Эвендины. Магия воздушных струн
Шрифт:
Лорд Йоран сидел рядом. Он поднял с пола лампу, в которой горел огонек, поставил ее на подоконник, и в комнате стало светлее.
– Хорошо, – ответила Эни, но получилось не слишком убедительно: голос почему-то звучал слабо, а сама она чувствовала себя так, словно работала весь день не разгибаясь. – Что случилось?
– Ничего страшного. Ты потеряла сознание.
– Там
– Да, но они не шли ни в какое сравнение с первым. Гильем и Эрнальд справились с ними в два счета.
Эни не поверила своим ушам. Нет, тот, кого она увидела, не мог быть таким слабым. Хотя в реальности она заметила его лишь издали, а все остальное было сном, почему-то Эни не сомневалась: таков он и есть на самом деле.
– Нет причин волноваться, – продолжил Йоран. – Судя по всему, ты просто очень тонко чувствуешь, поэтому ильфиты с непривычки вызывают такую реакцию. Можешь встать?
Он взял ее за плечи, и с его помощью Эни села на кровати. Голова немного кружилась.
– Разве сейчас не ночь? – спросила она.
– Глубокая. Однако необходимо выехать сейчас. Тогда к вечеру мы доберемся до Предгорья, и Осберт ни за что нас не догонит.
– Хорошо, – покорно согласилась Эни, хотя мысль о выходе на улицу в такую ненастную ночь заставляла ее содрогаться.
Она была уже одета, оставалось только обуться. Йоран надел на нее теплую накидку и обнял одной рукой, заодно укрывая своим плащом. Так они вышли из дома, прорвались сквозь дождь и добрались до кареты. Все было в полной готовности – через пару минут они двинулись с места.
– Лучше так. – Йоран притянул ее к себе, и она прилегла ему на плечо. – Я вижу, тебе плохо.
– Голова кружится, – пробормотала Эни. Его забота была приятна, и это побудило ее заговорить: – Я не понимаю, как вам удалось выбраться из Тихого леса. Я видела ильфита… Он, кажется, был ужасно силен. Разве нет?
– О каком ильфите ты говоришь?
Эни подробно описала силуэт в лесу, а затем и свой сон. Она не могла видеть лицо Йорана из-за темноты, но явственно ощутила, как его удивили и встревожили ее слова.
– Такой к нам не выходил, – сказал он. – На дороге встали несколько
– Думаете, мне привиделось? – спросила Эни со слабой надеждой.
– Нет, не думаю. Более того, твой сон пугает меня не меньше. Ты очень точно описала одного из самых страшных ильфитов. Его прозвали Пауком – из-за этой странной штуки на голове. О нем есть много легенд.
Эни похолодела. О Пауке обычно рассказывали, чтобы пощекотать нервы. Лирди знала несколько историй о нем, но Эни слышала их всего по одному или по два раза: не хотелось лишать себя спокойного сна. И все же она помнила: еще до того, как пришел Двуликий, Паук, которого на самом деле звали Даргандэлом, что на древнем языке означало «черное солнце», первым постановил – человечество нужно уничтожить. Поначалу ильфиты не пошли за ним – они боялись открыто идти против других созданий Предвечных. Тогда Паук отправился вершить свою миссию один. От его рук погибло множество людей, и вскоре ильфиты, ободренные его примером, присоединились к нему.
Вторая известная легенда гласила, что Паука запечатал сам Двуликий: никто другой не был способен справиться с его чудовищной силой. Но со временем печать слабеет, и где-то в недрах гор злобный ильфит ждет своего часа, чтобы взять реванш и на этот раз полностью истребить человечество.
– Но как это может быть? – прошептала Эни. – Ведь это просто легенды… И, если верить им, он запечатан… И я… Как можно было выжить после встречи с ним?
Карета подпрыгнула на кочке, и Эни крепко вцепилась в Йорана. Завывания ветра снаружи напоминали крики, полные боли.
– Да, он был запечатан, но с годами печати слабнут. Уже несколько лет из-за гор приходит все больше ильфитов – ты сама видела. Было бы глупо надеяться, что это затронет не всех. Что касается тебя и Даргандэла… Во-первых, ты не столкнулась с ним лицом к лицу. Твой сон, скорее всего, лишь ощущение его ауры. Во-вторых, думаю, ты гораздо сильнее, чем кажешься. То, что Паук заинтересовался именно тобой, это подтверждает.
Конец ознакомительного фрагмента.