Эвелина

Евсюкова О. В.

– Догони ее! Останови!
– начал орать на меня Кид.
– Я же видел насколько она тебе дорога. Как ты ее искал, когда она пропала. Почему сейчас смолчал? Даже, если что-то и было в твоих планах... Но это было до того как ты ее узнал!

– Не могу...- тихо проговорил я и закрыл ладонями лицо. Как же противно причинять боль собственной дочери. Ее благополучие для меня сейчас дороже всего, даже дороже собственной жизни.
– Ей так будет лучше...

– Как? Ты что остатки разума растерял? Она же сейчас уйдет и все! Что ты потом будешь делать?

– Я ей все объясню... Потом.

– А ты уверен, что она потом станет

тебя слушать?
– поднимаясь, буквально выплюнул он.
– Я бы не стал!

Лина

Хлопнув дверью свой комнаты, да так, что затрещал косяк, я упала на кровать, глотая горькие слезы. Как же обидно разочаровываться в близких. Почему же так больно? Зачем надо было окружать меня заботой, приручать, если все равно собирался использовать в своих планах?

– Идиотка!
– взвыла раненым зверем.
– Поверила, даже не усомнилась... Наивная дура!
– от злости стала колотить подушку, пытаясь угомонить разбушевавшуюся силу, но вспоров ткань отросшими ногтями, поняла всю тщетность этой затеи.
– Новая семья... Ага, как же!
– в стену полетела ваза с цветами, угодив прямиком в настенное зеркало, а бросок был такой силы, что оно разлетелось вдребезги, осыпавшись осколками на пол.

Полюбовавшись на дело рук своих, я стала крушить все без разбора, ломая и разнося комнату в хлам, а что не поддавалась, уничтожала нитями силы. Надо же было ее куда-то девать, вместе с запалом, а то не ровен час и Эрика угроблю! Не то чтобы мне не хотелось наказать его, но я не смогу потом простить себе этого. Да! Как бы я не отрицала, как бы мне не было больно, но не смогу...

Сжав ладони в кулаки, даже не заметила как длинные, острые ногти проткнули ладони, глубоко вспарывая кожу. Кровь тонкой струйкой потекла на пол, орошая багровыми каплями осколки, обломки и обрывки, некогда бывшие прекрасным интерьером. По комнате как будто торнадо пронесся, а в самом его эпицентре стояла я, растерянная и как никогда одинокая.

– Лин, остановись, - тихо проговорил Кид и обнял меня за плечи, прижимая спиной к себе.

– Давно ты здесь?

– Судя по разгулу стихии, примерно с самого начала, - задорно фыркнув носом мне в волосы, выдало это чудо.
– Успокоилась немного?

– Нет!
– помотала я головой.
– Но громить больше нечего.

– Как это?
– с наигранным изумлением, спросил Кид.
– В твоем расположении весь замок, - окинув беглым взглядом комнату, добавил, - если и его не хватит, можешь и мой родовой разгромить. Я даже помочь согласен!

– А можно я там немного поживу, а?
– жалобным тоном спросила я. До тошноты не хотелось оставаться в доме Эрика.

– Ты уверенна?
– сжимая еще крепче в объятиях, поинтересовался Кид.

– Так будет лучше...

– Как хочешь, - Кид отстранился от меня, и, склонившись в шутовском поклоне, продолжил: - Повелевайте госпожа!

– Шут!

– И тем живем, - задорно улыбнувшись, он подмигнул мне.
– Пойдем?

– Подожди! Мне Арайя надо забрать, он опять куда-то убежал.

Ментально позвала малыша, и как обычно ответ пришел со стороны кухни.

– Вот обжора! Слов нет, - с улыбкой проговорила я.
– Он так и меня скоро съест.

– Не утрируй. Ему же расти надо, - не успел, Кид, договорит, как в комнату влетело большое лохматое чудо, размером с взрослую овчарку. Белоснежный и игривы, как и любой щенок, он сразу ринулся ко мне, загребая лапами

мусор.

– Стой!
– крикнула я в полете, падая на пол.
– Ты что творишь?

Арай лизнул шершавым языком мое лицо. Потом рыкнув, наклонил голову, разыгрывая смущение - прикрыл лапой глаза, а ментально же пришла волна радости.

– Эх ты...
– потрепала его за ухо.
– Баловень.

Счастливый малышь обкапав слюнями мое платье, поднял голову, переминаясь с ноги на ногу, обвел глазами комнату, с нетерпением выискивая очередную жертву.

– Р-р-рав!
– выдал он зафиксировав Кида. Хм... Теперь понятно, кто получит следующую порцию нежности от радостного кархара.

Кид же смекнув, что к чему, начал отступать к двери. Но не тут-то было! С небывалой прытью, Арай в два прыжка преодолел разделяющее их расстояние и запрыгнул убегающему парню на спину.

– А-а-а-а!
– Кид попытался его стряхнуть, на что малыш громко щелкнул зубами возле его уха и сжал их на воротнике, мертвой хваткой.

– Все-все! Ты выиграл, - смеясь, проговорил Кид, поднимая руки вверх, - сдаюсь!
– Теперь пошли, - поднимаясь и стряхивая с себя пыль, проговорила я.
– Больше меня здесь ничего не держит...

Глава 27

Лина

Скучно.... Всего шесть букв, а какое противное обозначение, ну для меня так точно. Я до этого и не задумывалась над глубиной этого слова. А по-настоящему начинаешь понимать его только тогда, когда готов влезть на стену, лишь бы хоть как-то разнообразить свою жизнь, внести хоть какой-то экстрим. Та ладно экстрим, хоть какие-то краски, даже не так, хоть тени обозначить. А не тухнуть, от вялотекущего времени в старом и мрачном родовом имении семьи Кида. Ужасный замок с пугающей атмосферой безысходности. Теперь ясно, почему братишка так не любит здесь бывать. Я бы и сама сбежала, только гордость не позволила, сама напросилась и сразу "в кусты". Вот и пришлось оставаться.

Впервые увидев эту громадину - вживую, я чуть дар речи не потеряла, а в голове поселилась мысль: "Куда я попала?" - и в ней четко прослеживались панические нотки с визжащим акцентом. Нет, вы не подумайте, что строение было а-ля дом Франкенштейна или Влада Цепиша, нет, все основательно так и вычурно, Версаль, да и только. Просто, за века дом впитал в себя огромную кучу отрицательных эмоций. Ненависть, обиды боль и совсем не было положительных, чтоб их нейтрализовать. И теперь сам замок стал излучать всю ту гамму негатива, проецируя ее на проживающих в нем существ. Тут даже домашние питомцы не живут, Арай и тот с трудом ночь проводит. Хм, а учитывая мою и так расшатанную нервную систему, я опасалась серьезных психических расстройств и не безосновательно, смею заметить. Прошло пять дней, а я готова плюнуть на все и пустится "во все тяжкие". Странное умозаключение, от девушки, лежащей до обеда на кровати в пижаме.

М-да, одиночество уже окончательно доконало, Арай еще с самого утра махнул на меня лапой и попросил переместить его к любимому повару в дом Эрика. Предатель! За пирожок и родину продаст, бросил меня и смотался. Кида уже два дня нет. В его мире, ну, в смысле, в том мире, где он является смотрителем - беспорядки и ему срочно пришлось их устранять. И теперь я одна в огромной махине, по ошибке названной домом, помираю от скуки...

– Эвелина, к тебе можно?
– вырвал меня из бредовых размышлений смутно знакомый голос.