Эвиас
Шрифт:
Все всегда может стать еще хуже. Жизнь хорошо преподала ей этот урок.
Было темно и дул ветер, из-за чего распущенные пряди волос хлестали ее по лицу, ослепляя. Джилл даже не могла поправить волосы, так как ей мешали наручники. Она опустила подбородок, уткнулась лицом в плечо и попыталась разглядеть ступеньки. Страх охватил ее при мысли о возможном падении. Джилл даже не сможет ухватиться за перила из-за скованных запястий. Радовало лишь то, что наступило лето, значит, Джилл не нужно было бороться еще и со снегом.
Она спустилась и подняла голову, подставив лицо ветру, чтобы убрать волосы с глаз.
Это место сложно было назвать обычным аэропортом.
По обеим сторонам взлетно-посадочной полосы росли густые деревья, а фонари были установлены на столбах, стратегически расположенных вдоль всей длины дороги, примерно через каждые двести футов. Вокруг не было видно ни домов, ни строений.
Джилл вообще ничего не видела.
Она окинула взглядом местность. За освещенной полосой не было ничего, кроме черноты. До нее дошло, что они приземлились на обычной дороге.
— Где же настоящий аэропорт?
— В этом районе его нет, — Коул встал позади нее, вцепившись в цепочку между наручниками. — В нескольких милях отсюда есть несколько домов, но они заброшены. Здесь иногда отдыхал наш лидер.
— Почему здесь никто не живет? — по ее спине побежали мурашки, но не из-за холодного ветра.
— Благодаря ему.
Что-то шевельнулось у линии деревьев слева от нее. Джилл взволнованно проследила за большой фигурой, вышедшей вперед. В течение еще нескольких шагов он оставался в тени, но затем показался черноволосый мужчина. На нем было что-то вроде темного плаща, который при движении развевался на ветру.
В поле зрения появились яркие, великолепные серебристо-голубые глаза, в которые Джилл так и не решилась посмотреть. Они были удивительными и немного пугающими одновременно. Его лицо ошеломило ее. Само совершенство. Черты были настолько идеальны, что напоминали какого-то мужчину Бога. Широкие плечи и внушительную грудь совершенно не портил странный выбор одежды. На нем не было рубашки, а накидка была расстегнута спереди. Мускулистые бедра были обтянуты плотной кожей, а на больших ногах красовались довольно крутые байкерские ботинки.
Он остановился в десяти футах от них.
— Лорд Эвиас, — Коул шагнул ближе к Джилл, но цепочку не выпустил.
Джилл заметила, что адвокат слегка поклонился, опустив взгляд на тротуар перед своими ногами. Она не упустила выражение страха на его лице и то, как он съежился. Это доставило ей удовольствие после всего, что они сделали с ней. Джилл оглянулась и увидела, что Бун тоже опустил голову, выглядя таким же испуганным.
Ее внимание снова сосредоточилось на мужчине, который привел похитителей в ужас.
Он был горяч. Одна лишь привлекательная внешность и завораживающие глаза притянули бы
— Это она, — Коул слегка подтолкнул ее рукой, отпустив цепь, сковывающую наручники вместе. — Подойди к нему.
— Пошел на хрен, — пробормотала она, чтобы адвокат услышал, но все же направилась к незнакомцу.
Эвиас стоял очень тихо, пока она не остановилась в нескольких футах от него, не зная, что делать дальше.
Он протянул ей руку, будто хотел пожать ее ладонь.
— Я Эвиас.
Даже его голос был сексуальным, грубым, низким и мужественным.
— Я бы ответила на рукопожатие, но не могу, — она повернулась так, чтобы он мог видеть ее спину. — Мне бы очень хотелось, чтобы кто-нибудь снял их.
Когда Джилл снова повернулась, на красивом лице Эвиаса отразился гнев, а его губы сжались в тонкую линию. Но это злое выражение не предназначалось Джилл, так как Эвиас смотрел поверх ее головы.
— Где ключ?
Она взглянула на Коула и Буна. Акула засунул руку в передний карман и подбросил ключи в воздух.
Эвиас поймал их и обошел Джилл, накрывая ее ладони своими большими руками. Она покорно позволила ему это прикосновение, так как он, казалось, хотел ее освободить. Открылась одна манжета, затем другая.
Джилл вытянула руки перед собой, намереваясь потереть запястья, но здоровяк двигался быстрее.
Он обошел девушку и осторожно взял ее запястья в свои ладони, чтобы рассмотреть. Джилл подняла глаза и увидела его ярость, когда он заметил красные следы от ее борьбы с металлом. Он повернул голову. Выражение его лица Джилл очень понравилось. Казалось, Эвиас сильно злился на ее похитителей.
— Вы ранили ее, — его голос стал еще глубже.
— Она сопротивлялась, — Бун поднял голову. — К тому же она слишком много болтает. Просто чудо, что это ее единственные травмы.
— А еще у меня болит горло, — Джилл ненавидела своих похитителей, поэтому не испытывала угрызений совести от того, что сдавала их. Вроде этот Эвиас не любил мужчин, которые издевались над женщинами. И это было хорошо.
Красавчик с невероятными глазами отпустил ее запястья и шагнул ближе.
— Покажи.
Она бы с удовольствием еще немного посмотрела в его глаза, но вместо этого откинула голову назад.
— Бун душил меня, пока Коул держал мои руки, чтобы я не могла сопротивляться. В тот момент мне казалось, что я умру.
Он провел теплыми пальцами по ее шее. Его прикосновение в течение нескольких секунд было легким, как перышко, затем он убрал руку. Джилл снова на мгновение встретилась с ним взглядом.
Эвиас повернул голову и сердито посмотрел на ее похитителей.
— Что значит «она сопротивлялась»?