Еврейский синдром-2,5
Шрифт:
Председатель: Какие вопросы есть к Татьяне Дмитриевне?
Депутат Железняк И.В.: (вопрос не слышен)
Таукешева: Я не знаю. Это мы предлагаем исполком.
Железняк: Это просит город или они?
Таукешева: Город.
Железняк: Тогда почему, когда строился рынок на Московском проспекте под мостом, такого предложения не было?
Таукешева: Это предложение вносится всего лишь на IV квартал и размер рыночного сбора предлагается 50% от действующего на
– Авт.)
Депутат Савчук А.С.: Не кажется ли вам, что было бы справедливее построить этот рынок. Пусть они всё отдают вам, а вы уже на месте будете их финансировать. Потому, что эта сумма получается бесконтрольной. И нет механизма контроля, сколько они этого мыта возьмут. Мы даём им деньги, о которых даже знать не будем…
Таукешева:…последующие проверки покажут, полностью они собирают эти средства или нет… Дайте возможность вступить в силу, начать работу этому рынку…
Депутат Лисняк Э.А.: У меня вопрос. Мы хотели бы задать ряд вопросов представителям «АВЭКа». Почему их нет, не понятно. Почему-то город находится в состоянии просителя перед «АВЭКом»…
Таукешева: А деньги у нас были, чтобы строить этот рынок? И участие города хоть какое-то должно быть?
Депутат Шевченко Н.Е.:…Какие будут взаимоотношения с «АВЭКом»? Половину рыночного сбора они будут отдавать и плату за землю?
Таукешева: То, что положено по закону, они всё будут платить. Это только касается рыночного сбора… Мы предлагаем льготную ставку - 50% от действующей, чтобы продавец пошёл на этот базар. Чтобы было хоть какое-то участие города. (Весьма интересная роль отведена «городу» - отказаться от собственных денег - Авт.).
Депутат Захарченко С.П.: В справке, которую нам дали, указана сметная стоимость рынка - 240 млрд. крб. Это заложено, что город будет финансировать?
Таукешева: Нет, я сразу сказала, что город не осуществляет строительство данного рынка.
Захарченко: А после того, как «АВЭК» построит этот рынок, кому он будет принадлежать?
Таукешева: Я не могу ответить на этот вопрос…
Захарченко: Это будет частный рынок, а рыночный сбор мы сможем с него брать?
Таукешева: В обязательном порядке.
Захарченко: Т.е. сейчас вопрос стоит о том, что мы вместо того, чтобы получить какие-то деньги от рыночного сбора, мы предоставляем возможность, чтобы эти средства «АВЭК» забрал себе. Так?
Таукешева: Для того, чтобы у него была возможность пустить рынок в эксплуатацию. А когда он начнёт работать, у него прибыль будет больше.
Захарченко: Вот эти 29 млрд…
Таукешева:…А мы ему возвращаем деньги?
Захарченко: За что?
Таукешева: За строительство.
Захарченко: Это его частная
Таукешева: Это мы ещё увидим.
Захарченко: Нет, вы скажите однозначно: это будет частная собственность или нет?
Таукешева: Я не могу ответить.
Захарченко: А кто может сказать? Евгений Петрович, кто-то может сказать, кому будет принадлежать этот рынок?
Председатель: «АВЭК и Ко», конечно, который строит за свои деньги.
Захарченко: «АВЭК и Ко» - это частная собственность!
Председатель: Да, конечно.
Захарченко: Мы им сейчас помогаем построить, отдаём 29 млрд. безвозмездно…
Таукешева:…15 млрд.
Захарченко: Ну, хорошо, 15 млрд. отдаем только для того, чтобы он построил…
Таукешева:…Теоретически, но мы не знаем, получит ли он эти 15 млрд.
Председатель: Татьяна Дмитриевна, вы уже так всех запутали, что я предлагаю вам остановиться. (Евгения Петровича явно начал тревожить ход обсуждения вопроса и он поспешил прийти на помощь своей «запутавшейся» подчинённой - Авт.).
Захарченко: Я не понимаю, почему мы другим не помогаем?
Председатель: Тут крайне неудачно составлен проект решения - так что, здесь никто ничего не поймёт… Здесь предлагается отказаться на 3 месяца от той доли, которая причитается в городской бюджет, с тем, чтобы рыночный сбор на территории этого рынка был вполовину меньше, чем на том же Центральном рынке, тем самым, сделать его привлекательным и стимулировать отток торгующих промышленными товарами с Центрального рынка на новый рынок…».
В конце концов, Евгению Петровичу и его подчинённым все-таки удалось «запутать» депутатов Харьковского горсовета и они приняли «нужное» решение.
Получив льготное преимущество, Барабашовский рынок оправдал надежды, возложенные на него харьковскими властями и засосал в свои ряды большинство торговцев Харькова вместе с их покупателями, обеспечив баснословные барыши своему частному владельцу.
Исходя из того, что все приведенные документы «носят явно выраженный клеветнический характер», наверное, можно поверить в то, что обвинения, высказанные журналистом Ермаковым в адрес Евгения Петровича Кушнарёва, «являются ложными и унижают его честь и достоинство».
Во всяком случае, суд в это искренне поверил и признал претензии истца правомочными.
Интересно, что бы сказал сегодня суд, если бы честный гражданин Кушнарёв решил отмыть своё «доброе имя» от выдвинутых против него обвинений Михаилом Бродским?
Видимо, Евгений Петрович на этот раз засомневался в «клеветническом характере» заявлений народного депутата и решил не рисковать.
Да и Александр Борисович Фельдман предпочёл молча проглотить слова Бродского, чтобы не акцентировать внимание общественности на своей конкуренции с погибшим Юрием Кононенко в деле становления базарного бизнеса. (Кононенко также являлся владельцем одного из крупных харьковских рынков.)