Эверблейз

Мессенджер Шеннон

Грэйди остановился на узких ступенях, которые вели к металлической парадной двери.

– Сандор, ты должен ждать здесь... и быть вне поля зрения.

Сандор потянулся к одному из своих карманов и вручил Грэйди метательную звездочку.

– Не бойтесь использовать это.

– Я могу справиться с Брантом. Я заботился о нем в течение шестнадцати лет.

Шестнадцать лет.

Софи никогда не думала, как должно быть обременительно заботиться о Бранте. Его родители психологически были слишком сломлены,

чтобы приходить к своему надломленному сыну, поэтому Грэйди и Эделайн были единственными, кто нашел ему, где жить, и навещали его время от времени... справляясь одновременно и с собственной потерей.

– Возьмите это для большей защиты, - настаивал Сандор.
– Вы сами сказали, что эльфы непредсказуемые существа.

Грэйди вздохнул, когда засунул оружие в карман своей накидки.

– Ты уверена, что готова?
– спросил он Софи.

Она кивнула, не доверяя своему голосу, когда она начали подниматься по ступенькам.

На последней они оба замешкались, сделав несколько глубоких вдохов. Затем Грэйди потянул свисающую цепь, создавая тихое эхо в тишине. Звон все еще длился, когда металлическая дверь распахнулась, ударяясь о каменную стену.

Грэйди схватился за грудь.

– Думаю у меня сердечный приступ, Брант. Ты никогда не встречал нас в дверях.

– Ну а ты никогда не заглядывал между юбилеями, - ответил Брант. Его голос был таким же хриплым и сиплым, как его помнила Софи.
– Так что, думаю, это что-то новенькое.

Не смотри на его шрамы, напоминала себе Софи, сосредотачиваясь на странной, оранжево-желтой, похожей на халат рубашке. Но ее взгляд по-прежнему метался между опухолями, порезами и красными шрамами, которые портили его щеку и часть подбородка. Жестокие подарки на память, которые даже Элвин не смог свести.

– Эделайн нет?
– спросил Брант, отходя в сторону, чтобы дать им пройти.

– Мы ожидаем прибытия пары апатозавров днем, и кому-то нужно было остаться там, чтобы помочь, - объяснял Грэйди.
– Все нормально?

Брант ничего не сказал, когда хлопнул дверью и повел их в свою скудно обставленную гостиную. Он показал им устраиваться на четырех металлических табуретах, прикрепленных к полу большими пружинами, но Софи ждала, что Брант выберет стул первым. Потом она села на самый дальний от него.

– Вижу, что нет даже никаких заварных пирожных с кремом, - сказал Брант, вздыхая и качая головой.
– До сих пор это не очень хороший сюрприз.

– Нет, думаю, нет, - признал Грэйди.
– Но возможно это могло бы помочь.

Он потянулся к своей накидке и достал серебряный мешочек с ярко-красной лентой.

Брант наклонился вперед.

– Это..?

– Да. Целый мешочек Индиарахиса, только для тебя.

Грэйди протянул его ему, и Брант смотрел на мешочек в течение секунды, как делал раньше старый кот Софи, когда она впервые

показывала ему новую игрушку. Брант атаковал столь же быстро, вырвал и разорвал свое сокровище.

Ему потребовались несколько секунд, чтобы распутать ленточку, разорвав ее на куски, когда он опустился на свой стул, вытащил синий пучок размером с кулак и запихнул его в рот. Синие слюни потекли вниз по его губам, и он изо всех сил пытался прожевать этот огромный кусок, но это не мешало ему говорить:

– Я предполагаю, что это почти также хорошо... но в следующий раз, я хочу заварные пышки.

– Эделайн испечет двойную порцию, - пообещал Грэйди.

– И я хочу больше этих, тоже.

Брант запихнул еще один в рот, покрыв нижнюю губу синей слизью. Софи понятия не имела, что такое Индиарахис, но она была вполне уверена, что никогда бы не хотела его пробовать.

– Так, вы собираетесь сказать мне, почему вы здесь?
– спросил Брант, брызгая слюной при каждом слове.
– Или я должен угадать? На самом деле, это может быть забавно.
– Его острые голубые глаза стрельнули в Софи как лазерные лучи.
– Это имеет отношение к ней, не так ли? Ты никогда неожиданно не приходил до того, как появилась она. Так, что она хочет?

Он потер подбородок, размазывая синие слюни по шрамам.

Софи пришлось отвести взгляд.

Она осматривала комнату, ища любые подсказки к разгадке того, сколько одиноких дней здесь провел Брант. Не было никаких книг или газет. Никаких устройств или инструментов. Только обнаженные стены и пустое пространство, будто настоящая чистая тюрьма.

– Ты не можешь забрать!
– закричал Брант, заставляя Софи вскочить на ноги.

Грэйди встал перед ней, но Брант медленно пятился назад.

– Ты не можешь забрать, - повторял он, опускаясь на пол и забиваясь в угол.
– Оно мое. Мое.

Он произнес слово много раз, заставив Софи понять, что он имел в виду. В прошлый раз, когда она была там, Брант рассмотрел и украл ее значок-герб Руен.

– Я отдала тебе значок, - напомнила она ему.
– Я не хочу его забирать.

– Мое, - согласился Брант, раскачиваясь вперед и назад.
– Мое, мое, мое.

– Да, Брант, твое. Значит, мы можем успокоиться и вернуться к тому, почему мы здесь?
– спросил его Грэйди.

Взгляд Бранта медленно прояснился.

– Прости, - пробормотал он, заползая обратно на стул.
– Продолжай.

Грэйди приобнял Софи, прижимая ее к себе, когда сказал:

– Хорошо. Ты знаешь, что ты иногда страдаешь от головных болей? Софи могла бы найти их причину.

Они решили не говорить Бранту, что они делали на самом деле, не желая давать ему надежду, пока они точно не узнают, была ли возможность исцелить его.

Брант запихнул еще один Индиарахис в рот.

– О, правда?