Евро
Шрифт:
Прощаться с ней не надо торопиться
Но как забыть звончей звонка капель
И девочку, которой нес портфель.
И танцы, прелестные тела в моих руках кружатся по стадиону и глаза нежно смотрят в глаза.
Вот голубые, добрые и ласковые, это Оля, Оленька, та, которую увидел и пропал.
А вот уже изумрудные, спокойно улыбаются в каком-то предвкушении.
Вот синие, смотрят прямо в душу, и так тепло становится. Несса, Ванесса, подарок Франции русскому джокеру.
И карие, которые все время хочется целовать, в которых столько жизни. Наташка, моя детская подруга, ставшая взрослой любовью.
А вот снова синие, или серо-синие. Как море наше, грозное и ласковое, но я не боясь ни моря ни этих глаз. Я люблю их обоих. Лена, Леночка, та что свела с ума мое сердце.
Танец заканчивается, мы собрались вместе, нашей маленькой ячейкой несущей столько счастья. Стоим, обнялись и вдруг весь стадион встает и начинает хлопать, не только нам, все кто был сейчас на поле, кот танцевал и кто так проникновенно исполнял эту незатейливую мелодию.
Еще мгновение и Оля целует меня, одновременно произнося:
— Даня, прости нас за тогда. Мы дуры были, такого больше не повторится. Правда девчонки? — И оглядывается на подруг, те кивают и смотрят на меня, а я отвечаю:
— Девчонки, я Вас люблю. То все в прошлом и закопали. Мы идем дальше, вместе и навсегда. — И они снова кивают.
— Мне даже не нужны их слова, признания в любви, мы уже прошли этот этап, я теперь просто чувствую все, спасибо богам. — Думаю я и слышу в ответ:
— Не за что, ты сам прекрасно справляешься. И девчонок выбрал правильных, хороших и добрых. Теперь вперед и только вперед.—
— Эйза, Эйза. — Думаю я. — Сестренка и богиня. Как всегда, наблюдает и помогает, когда надо.—
И теплая улыбка прилетает ко мне в ответ, а я уже иду на наши места, вместе с моими девчонками. Наше выступление в качестве артистов на сегодня окончено, теперь мы только зрители.
Уселись, всей шестеркой, почти обнявшись и наслаждаемся дальше творчеством наших рок-звезд.
А на сцене уже Игорь Тальков и его «Я вернусь»
Я пророчить не берусь, но точно знаю, что вернусь
Пусть даже через сто веков в страну не дураков, а гениев
И, поверженный в бою, я воскресну и спою
На первом дне рождения страны, вернувшейся с войны
А когда затихают бои на привале, а не в строю
Я о мире и о любви сочиняю и пою
Облегчённо вздыхают враги, а друзья
Ошибаются и те и другие — это привал!
Я слышу эти гениальные слова и понимаю:
— А мы уже вернулись, в ту самую страну не дураков, а гениев. И потому все больше песен о любви и все меньше обличения и поиска смысла жизни. И не потому что запретили, просто счастья стало сильно больше, вот и все.—
И я обнимаю Олю, целую ее и прижимаю к себе, мою тихо млеющую принцессу.
А на сцене уже «Алиса» и ее «Небо славян»:
Звездопад, да рокот зарниц
Грозы седлают коней
Но над землей тихо льется покой
Монастырей
А поверх седых облаков
Синь соколиная высь
Здесь, под покровом небес
Мы родились
След оленя лижет мороз
Гонит добычу весь день
Но стужу держит в узде
Дым деревень
Намела сугробов пурга
Дочь белозубой зимы
Здесь, в окоёме снегов
Выросли мы
И новые мысли, не особо мятежные, ведь кому надо, мы все уже объяснили. А с собой зачем в мятежность играть? Потому и мысли, просто как констатация факта, для кого-то может и неприятного, но то их проблемы:
— Да мы русские и мы другие. Не Европа и не Азия, мы сами по себе, мы из тех кого и умом не понять и аршином мерным не измерить. Мы просто есть и нас надо просто признать и все.—
И с этой мыслью я уже обнимаю Нессу, мою прелестную француженку, которая не желает не мерить, ни понимать. Она просто хочет любви и получает ее. И поцелуи, которые прямо сейчас сводят с ума нас обоих.