Фабий Байл. Живодер
Шрифт:
Что-то в его голосе заставило Гексахира поднять руку:
— В чем дело?
— Тебе следует знать… Я взял страницу из твоих записей. После нашей последней встречи я решил, что любое противостояние между нами в будущем должно пройти исключительно в мою пользу.
— О чем ты там болтаешь? — Гексахир помертвел, до него внезапно дошло. — Бомба? Да ладно, Фабий, ты правда думаешь, что я поверю…
Фабий рассмеялся.
— Не просто бомба, а кое-что гораздо хуже.
— Значит, очередной вирус.
Фабий улыбнулся.
— В некотором
Гексахир оглянулся на остальных гемункулов.
— А должен?
Фабий рассмеялся.
— Никогда не пойму, как существо, столь лишенное любопытства, может быть таким умным. — Он с трудом выпрямился. — Во время нашей последней встречи в меня попали из сглаз-винтовки. К счастью, я был готов к такому повороту событий. А ты можешь сказать то же самое?
Гексахир хохотнул.
— Стеклянная чума? Ты серьезно угрожаешь нам чумой? — Он огляделся по сторонам. — A где твоя система доставки?
Фабий мрачно улыбнулся и похлопал себя по груди.
— Моя смерть — или удаление из этого мира — приведет в действие взрывные устройства, размещенные по всему зданию. Смесь плазмы и фосфексных детонаторов. Потом будет выпущена модифицированная форма чумы.
Гексахир покачал головой:
— К тому времени нас здесь уже не будет…
— Возможно, если твоя цитадель останется в целости. Вот только твоя цитадель — башня, которую построил для тебя я, — находится здесь, не так ли?
Гексахир оцепенел:
— Безумец.
— Гений, — огрызнулся Фабий. Он закашлялся и схватился за грудь. Судя по ощущениям, от попадания из бласт-пистолета внутри что-то оторвалось. — Каким бы могучим ни был этот левиафан, он все равно сделан из мяса. И чума заберет его так же верно, как и тебя. Спрятаться будет негде. Ни тебе, ни тем, кто пришел сюда с тобой.
Он замолк, делая вид, что прислушивается:
— Подожди, ты слышишь? Похоже, в игру вступил новый игрок.
Через входную дверь долетели отзвуки медных тарелок и демонического хохота. Улыбка Фабия стала шире.
Гексахир резким движением прервал поднявшийся среди друкари лепет.
— Твоя самоуверенность опасно близко подошла к высокомерию, Фабий, — сказал он. — Мне кажется, ты блефуешь. Если у тебя есть такое оружие, то почему ты не воспользуешься им прямо сейчас?
Фабий склонил голову, пытаясь отдышаться. Он чувствовал, как сердца пропускают удары и тяжелеют конечности.
— Я собираюсь здесь умереть, но в историю не уйду без компании, Гексахир. — Он поднял глаза, припечатав гемункула горящим взглядом. — Это мой погребальный костер, а вы все — псы, легшие к моим ногам.
— То есть мы зашли в тупик, — сказал Гексахир после некоторого молчания.
— Только если у тебя нет воображения, — хрипло проворчал Фабий. Он вытер кровь со рта и показал ладонь. — Похоже, я умираю.
— И что? — поинтересовался Гексахир. — Я знаю, что
— Но это буду не я. — Фабий постучал себя пальцем по виску. — Этот разум… этот я… тот, кто… опозорил тебя, умрет здесь. Ведь это, по крайней мере, твоя моральная победа?
— Этого мало, — отозвался Гексахир.
— Что есть. Ты не в том положении, чтобы упираться, Гексахир. — Взгляд Фабия метнулся к Мелюзине. — Ты поймал одного демона, а сможешь сразиться с целой армией? Особенно когда вокруг тебя рушится твоя бесценная Башня?
Гексахир тихо зарычал:
— Чего ты хочешь?
— Ты прекратишь эту детскую вендетту, — сказал Фабий. — Начиная с этого момента все старые долги будут забыты, ты спишешь мне все со счетов. — Он перевел взгляд на Олеандра. Его бывший ученик подобрался к Гексахиру ближе. Их глаза встретились, всего на мгновение. Олеандр чуть кивнул, и Фабий напрягся.
Гексахир надолго замолчал. Потом рассмеялся:
— Ужасные условия. На такие можно пойти, только если сильно припрет. Я считаю, что ты блефуешь, Фабий. — Он махнул рукой: — Взять его! Авара, ты и остальные готовьтесь к битве. Мы отойдем с боем…
Олеандр прыгнул.
Гексахир с удивленным возгласом обернулся. Он сунул руку за пазуху, пытаясь что-то достать, но Фабий оказался быстрее. Он схватился с генмункулом, и его рука нащупала болевой жезл.
— Олеандр, лови!
Тот с радостным воплем поймал жезл. Гексахир взвыл, словно раненый кот, и его спинные щупальца устремились вниз, отбросив Фабия. Генмункул обернулся к Олеандру, изрыгая проклятия. Несколько развалин заступили дорогу Олеандру, когда тот двинулся на хозяина. Но у бывшего десантника на уме была совсем другая цель.
Пока Фабий поднимался на ноги, Олеандр обрушил жезл на голову гротеска, одним ударом размозжив тому череп. Зверюга рухнула, и хрустальный футляр с мелодичным звоном упал на пол. Олеандр вскинул жезл. Гексахир завопил. Фабий, зная, что сейчас произойдет, нырнул в укрытие.
Болевой жезл, по крайней мере, тот прототип, который он изобрел, был основан — частично — на устройстве Пытки. Внутри него не было демона, но питал его миниатюрный реактор темносвета, поэтому им можно было пользоваться без страха остаться без заряда.
Уже треснувший от удара, убившего гротеска, жезл не выдержал второго, и последовал взрыв такой силы, что Фабий испугался, как бы не обрушилась вся комната.
Помещение наполнилось дымом и огнем. Фабий с трудом поднялся на ноги. Он ничего — и никого — не видел. И тут по наплечнику резанул выстрел, чуть снова не бросив его на пол. Дым завихрился, поредел, и Фабий разглядел Гексахира, отступающего к выходу в сопровождении своих помощников. Друкари вопили, кто-то смеялся.
В стену рядом врезался воин-кабалит, напугав Фабия, и рухнул на пол. Доспехи на нем были разбиты. Старший апотекарий услышал вой осколковых ружей и глухой визг бласт-пистолета. Прибыли подкрепления.