Эзраэлль. Книга 2
Шрифт:
Она еще и смертельно опасна… Жаль, что ты все еще не хочешь в это поверить…
Но самое страшное, что я все – таки тебя люблю… Иначе бы не было на моем теле сейчас твоих горячих губ и настойчивых пальцев, не было бы этого упоительного накала любви и страсти, от которого я задыхаюсь…
Не обращай на меня внимания. Просто люби. Как можешь. Как умеешь…
И ты и впрямь меня любишь, чтобы не говорил… иначе ты бы сейчас не продлевал собственные мучения, ты же знаешь, что я должна сделать… И сознательно к этому стремишься… и я
И пусть после этой ночи у меня родится сын, в котором воплотиться только товя человеческая сущность…
Потому что я все – таки не могу без тебя… и не хочу терять тебя навсегда…
Я проснулась на рассвете. Арсений лежал рядом, выпрямившись и как – то напряженно застыв. Словно ожидал чего – то…
Когда я обнаружила у себя в руке ритуальный кинжал Кибелы, тот самый… я поняла, чего именно он ждал. И так ясно осознала, что все это время он жаждал только одного – смерти. Покоя, забвения…
А я никогда не давала ему умереть.
– Иногда, малыш, лучшим подарком тому, кого любишь, является смерть… Поверь, если сейчас это трудно принять, то со временем ты все поймешь… – не открывая глаз, тихо сказал он, и я с ужасом поняла, что он все это время наблюдал за мной… и ждал, когда я сумею убить его. А точнее – не его. А свой проклятый эгоизм… – А у меня сил жить просто нет, да и толку от этого мало… Помоги мне. Докажи, что ты и впрямь меня любишь. И однажды я вернусь к тебе, но уже от начала и до конца человеком. А таким демоном я быть попросту не могу. И помни – я всегда буду любить тебя… и эта любовь сможет вернуть меня обратно. Ты просто…Вспоминай обо мне хоть иногда, и это будет самой великой наградой для меня. И, пожалуйста, не плачь…
– Я не могу… Я… – У меня сорвался голос и я разразилась бурными рыданями. Он сел и притянул меня к себе. Успокаивая и утешая, словно хотел сказать, что все это и так скоро кончиться…
И не будет больше этой боли, не будет страха, что однажды я потеряю его навсегда…
Не будет ничего этого – ни моросящего дождя, ни холодного осеннего рассвета, ничего… И его тоже не будет.
И от этого мне самой хочется умереть.
– Пожалуйста, отпусти меня… не держи… я не могу больше ничего тебе дать.
Кроме боли. А ты совсем не этого заслуживашь, мой милый ребенок… – тихо сказал он, и я почувствовала, как он вкладывает в мою ладонь отброшенный было кинжал.
Осторо отточенное лезвие скользнуло по коже, царапнуло ее до крови… Я стиснула зубы изо всех сил, чтобы не закричать в голос от отчаяния…И резко сжала ладонь.
– Вот так… а теперь – ударь… просто ударь… Это не так уж сложно и совсем не страшно…
– Сеня… Поцелуй меня. Поцелуй в последний раз… – борясь с загнанным внутроь криком, попросила я. – Пожалуйста…
Он вздохнул, осторожно прикоснулся
И,резко отстранившись, с размаху вогнала кинжал ему в сердце.
И услышала его облегченный вздох, уже теряя сознание от душившей меня саму боли, последним усилием воли вкалдывая в этот удар всю свою силу, всю горечь, накопившееся отчаяние и страдание, и свою любовь к нему…
И увидела ослепительный белый свет… И ощутила, что его сердце перестало биться…
Он ушел. На этот раз – навсегда…
И я больше никогда не смогу его вернуть…
– Я всегда буду любить тебя… – прошептала я, целуя его в уже немеющие губы…
– И мы все – таки еще встретимся…Иначе просто не может быть…Я буду ждать тебя. Возвращайся скорее, любимый…
Там, на холмах поросших вереском…
Я упала на землю, уткнувшись в нее лицом, и наконец – то сумела выпустить на свет все переполнявшие меня чувства…
Нет времени и боли, нет чувств, нет воспоминаний…
Долгий отчаянный крик разнесся над горами, в древнем каменном круге протяжно завыл в ответ ветер…
Там есть что – то, чего не найдешь больше нигде – ест покой…Есть пустота…И вечное, непрекращающееся одиночество…Там нет только жизни…
Камни круга стали трескаться и рассыпаться пылью один за другим… …Смазанные тени, миомлетные касания, беспорядочные обрывки чувств и мыслей…Золотистые тени холмов и дальних гор. Янтарная патина безоблачного, вечновечернего неба…
С неба полил яростный дождь, струи воды хлестали землю, как плети… …Принимающая все, понимающая всех…Холодный осенний рассвает и закат, спокойствие и пустота, но ничего – совсем ничего, больше… …Это и есть царство мертвых, царство вечного покоя… И достаточно порой одного шага, чтобы войти туда и никогда не вернуться обратно… оттуда нет возврата…
А единственная в этом страшном мире богиня не переставая кричала от боли и отчания, прощаясь со своей единственной любовью…
Пока медленно не растаяла в сгустившемся и потемневшем воздухе…
Все так просто. И совсем не страшно. Прощай, девочка. Твой путь закончен.
Я останусь без тебя собой.
И забуду все свои желанья…
Этот путь – он мой, а может – твой.
И в конце его меня не ждет призванье.
Я забуду все, что было мной.
Не оставив тени и сомнений.
Боги не сочтут меня игрой.
Обо мне не сложат разных мнений.
Я хочу, чтоб это было так,
Не иначе. Или все напрасно.
Смерть и для меня теперь пустяк,
Хоть я знаю, что мне жить и так опасно.
Мне суждено было довериться тебе.
Дождаться иль надежды, или рока.
Найти вдруг в мире путь к самой себе,
Единственную, лишь для нас двоих дорогу.
Которую прошли мы до конца.
Не оборачивайся, милый мой, не надо.
Забудем все, став тенью без лица.