Эвелина

Евсюкова О. В.

– Присаживайся, - махнул рукой на диванчик, возле стены. После того как я села, пристроился рядом и взял меня за руку.

– Лина, вчера, когда ты...
– начал он и замолчал, а у меня сердце упало в пятки, если сейчас начнет отчитывать, я от стыда сквозь землю провалюсь. Но следующие слова меня буквально заставили вздохнуть с облегчением.
– Когда ты пользовалась нитями силы, ты помнишь, какого они были цвета.

Да, золотого... ты это, ну, не переживай так. Я уже кажется понимаю, к чему ты ведёшь. Мда, вот те раз... да прочитала уже я книгу 'Раса ории, управление и преобразование потоков

вселенной', пока вы спали, так что примерно знаю, чем мне это грозит, поэтому тогда так и взбесилась из-за внешности. И вообще мне последнее время везет как утопленнику, - Эрик конечно пытался скрыть облегчение на лице, что ему не придётся мне все рассказывать, но ему это плохо удалось.

– Ну что ты такое говоришь, ты даже представить себе не можешь, какая у тебя будет сила, через полгода после полного пробуждения. Это же невероятно, да у нас подобные тебе ории, разве что в легендах и летописях еще встречаются, я и помыслить не мог, что когда-то в живую встречу такую мощь. Не говоря уже о том что, это будет моя дочь.

– Конечно, тебе легко говорить, а как быть мне?
– скорчила самую жалостливую рожицу, какую только могла. Глядишь, расщедрится и поумерит свой энтузиазм, а то еще начнет показывать меня всем как выставочный экспонат.

– Не переживай, конечно первое время тебе придётся пожить здесь, пока сила не проснется и ты сможешь сама себя защитить, но за эти пол года ми с Кидом сможем тебя всему обучить, что бы ты могла чувствовать себя более комфортно в окружении представителей нашей расы. Я думаю, ты не будешь против.

Спешно заверила его в полном согласии с планом, как-то не сильно тянет меня, сразу окунутся в тот серпентарий, который он называет своим окружением, владеющий информацией владеет миром, а я постараюсь, подготовится на славу.

– Ну, тогда завтра начнем обучение.

– Кстати, а как я смогла прочитать ту книгу, я ведь так понимаю, она была написана не на русском языке.

– Конечно, нет, помнишь те камни, во время клятвы.

Я только кивнула.

– Так вот, это тоже был подарок Хранителя вашего мира, в них было заложен универсальный переводчик. То есть, если к тебе кто-то обратится на незнакомом тебе языке, он мгновенно переводится в твой родной, а ответ ты воспроизводишь на том языке, на котором к тебе обращались, так же дела обстоят и с чтение, и письмом.

Честно сказать, его слова меня немного напрягли. Это значит, если я потеряю их, то перестану понимать, что мне говоря. И задала этот же вопрос Эрику.

– Нет, ты их не сможешь, ни потерять, и ни каким другим способом от них избавится. Понимаешь, камни были артефактом, причем настроенным только на тебя, и они уже полностью слились с твоей аурой, я теперь их даже не чувствую, - проговорил Эрик, и на грани слышимость добавил.
– Как бы я хотел знать, где он берет подобные вещицы.
– а затем уже громче.
– Хорошо, а теперь иди, отдыхай, завтра будет тяжелый день.

Глава 9

Лина

Утром меня разбудил, дразнящий аромат, свежезаваренного кофе, и я как зомби поплыла на запах. Хорошо хоть вчера ночную одела, а не легла спать в белье как собиралась, просто она оказалась такой

красивой, что я не удержалась (персикового цвета, со вставками из белого кружева, на мне она смотрелась великолепно). В общем, я как сомнамбула плыла на кухню, теряя тапки и не обращая внимания, ни на что кроме запаха кофе.

Эрик стоял в пол-оборота возле плиты и наливал кофе в чашку, как только она наполнилась почти до краев, я тихонечко подошла сзади, чтоб он меня не заметил, гавкнула на ухо, и когда он от неожиданности дернулся, выхватила чашку. Расплескалось, конечно, немного, но это все фигня, о блаженство, ну почему вчера мне никто не сделал кофе. Я от радости, что добралась- таки до вожделенного напитка, аж зажмурилась, пока все не допила, чашка какая-то маленькая оказалась. Когда открыла глаза, Эрик варил уже следующую порцию, наверное, думал что для себя, фигушки, мне, все мне. Не зря говорят, бог любит троицу, вот третья порция ему и достанется.

После того как я отобрала и вторую чашку, Эрик немного рассердился, но потом махнул рукой, мол 'чем бы дитя ни тешилось...', понял что спорить бесполезно.

– И тебе доброе утро, что же ты раньше не сказала, что так кофе любишь. Кид, например, даже запаха его не выносит, поэтому я и не предлагал, - Ух, изверг, это если бы я сегодня не услышала запаха кофе, мне бы и дальше его не давали, а я жила в блаженном неведенье.

– Я и не люблю.

Брови Эрика взлетели до уровня роста волос, а челюсть совсем не эстетично отвалилось.

– Я его обожаю-ю-у-у.

И тут от входа раздался веселый заливистый смех. Кид стоял, опершись об косяк и смеялся. Интересно, а он долго там простоял или только пришел.

– Доброе утро, - сквозь смех, выдавил из себя Кид.
– Сестричка, ну ты прям львица, никогда не думал, что у Эрика из рук кто-то сможет вырвать кофе, вы как два наркомана.

– Кто?
– не понял Эрик.

– Ну, так называют людей, в моем мире, которые принимают какие либо наркотические вещества, для изменения своего восприятие или состояния. А эти вещества в свою очередь вызывают привыкание, и человек уже не может отказаться от их приема. В общем, а забей, хотя, наверное, по отношению ко мне это своего рода, правда.

– Забавно, Кид, ты завтракать будешь?

Эрик с утра прямо сама благодетель, он, что сам собрался готовить.

– Да. Лин, а ты приготовишь, что ни будь, своему любимому братишке?
– а лицо такое просительное, губки бантиком, брови домиком.

– Хм, не поняла, а когда это я успела братиком обзавестись. Эрик, у тебя ведь нет больше детей.

– А как же я?
– Кид, как-то уж больно натурально удивился, а Эрик отвернулся к окну и начал маскировать смех приступом кашля, только редкое похрюкивание ему явно мешало.

– Лина, Кид мой племянник, он, если захочет потом тебе все подробно расскажет. Так, понятно, медленно, но неуклонно обзавожусь новой родней.

– Ох, братишка, как же ты мне дорог. Хотя, я всегда мечтала, что бы у меня был брат, у меня ведь никого не было, я единственный ребенок в семье.

Встала и пошла переодеваться. Только уйти мне далеко не удалось. Кид расплылся в довольной улыбке и, не говоря не слова, подошел и обнял меня, крепко так до хруста в ребрах, и уткнулся носом в макушку.