Это ты, Африка!
Шрифт:
Отсюда ходят прямые электрички на Брянск. Ну а Брянск — это уже почти Москва, каждый понимает. Решаю ехать в Суземку и вскоре оказываюсь в ней.
Позвонил домой (одна минута стоит два пятьдесят — 0.3 египетских фунта), купил буханку чёрного хлеба за четверть фунта и перебрался на вокзал, где был дважды проверен бдительными стражами порядка.
В электричке ко мне подсел попутчик — только что освободившийся зек. Он добирался с Украины, где отбыл пятнадцатилетний срок, в Тюмень, где когда-то жил. Зек интересовался хождением электричек по направлению Москва—Тюмень и угощал меня салом.
Приехали
«Если, возвращаясь домой, вы чувствуете себя уставшим и имеете характерный запах, — остановитесь на расстоянии дня пути от своей исторической родины, отъешьтесь, отмойтесь и являйтесь к родителям в благоустроенном виде» («Практика вольных путешествий», глава «Общение с родителями»).
Очень кстати было применить собственное учение. У Эдика дома была горячая вода, горячий чай и пища — а что ещё надо автостопщику, вернувшемуся в холодную Россию на 94-й день дороги? Поведав Эдику и его подруге Лене о жизни суданского и иных народов, я повалился спать.
В то время как жители Брянска досматривали свои последние, утренние, самые интересные сны, я направлялся по предрассветным улицам на железнодорожный вокзал. Всё происходящее казалось мне тоже не более чем утренним сном.
Атбара, сыр Бабикер, калям: мумкен.
Порт — рельсы — старые вагоны — море — дамба — солнце — старой постройки каменные амбары — старые грузовики — море.
This is not good. За всё тавать один фунт.
Виза выдаётся только резидентам Иордании.
What is first — God or goverment?
Аттани, менфазолек, альф гиней.
Это камера отдых.
Ребята, — амнистия!
Три месяца, три месяца позади, как целая жизнь! Сколько случаев, событий, приключений, глупостей наконец! невероятно!
В утренней электричке вчерашнего зэка не оказалось. Видимо, задержали ночные вокзальные стражи и прибавят денёк-другой к его пятнадцатилетней отсидке. Жалко его. А я вытянулся на лавке (в суданском поезде это было бы сделать труднее) и перешёл из сна в сон.
В Сухиничах электричка завершила свой путь, и я вместе с другими пассажирами перетёк в другую, которая привезла меня в Калугу.
От Калуги до моего дома оставалось меньше 200 километров, и я сел возле окна, рассматривая километровые столбы. Только явление контролёрши отвлекло меня от этого занятия. Девушка хотела билет или рубли, а я предлагал ей на выбор румынские леи, египетские пиастры, иракские динары, сирийские лиры и даже приблудную копеечку из Бахрейна. Девушка смотрела на меня широко открытыми глазами.
— А в метро вы как будете проходить?
— Пристроюсь за каким-нибудь толстым человеком, — отвечал я.
Контролёрша ушла, вертя в руках какую-то монетку, а я пристроился к окну. Пролетели километровый столб: 124. До Москвы осталось всегодва с половиной часа.
Москва!
И вот началась обычная, домашняя жизнь.
Паша Марутенков,
Паша с Вовкой поехали, не торопясь. В Иордании они, как и мы, получили сирийские виды «в виде исключения». Путь через Болгарию и Румынию был прост и недолог. В середине мая они оба вернулись домой.
Андрей Петров провёл ещё несколько дней в Иордании, несколько дней в Сирии, облазил ещё несколько старинных крепостей и попил чая у местных жителей. Назад он возвращался через Грузию, но не через Батуми, а через другой переход, и проблем никаких не имел.
Самым необычным было житие Саши Казанцева. Он провёл в Египте полтора месяца, объездил почти все дороги страны, достиг закрытого для автостопщиков Абу-Симбела, Ливийской и Израильской границ, причём около последней был арестован и провёл две недели в египетской тюрьме (как предполагаемый израильский шпион). Из тюрьмы он был спасён и отправлен самолётом в Москву при помощи российского посольства в Каире. Впрочем, об этом он подробно рассказал сам, написав самую большую и весёлую главу в сборнике «Уроки автостопа».
Курс доллара в России, к моему глубочайшему удивлению, за три месяца не изменился, но существенно подорожали хлеб и бумага.
Некоторые из наших друзей, наслушавшись наших рассказов о странах Юга, съездили куда поближе — в Сирию, — и вернулись в восторге от этой страны.
А летнее путешествие в Таджикистан, анонсированное ещё из Порт-Судана, также прошло благополучно, о чём тоже можно будет когда-нибудь прочитать.
Послесловие
Мы выезжали из Москвы, намереваясь объехать вокруг Аравийского полуострова по дорогам Турции, Сирии, Иордании, Египта, Судана, Йемена, Омана, Ирана… Поэтому изначально, в русском варианте, мы называли свою экспедицию «Аравийское кольцо».
Однако, когда мы сочиняли название экспедиции на английском языке, для сопроводительного письма, визитных карточек и документов для посольств, — кому-то из нас пришло в голову более обтекаемое название — «К истокам цивилизации», или, в английском варианте, «Колыбель цивилизации» («The Cradle of Civilisation»). Этот заголовок показался нам более универсальным. В самом деле: такие визитки и бумаги нам пригодятся и в следующих путешествиях, ведь жители любой страны с радостью поверят, что именно их страна — самая древняя и историческая.
Более того, маршрут поездки мог измениться по ходу дела (как оно и произошло), а словосочетание «Аравийское кольцо» отдаёт излишней конкретикой.
И эти слова — «Колыбель цивилизации» — оказались символичными. Да, мы так и не завершили своё «Аравийское кольцо», и даже не побывали собственно в Аравии. Но мы побывали у колыбели цивилизации, там, где и по сей день живёт детство человечества.
Там, в стране глиняных домов и соломенных хижин, в этих суданских деревнях, где выйдешь вечером на улицу и не увидишь электрического света;