Эйнала
Шрифт:
Да и пречистый, опять же. Его убивать я по-прежнему не собирался. Незачем мне сейчас такие проблемы. Станет он сотрудничать с разведкой? Расскажет кто именно виноват в смерти их агента? Хрен его знает. Впрочем, это ничего не меняет. Меня он знает как Итана, моих спутников видел только в лицо. По местным меркам — этого крайне мало. О том, что я обосновался в Фельске вряд ли догадывается (хвала Ровену, предложившему сократить путь). Следовательно, в излишнем заметании следов нет никакого смысла. Глупо стирать кровавые пятна только с пола, оставляя их на стенах.
Приняв окончательное решение, я переступил через труп
Двери в номерах были оснащены накидными крючками. Так что мне не составило большого труда сделать так, чтобы при закрытии двери заранее подготовленный крючок просто упал в запорное кольцо. Так себе защита, конечно и можно легко открыть снаружи, но пару часов форы мне все же предоставит. Мало ли зачем трактирщик закрылся в комнате. Может почивать изволит.
Вернувшись к пречистому, я заметил, что тот уже пришел в себя.
— Итан, немедленно развяжите меня! — приказал Амьен, буравя мои сапоги взглядом (выше просто не мог поднять голову). — Вы совершаете чудовищную ошибку. Знаете, что бывает за нападение на представителя Круга Чистоты?
— Может и совершаю, — спокойно ответил я. — Только вы не оставили мне выбора, заставив баронету подписать то дурацкое обвинение. Я сейчас могу делать что угодно, хуже для меня уже не будет.
— Мы можем еще решить дело миром, — предложил пречистый. И что мне понравилось — в его голосе не было ни капли страха. Да, он прекрасно осознавал в какое положение меня вогнал. Прекрасно понимал, что мне сейчас действительно море по колено. Знал, что скорее всего умрет (а зачем мне лишние свидетели?). Но не боялся. Мощный мужик, жаль, что мы с ним находимся по разные стороны баррикад.
— Глупости, — отмахнулся я. — Миром дело мы уже не решим. Но все же, — я снял с себя амулет Итана и надел его на шею пречистому, — попытайтесь запомнить, что убивать я вас не стал и добровольно вернул артефакт, который вам так нужен. Просить вас, чтобы вы отменили мои поиски я не буду. Все равно не отмените. Просто хочу предупредить, чтобы вы не надеялись, что я всегда буду таким добреньким. — Закончив свою фразу я несильно, но чувствительно, саданул пречистого по затылку, отправляя того в объятия местного Морфея.
Затем, проделав тот же трюк, что и с соседней дверью, вышел в коридор и направился к нашим комнатам. Нужно было собираться и делать отсюда ноги. И что-то мне подсказывало, что спутники Амьена так просто сделать это нам не позволят. Ну да кто их там спрашивать будет…
Вернувшись в коридор, я увидел одну из местных рабынь. Девчонка шла по своим делам и еще не подозревала, что уже минут десять как осталась без хозяина. Когда я почти разминулся с нею, меня внезапно осенила одна мысль.
— Постой, милая, — придержал я попытавшуюся согнуть спину в жесте покорности рабыню. — Не до поклонов сейчас. Сбегай-ка в конюшню и предупреди конюха, чтобы срочно седлал наших лошадей. Затем сходи на кухню и передай поварам, чтобы собрали нам в дорогу еды на пару деньков.
—
— Вот и умница, — похвалил я девчонку. — Держи, это лично тебе, за скорость и старание, — протянул я серебреную монетку. После чего, совершенно не обращая внимания на благодарное бормотание, направился в сторону наших комнат. Когда же девчонка скрылась за ближайшим поворотом — ускорил шаг. Время поджимало.
— Что, там, Талек? — поинтересовалась Хилья, стоило мне войти в наш с Ирвоной номер. Судя по тревоге, прозвучавшей в ее голосе и тому, что назвала она меня по имени, а не своим обычным «командир», на душе у наемницы было неспокойно. Ничего удивительного, дурой она не была и прекрасно понимала к чему может привести конфликт с одним из членов Круга Чистоты.
— Если коротко, то мы в дерьме, — проговорил я, всовывая ей в руки записную книгу ныне почившего трактирщика. — Под твою ответственность, — пояснил я, встретив непонимающий взгляд наемницы. — Проследи, будь добра, чтобы с этим талмудом ничего не случилось. — Этого слова Хилья не знала, но по контексту все прекрасно поняла.
— Ты что, ограбил одного из чистых? — ошарашено посмотрела она в мою сторону.
— Ну… — задумчиво протянул я, вспоминая отобранный кошель и кинжал, — скорее да, чем нет. Но книга тут не причем.
— Нам конец, — потерянным голосом протянула наемница. — Ты хоть представляешь, что с нами за это сделают?
— Ой, да ладно, — отмахнулся я, — прорвемся. И, кстати, — взглянул я на Ирвону и Чеза, внимательно прислушивающихся к нашему разговору, — молодцы, что уже оделись. Сэкономили нам кучу времени. Теперь слушайте как мы поступим. Вы двое, — повернулся я к девчонкам, — сейчас быстро-быстро, но максимально незаметно выносите наши вещи через окно. Воспользуйтесь комнатой Мато и Карвена, у них окна выходят прямо на конюшню. Понимаю, что задача не из простых, но больше заняться этим некому. С вещами особо не заморачивайтесь, швыряйте прямо так. Вдруг что сломаете, то и хрен с ним, я позже возмещу.
Еще раз окинув взглядом девушек, я увидел, что те по-прежнему внимательно меня слушают, поэтому продолжил:
— Если кто из рабов или слуг заметит вас во время сброса вещей, то сделайте так, чтобы они не подняли панику раньше времени. Только, — я строго посмотрел на Хилью, — убивать никого не нужно. — Как спустите все вещи, тащите их в конюшню, наши кони должны быть уже оседланы. Если же нет, то сделайте это сами. Все поняли? Отлично, тогда вперед, — я подбодрил двух девчонок несильными хлопками по их красивым попкам.
— Мне что делать, командир? — поинтересовался у меня осмелевший за время нашего путешествия Чез. — Ты же не просто так меня оставил?
— Не просто так, — согласно кивнул я. — Снимай куртку, штаны и разувайся.
Будь мы на Земле, за подобный приказ, отданный одиннадцатилетнему пацану обо мне не то, что плохое подумали, а сразу бы, без суда и следствия, засадили бы лет на двадцать. Но, к счастью, мы находились на жутком и отсталом Риэле, поэтому Чез без промедления и ненужных раздумий выполнил приказ и остался в одной длинной нижней рубахе из некрашеного полотна. После чего я щедро плеснул на нее вина, затем взлохматил пацану волосы.