Эйнштейн
Шрифт:
Разумеется, есть масса «страшилок» о том, как хитрый еврей обокрал доверчивого Гильберта (нееврея), но и нормальные люди, физики, нередко считают, что приоритет принадлежит Гильберту. А. А. Логунов: «…уравнения гравитации (общей теории относительности) тоже впервые и безупречно выведены Давидом Гильбертом, а Эйнштейн послал свою работу в печать лишь при получении результата Гильберта, который тот сообщил Эйнштейну в письме. На этот счет существует обширная литература. Конечно, никто не говорит, что Эйнштейн - бездарь и только тем и занимался, что присваивал чужие результаты».
В 1997 году была обнаружена корректура статьи Гильберта, датированная 6 декабря; нашедшие ее ученые (Л. Корри и его соавторы) сделали вывод, что Гильберт даже тогда написал уравнения
Гильберт был чистым математиком, а математику в отличие от физика не важно, присутствуют ли в уравнениях реальные леса, поля и звезды; ему лишь нужно, чтобы значения сходились. Когда он понял математическую сторону проблемы, то решил ее быстро, как подобает блестящему математику, каковым Эйнштейн не был и его помощники тоже. Безусловно, они друг другу помогали; возможно, пообщайся они лет на пять раньше, то и уравнения появились бы раньше. И еще помогали Гроссман и Громмер, и тоже не претендовали на авторство, и тут даже на еврейский заговор не спишешь: онито были евреи, видно, потому «страшилки» их права не отстаивают.
Работам и «работам», опровергающим ОТО, несть числа - все точно как с открытием Дарвина. А. Н. Петров: «Существуют другие гравитационные теории, и не одна. Для теории гравитации, как и для других физических теорий, основной критерий истины - это эксперимент. Основные из них - это измерения: а) отклонений лучей звезд в гравитационном поле Солнца, б) смещения перигелия Меркурия; в) радиолокация планет. Несмотря на то что точность этих экспериментов из года в год возрастает, и значительно, результаты измерений остаются в бесспорном соответствии с предсказаниями ОТО. Нужно сказать, что есть и другие теории, которые с определенными ограничениями на параметры удовлетворяют экспериментам, скажем скалярнотензорные теории гравитации. Однако ОТО до сих пор является самой гармоничной, если можно сказать, самой красивой теорией, в которой нет лишних элементов и предположений». В 2004 году для проверки ОТО в той части, которая касается искривления пространства тяжелыми телами, американцы запустили спутник Gravity Probe В. Год он летал и измерял, еще шесть лет ученые его перепроверяли, и в мае 2011 года было установлено, что Земля искривляет пространство вокруг себя в полном соответствии с уравнениями Эйнштейна.
А теперь вернемся к девичьему голоску в наших автомобилях; следуя СТО, мы приходили к выводу, что время на движущемся спутнике замедляется и часы на нем надо ускорить. Но если бы мы делали так, уже не осталось бы ни одного живого автомобилиста. ОТО поясняет: чем слабее гравитация, тем быстрее течет время, так что для компенсации этого эффекта часы на спутниках, сильно удалившихся от Земли и меньше подверженных гравитации, надо не ускорять, а замедлять. Так и сделали: установили на них часы, что тикают 36 827 999 983,5 раза в час, тогда как земные - 36 828 000 000 раз. И девушка все говорит правильно: где мы, и куда и когда нам поворачивать.
Но тогда получается, что если жить на высокой горе, время будет течь быстрее и умрешь раньше? Физики из Национального института стандартов и технологии в Колорадо в журнале «Сайенс» от сентября 2010 года утверждают, что да, и даже для живущего на верхнем этаже время ускоряется; если провести всю жизнь на 102м этаже Эмпайрстейтбилдинг, потеряешь
Но в 1915 году технических возможностей для подобных измерений не было: одна надежда на солнечное затмение. 28 ноября Эйнштейн писал Арнольду Зоммерфельду: «Только интриги жалких людишек мешают провести эту последнюю, новую и важную проверку теории… Ваш разъяренный Эйнштейн».
Жалкие людишки - воюющие политики, что не дали Фрейндлиху осуществить экспедицию в Венесуэлу, где затмение ожидалось в 1916 году. За 1915 год фронт практически не сдвинулся, огромные потери обеих сторон не дали результата, экономика Германии слабела, но немцы продолжали верить в победу. В те самые дни, когда Эйнштейн завершал ОТО, его попросили написать эссе в сборник к юбилею Гете; предполагалось, что все напишут чтонибудь патриотичное. Обратились они совершенно не по адресу. Эйнштейн написал «Мое мнение о войне» (его опубликовали, но сильно урезав и смягчив):
«Психологические корни войны, по моему мнению, являются биологическими и основаны на агрессивной природе людей. Мы, „венец творения“, не единственные, кто так себя ведет; бык и петух превосходят нас в этом отношении. Эта агрессивная тенденция выдвигается на первый план всегда, когда разные люди или общества должны иметь дело друг с другом. Почти непременно они заканчивают спором, который перерастает в ссору и убийство… Я никогда не забуду, какую искреннюю ненависть мои одноклассники испытывали к первоклассникам из школы на соседней улице. Бесчисленные ссоры приводили к кровавым ранам. Вендетта, дуэли, само понятие „чести“ питаются из этого источника. Современные цивилизованные государства должны были бы энергично препятствовать проявлению этих примитивных инстинктов. Но везде, где два национальных государства - соседи и не принадлежат наднациональной организации, эти инстинкты время от времени создают напряженность, приводящую к войне. (Я считаю так называемые цели и причины войны довольно бессмысленными, потому что они всегда находятся, когда эмоции требуют их.)
Почему человек в мирное время - когда государство подавляет почти всю человеческую агрессивность - теряет способности и желание совершать массовые убийства, на которые он легко идет во время войны? Когда я всматриваюсь в ум приличного среднего гражданина, я вижу полутемную уютную комнату. В углу висит его святыня, на которой огромными буквами написано „патриотизм“. Обычно в этот угол не заглядывают. Человек едва ли отдает себе отчет, что эта святыня содержит оправдание звериной ненависти и убийства, которое, когда война объявлена, он покорно вынимает и использует. Вы не найдете этой штуки в моей комнате, дорогой читатель. Я был бы счастлив, если б и вы вместо него поставили книжную полку или фортепиано». Что же делать? Тут долго идут беспомощные слова - всякий должен начать с себя и прочее. А вот финал: «Зачем столько слов, когда я могу сказать все одной фразой, весьма уместной в устах еврея: „Чтите своего Господа Иисуса Христа не только словами и гимнами, но прежде всего своими делами“».
Глава седьмая
ПАРТИЙНАЯ АРИФМЕТИКА
Опять не было никакого «наутро проснулся знаменитым». В 1916 году один лишь Феликс Эренгафт предложил кандидатуру Эйнштейна Нобелевскому комитету (за работы по теории броуновского движения и за создание СТО и ОТО); в итоге премию не дали никому. Близится Рождество, надо в Швейцарию, но опять скандал: Милева настаивала, чтобы встречи происходили дома у нее или у Бессо. Эйнштейн - ей, 1 декабря: «Я не желаю общаться с моим сыном только под контролем Бессо». Ганс, запутавшийся во всем этом, написал отцу, что жить у Бессо и сам не хочет - скучно, и пусть отец вообще не приезжает. Отец вообразил, что против него заговор. 15 декабря - сыну: «Твой недружелюбный тон меня очень расстроил. Я думаю, мой визит принесет тебе мало радости, так зачем я буду зря тратить два часа в поезде?»