Эйта
Шрифт:
***
— Напугала же ты меня, — это были первые слова которые Эйта услышала, когда проснулась. Она к своему удивлению заметила, что находится не в лесу, а в каком-то доме.
— Улеб, где мы?
— Ты только не о чем не беспокойся, — тихо сказал оборотень. — Теперь всё будет хорошо, скоро ты поправишься.
— А Титавр где?
— Кто такой Титавр? — поинтересовался Улеб. — Ты это имя ещё там, в лесу шептала.
— Титавр — кентавр, — Эйта приподнялась,
— Я не знаю, где сейчас твой Титавр, но в лесу кроме тебя и меня никого не было, — ответил удивлённый оборотень. — Тебе, должно быть, привиделось.
— Но как же…? — мысли разбегались, и девушка никак не могла собрать их. — Я же…
— Ты тварь ту невидимую сожгла и упала, а я кровь никак остановить не мог, а потом понял, что она больше не идёт, а ты ещё жива. Тогда я привёз тебя в Успенку. Как я с лошадью договорился, не спрашивай, думал, она нас обоих угробит со страху, но мы всё же добрались.
— А дом чей? — спросила Эйта, снова оглядываясь.
— Хозяйку нашу Дарилой кличут, она старая уже, одинокая, ну я и напросился пожить. Я ей сказал, что ты сестра моя, приболела, вот нам и надо остановиться где то. И к слову о хозяйке, — Улеб вздохнул. — Ты лежи, поправляйся, а мне надо уйти, денег раздобыть.
— Есть у меня деньги, — остановила его Эйта. — Лошадь моя тут или ты бросил её?
— Как же я её брошу? Там же вещи твои. Тут во дворе пасётся. Только я расседлать её боюсь, сумки-то ты заговорила.
— Точно, — кивнула девушка. — Помоги мне на улицу выйти, я на солнышко хочу.
— Мне кажется, тебе рано ещё вставать, — несколько нерешительно запротестовал оборотень.
— С сумок заклятие сниму, — слабо улыбнулась Эйта, — Но солнце мне всё равно нужно, силы оно даёт.
— Тогда да, тогда давай я тебя сам отнесу. И деньги я потом тебе все верну, — смущаясь добавил он.
— С чего б это? — удивилась Эйта, обхватывая шею Улеба. — Не думай ты о деньгах, у меня их достаточно.
— Денег много никогда не бывает, — поучительно сказал оборотень, вынося девушку во двор. — Тут скромно всё, — он снова смутился. — Но это единственный двор, где собак не было.
— Хорошо что не было, — согласилась Эйта. Она расколдовала свои сумки и достала оттуда кошелёк с монетами. – Вот, возьми.
— Хозяйке я ползолотого за месяц пообещал, но часть уже отдал, у меня было немного.
— Значит, отдай остальное, а это пусть всё равно у тебя будет, мало ли на что ещё деньги понадобятся, — Эйта расположилась на старательно расстеленном для неё на земле одеяле. Улеб присел рядом.
— Я хозяйке сказал, что ты мне сестра, что зовут тебя Умила. Настоящего имени решил не называть, а ну как тот колдун всё ещё тебя
— Умила, — кивнула Эйта. — Красивое имя.
— Мою настоящую сестрёнку так зовут, — улыбнулся оборотень. — Что до колдуна, то тут рядом стройка большая идёт, там несколько колдунов крутится, но все молодые.
— А что за стройка?
— Деревня тут в паре вёрст есть, она заброшенной стояла много лет, её люди проклятой называют.
— Поляновка?
— Ты знаешь? — удивился оборотень.
— Я родом оттуда, — пояснила Эйта. — Значит, заселить её решили?
— Да, хозяйка наша сказывала, что село это никто много лет не беспокоил, опасно это было, а прошлым летом вдруг приехал князь с дюжиной колдунов, порядок наводить. Сказывала ещё, что колдуны дюже ругались, потому как работы для них не оказалось, а платить за просто так князь не стал. В общем, строить ещё в прошлом году начали, в этом продолжают. Я бы там поработал, но колдуны…, — Улеб вздохнул.
— К колдунам не суйся, убьют и разговаривать не станут, — поддержала его Эйта.
— А ты чего усмехаешься? — поинтересовался оборотень.
— Да так, — Эйта вздохнула. — А ведь я просила Ярослава деревню эту не трогать, — она задумалась. — Дюжину колдунов набрали, где нашли только?
— А куда все призраки делись из Поляновке той? — осторожно спросил Улеб. — Забегал я раз туда, еле ноги потом унёс, призраков там было несчесть.
— Призраки те к отцу Небу ушли, как им и полагается, — ответила Эйта. — Хотя Ярослав и утверждал, что невозможно это после стольких лет.
— А от чего умерли люди? — спросил Улеб и пояснил. — Дарила мне кое-что порассказала.
— Кентавры их всех убили, — Эйта снова помрачнела. — Надо мне колдуна найти, чтобы выяснить за что поляновцев всех вырезали.
— Так кентавры или колдун? — не понял мужчина.
— Рассказали мне, что у кентавров в то время колдун гостил заезжий и, похоже очень, что без него резня эта не обошлась, — Эйта рассказала Улебу всё, что узнала у Быстрогородских кентавров.
— Матушка Земля, — покачал головой оборотень. — Это ж кем надо быть чтобы сотворить такое? И как же жить потом с ношей такой на душе?
— Неплохо, видимо жить, — брови Эйты непроизвольно сошлись к переносице. — Колдуна того Третьяком называли, Третьяком же зовут колдуна, что у князя Стриги служит.
— Думаешь, это он? — удивился Улеб. — Мало ли на свете Третьяков.
— Колдун Третьяк у князя Еремея гостил, — продолжила Эйта. — Как раз в то время, когда уехала я.
— Погоди, — Улеб понял к чему она вела. — Старый колдун? — девушка кивнула. — Да он…, Оборотень аж задохнулся от возмущения. — Он это.
— Вот и мне кажется, что это и есть тот Третьяк, который мне нужен.