не казалась такой уж унылой. Ланве занимался со мной древнеэльфийским, благодаря чему я начала читать. Словарный запас пополнялся, так как брат каждое слово на эльфийском дублировал на древнем. Только теперь начала прослеживаться некая связь между ними, а то поначалу казалось, что эти два языка даже не родственные.
Лау заглядывала ко мне, а в первый же день обнаружив, как я уныло передвигаю палочки, привела Гро. Это было новостью: то, что гоблины грамотные и знают исходный язык. Старик был любителем знаний и накапливал их в своей голове. У них было своё волшебство, многие гоблины стали жить с магами ради знаний, но оставаясь невидимыми для людей. Поэтому те стали называть их домовыми духами. Так вот, у Гоблинэ было принято иногда собираться вместе, рассказывать новости и делиться накопленными знаниями. Такой праздник в году был - это Хйюль, именно тогда открывались межпространственные коридоры, и гоблины собирались в означенном месте на собрание. Гоблинские семьи, которые решили жить самостоятельно от клана или заложить новый, уходили так же и тогда же. После бесед с Гро этот серый народ открылся мне совсем с другой стороны.
И теперь я частенько заглядывала к старику, чтобы поболтать на исходном, что доставляло ему искреннюю радость. А он, хитрец, сразу звал своего внука, Чумро - отца Лау, чтобы тот привыкал понимать Исходный. С нагами я тоже помирилась, хотя и не ссорилась. Шу объяснил мне, что когда меня усыпили, моя энергия наполняла пространство, делая его магически плотным, вязким. А я, благодаря установленной связи с Ки, стала сопрягаемой с нагами, и поэтому они могли впитывать энергию. Именно поэтому меня поместили в их комнату как источник энергии. Наги, как полагается при восприятии новых потоков, впали в транс, а очнулись уже обновлёнными, с новой цветной кожей. Естественно, сначала они были напуганы, но теперь успокоились. Ведь приобретенные рисунки стали родными и понравились. А Шу был вообще в диком восторге, так как во всех нагах мужеского пола проснулась магия. Женщины у них никогда не обучались магии, так как не были под это заточены, а мужички то... А тут такая радость, вместо одного мальца у старого мага появились ещё два ученика. Мечта о возрождении расы становилась всё реальнее, особенно после того, как Тиира добралась до своего дружка. Произошло это вчера, наблюдали эту картину все наги и я. Судя по довольной улыбке Шу, препятствий в отношениях молодых быть не должно. Оставался лишь один невыясненный момент: молодым нужно ведь отдельное жилье? Так как Тиира не собиралась теперь отходить от Ул Ке, Доре пришлось за ухо её отвести обратно вниз, негоже девице жить с женихом, да и работать, кто будет?! А поправившиеся наги попросили корзинку и направились за едой себе в лес, чем умилили старую гоблинку.
Сегодня контрольный день. Утро. Меня общими усилиями собрали и вывели из дома, стоят и ждут, родители мои заботливые. Рассветает, воздух прохладный, слышны первые трели птиц. Я поёжилась.
– Долго будем стоять?
– Тимиозо, начинайте, только постарайтесь заниматься в пределах видимости отсюда, - отозвалась Силда.
Бежим вокруг нашего коттеджного
Глава 24.
Иррьен.
С утра я очень беспокоилась, сегодня должны были играть свадьбу Лау и Зара. Я смогла поздравить молодых заранее, по совету отца. Подруге я подарила серьги из серебра с изумрудами. Они были такие крупные, немножко аляповатые и не подходили мне, не знаю, зачем я их взяла из преподнесённых подарков на день рождения, но сегодня они были как никогда кстати. На серых лопухах Лау они будут выглядеть изящной мелочёвкой. А Зару я придумала подарить ремень. Сам он ему бы не подошёл, маловат, но большая нарядная пряжка была богато украшена полудрагоценными камнями и парой небольших сапфиров. За свои подарки я была полузадушена Лау и притиснута к широкой гоблинской груди вместе с невестой, по-видимому, чтобы та не приревновала. Всё, наше участие закончилось, теперь нужно не попадаться гоблинам на глаза.
Общим советом было решено отдать гоблинам дом отца для размещения гостей. Он, конечно же, запечатал пару комнат с ценными вещами. Все эльфы запаслись корзинами с провизией, бурдюками с водой и скоро должны были заблокировать лестничные проходы снизу наверх. Я не понимала, зачем такие предосторожности, но Шу успокоил меня, предложив посмотреть гоблинскую гулянку. Когда я в ответ вылупила глаза, он, рассмеявшись, продемонстрировал мне окно в полу, где можно было видеть, как суетятся гоблины, Лау кричит, что насыщенно-зелёное платье ей узко, Гро рычит, что его праздничный шейный платок не завязывается красиво, Дора, кряхтя, металась от одного к другому. И у всех на лицах такие свирепые выражения... Я сглотнула, сейчас они совсем не выглядели милыми.
– А потом, когда они наедятся личинок и жуков, замаринованных в крови ядовитых гусениц, напьются настойки из морошки с поганками, вот тогда они потеряют цивилизованный вид, и на них даже смотреть будет страшно.
– Сообщила мне мама.
Я поёжилась:
– Как же вы с ними живете столько лет, зная, что они могут терять разум? Кто знает, может они и среди бела дня бледных поганок наедятся, ну, увидел, не удержался, и съел? И что тогда случится?
– Дочь, не преувеличивай. Во-первых, названные блюда являются ритуальными и в повседневной жизни их даже не то, что не принято - их запрещено есть. Это закон. Во-вторых, давно, когда гоблины и эльфы решили жить рядом, был заключён Сговор, записанный в рукописи, не причинять вред друг другу. Именно поэтому гоблины предупреждают заранее о праздниках, где будут употребляться ритуальные напитки и блюда, и то, что они могут быть опасными для других. На выбор предлагается либо уехать к родственникам на пару дней, либо запастись едой и питьем, и затаиться наверху. Не волнуйся, гоблины предпочитают праздновать на воздухе свои праздники, здесь почти никого не будет. Тем более до ночи, когда и начнется празднество. А пока они принимают родственников, размещают их... Не беспокойся.
– И вообще, чего ты сидишь просто так? Давай-ка, заниматься. Хотя бы древнеэльфийским, как раз для тебя. Бери пергамент, перо и дуй в свою комнату, пиши сочинение!
Пришлось послушаться, но я сначала заглянула к Ланве. Он любовно натирал свой меч, а Ригги сидел в кресле, перекинув ноги через подлокотник, читал книгу. Его светлая чёлка свесилась и почти закрывала ему глаза. Я присмотрелась, мне показалось, он заснул. Проверим! Я помахала ладошкой у него перед носом. Ничего! Я же говорила! Я выразительно посмотрела на брата, за что тут же поплатилась. Ригги схватил меня, плюхнул себе на живот и начал щекотать. Отбиваться у меня не получалось, слишком в неудобной позе я была, пришлось извиваться от смеха, пока я не вспомнила уроки Тимиозо. Ха, с первой попытки я почти придушила Ригги, согнувшись и прижав ноги к туловищу, намертво зажав там его лицо. Смех сразу прекратился, а я освободила эльфа. Не думаю, что Элоэн поблагодарит меня за смерть кузена.