Ева
Шрифт:
— Что вы делаете? — но неожиданно его кулак полетел мне в лицо, я закричала от боли.
— Я же тебе сказал, что вопросы здесь задаю я. И не бойся, трахать тебя не буду, ты не в моем вкусе. Но если твои спасатели не придут вовремя, я могу переступить через вкус, — и громко заржал. Я больше ничего у него не спрашивала. Горело все лицо. Посмотрев на свои пальцы, я увидела на них кровь. Боже, помоги мне! Эти полчаса были для меня вечностью. Когда я услышала, как открылась входная дверь, машинально дернулась, хотелось поскорее очутиться возле Никиты и брата.
— Сидеть! —
— Медведь, уведи Еву — приказал Никита. Даня подошел ко мне, помог мне подняться и увел в мою комнату. Там я, уже не сдерживаясь, зарыдала и сильно обняла брата.
— Ну, все, теперь мы здесь, все будет хорошо. Дай я на тебя посмотрю. Он тебе ничего не сделал? — Он взял мое лицо в свои ладони и стал рассматривать. Его лицо менялось на глазах, в конце оно стало красное от злости. — Я его убью!
— Даня, не оставляй меня, пожалуйста.
— Сиди здесь и не выходи. Я сейчас вернусь.
Он ушел, и мне опять стало страшно. Я повернула голову в сторону зеркало, и у меня из горла вырвался стон ужаса! Мое лицо! Оно все опухло! Как теперь мне жить с таким лицом!? В гостиной был шум, грохот, мне вообще казалось, что там ничего не осталось от комнаты. Шум был ужасный. Я забралась на кровать и укрылась одеялом. Как же мне было страшно!
— Ева, — я дернулась и сжалась еще сильнее. — Ева, девочка моя, — это же Никита! Я подскочила и обняла его за шею. — Все хорошо, слышишь! Посмотри на меня, — я покачала головой, не хочу, чтобы он видел меня такой. — Посмотри на меня! — я только прижалась к нему сильнее. — Ева, мне нужно посмотреть, что с твоим лицом. Может, там что-то серьезное, — я все равно покачала головой. — Ладно, сейчас к тебе зайдет доктор, я тебя прошу, дай ему тебя осмотреть. Хорошо? — кивнув, я опять легла на кровать к нему спиной. Хорошо, что в комнате было темно, и он не мог меня разглядеть.
Врач мне выписал какие-то мази и сам еще обработал мое лицо. Выпила успокоительное средство, которое он мне дал для того, чтобы я уснула, и оставил меня одну. Повернувшись к стене лицом, я лежала и ни о чем не думала. В мою комнату кто-то зашел. Мне не хотелось ни кого видеть!
— Ева, — позвал меня Никита, я ему не ответила. Он лег рядом и обнял. — Ева, прости меня.
— За что? — прошептала я. Говорить мне тоже не хотелось.
— Это все из-за меня, я не имел права подвергать тебя такой опасности. Если бы тогда сдержался и не приблизил тебя к себе, сейчас бы не было никаких проблем, — ну, как же он не понимает, что без него я не жила.
— Ты ни в чем не виноват.
— Виноват. Я же знал, что ты еще маленькая, многое не понимаешь…
— Нет, не надо ничего говорить. Я знаю, что для тебя ничего не значу. И сейчас то, что произошло, я только добавила тебе проблем.
— Вот, что ты несешь? Каких проблем? Ведь это все из-за меня…
— Никита, хватит. Я устала и хочу спать. Ты можешь идти. Я больше не хочу тебя задерживать.
— Я останусь здесь, с тобой, — больше я ничего не ответила.
Глава 16
Утром, кое-как открыв глаза, почувствовала, что все лицо болит. С трудом поднявшись с кровати, отправилась в ванную. Приняв душ, почувствовала себя освежившейся, там я посмотрела в зеркало. Хорошо, хоть, что опухоль спала. Врач мне вчера обещал, что сегодня все спадет и останутся только синяки. Я долго рассматривала свое отражение в зеркале, в нем заметила, стоящего позади меня, Никиту. Мне было уже все равно, что он видит меня такой некрасивой и побитой. Какая уже разница, я ему не нужна была, когда выглядела нормально, а сейчас тем более не понадоблюсь. Он смотрел на мое отражение, а я, молча на него. Я была зла на него, когда заметила в его взгляде жалость.
— Как ты себя чувствуешь?
— Отлично. А что по мне не видно? — я повернулась к нему. — Странно, а мне кажется, я великолепно выгляжу.
— Ну, если остришь, значит и правда, отлично себя чувствуешь.
— Ага. А что ты забыл в моей ванне?
— Я пришел тебе сообщить, что сегодня ты переезжаешь.
— Что!? Нет. Я никуда не поеду.
— Поедешь и не спорь.
— Я. Сказала. Нет. — Меня начинало все это бесить.
— Я сказал, что ты поедешь…
— Что ты ко мне привязался?! Нечего мне указывать, что делать! Я не хочу никуда переезжать! Я останусь здесь, в своей квартире! — Никита приблизился ко мне, и хотел дотронуться до моего лица, но я сделала шаг назад. — Не трогай меня!
— Ева, я понимаю, тебе сейчас тяжело, но это же все для твоей безопасности…
— Какой безопасности?!
— Ты теперь для всех моих врагов, как мишень…
— Зачем я им нужна?
— С помощью тебя они выйдут на меня. Теперь они все знают, кто ты…
— И что!? Ты им сразу скажи, что тебе плевать на меня! Что просто переспал со мной и все!
— Ты действительно ничего не понимаешь!? Или притворяешься дурой!? — повысил он голос.
— Да, я дура. Неужели ты сразу не заметил, когда соблазнял меня. Ведь, если бы я была умная, то бежала бы от тебя, как от огня!
— Короче, я тебе сказал, через час будь любезна быть готовой, — и вышел из ванной. Я все стояла и смотрела на дверь, через которую он вышел. Почему именно в него мне надо было влюбиться!? Я ненавижу его за это! Пройдя в комнату, присела на кровать. Я уже устала от своих переживаний, от того, что не нужна Никите. Пусть уже оставит меня в покое!
— Рыжик, привет, — Даня присел рядом.
— Привет.
— Рыжик, ты должна уехать из этой квартиры на время.
— Я не хочу.
— Пойми, сейчас это лучший вариант.
— Вы опять меня увезете в тот дом?
— Нет. Ты пока поживешь в квартире Никиты…
— Нет. Я там жить не буду!
— Ты там поживешь не долго, как только все успокоится, ты переедешь ко мне.
— Почему я сейчас не могу этого сделать?
— Потому что дом Никиты охраняется. Там ты будешь в безопасности.