Фабрика Искусств

– Вы к кому? – грубо вопросил широкоплечий охранник.

– Я по объявлению, – заметно оробела я, но отступать не планировала.

Да и некуда было, если откровенно. Просто это было единственное место в городе, где требовались работники по моей профессии с возможностью обучения, то есть наличие опыта было желательным, но необязательным условием. Это меня более чем устраивало, потому что, обойдя весь город в поисках трудоустройства, я везде неизменно слышала одно и то же: “Требуются специалисты с опытом работы

не менее пяти лет”. А где взять тот опыт, если ты вчерашний выпускник Академии Магических Искусств? Да еще в дипломе твоем обозначена такая профессия, которой уже не существует практически – специалист по Художественной магии.

Сказать, что мы работники очень узкого профиля, значит, ничего не сказать. Вообще магов осталось всего ничего, а художественным даром владеют и вовсе единицы. Группа художников в Академии набиралась всего одна и совсем не большая, на восемнадцать человек. А по сему, выпуск адептов по данной профессии осуществлялся раз в пять лет. Вот так вот. Нашей братии было действительно очень мало. А сейчас, в начале нового тысячелетия, когда в нашу жизнь неожиданно, но как-то очень стремительно, ворвались новые технологии, магия, к сожалению, уже стала практически не нужна. И бедным несчастным молодым кадрам становилось очень сложно найти работу по специальности.

Тем не менее, на каждом даже самом маленьком предприятии имелся представитель данной совсем не востребованной профессии. Это было как дань древней традиции. Технологии технологиями, а специалист по Художественной магии должен быть, тут как ни крути. С другой стороны, если в организации уже такая единица присутствует, так зачем им еще одна, тем более, вчерашняя адептка с нулевым опытом. Откуда берется опыт у молодого кадра? Правильно. Его ж наработать нужно! Но во всех учреждениях желали видеть художника-профессионала. Замкнутый круг какой-то!

В общем, то место, куда я пришла, было последним в моем списке. Если и здесь ничего не получится, даже не знаю, что буду дальше делать. Потому что домой мне возвращаться категорически не хотелось. А потому я прокашлялась, собралась с духом и решила упорствовать.

– Мне бы в отдел кадров, – постаралась придать голосу побольше решимости.

– По какому вопросу? – нет, это не охранник, а дознаватель какой-то.

– Так я же вам сказала – по объявлению, насчет работы, – напомнила я.

– Художественная магия? – продолжал выпытывать этот совсем не охранник.

– Да, – подтвердила я.

Широкоплечий грубиян оглядел меня с головы до ног, особое внимание уделил моей груди, а так же задержался на линии бедер, от чего мои щеки залились румянцем.

– А вы знаете, – охранник наконец вернул свои бестыжие глаза на уровень моего лица, как и положено, – наш уважаемый господин директор на эту должность людей отбирает сам. Лично.

Я сглотнула. Это что за намеки?! Похлопала ресницами на дознавателя. Нет. Не может быть. Просто показалось. Наверное, усталость сказывается. Но на всякий случай решила уточнить:

– Что вы имеете в виду под словами “выбирает лично”?

– Ну как же, –

мужик пошленько усмехнулся, – вы какие-нибудь свои работы с собой принесли? Нет? Тогда вы должны будете продемонстрировать нашему шефу свое умение… в этой области. Мы должны будете ему доказать, что можете… пользоваться Художественной магией. И всячески показать господину директору свой… дар. Наш шеф очень избирателен в этом вопросе, – снова оценивающий взгляд на меня, – он уже многих отверг. Ходят тут всякие… бездарности, только драгоценное время отнимают.

У меня по спине пробежал холодок. Что-то мне все это перестает нравиться. Странная какая-то контора. Везде, где я была ранее, предлагая себя в качестве работника, до господина директора вообще не доходило. Кадровичка обычно требовала мой диплом, внимательно его изучала. Потом задавала несколько наводящих вопросов. И вот как раз на вопросе об опыте работы в данной области меня всегда и срезали. Никому не нужен был совсем зеленый работник. А тут даже в кадры не пустили, дипломом не поинтересовались. Сразу к шефу направили. Непонятно.

Мне в душу закралось нехорошее предчувствие, но я его подавила усилием воли. Вспомнила, что отступать мне таки ж некуда. Решила попытать счастья. Ну поговорю с самим директором. Что здесь такого? Не съест же он меня. В конце концов, сейчас белый день, кругом полно народа. И, выбросив все глупости из головы, я попросила:

– Тогда будьте так добры, проводите меня к вашему господину директору, пожалуйста.

Широкоплечий нагло ухмыльнулся:

– Ну идемте, если настаиваете.

Меня пропустили через турникет. Затем задержали у стойки. Другой охранник, с бандитской рожей, медленно провел детектором вдоль моего тела, просматривая с головы до пят на предмет обнаружения неизвестно чего.

– А что вы ищете? Оружие? – попыталась пошутить я, желая разрядить обстановку.

Меня смерили надменным и совсем не смеющимся взглядом. Потом и вовсе на полном серьезе спросили:

– А у вас оно в наличии?

Я опешила. Вообще-то свободно носить оружие с некоторых пор запрещено законом. У нас с этим строго. За такое можно и в шахты угодить. С другой стороны, я что, похожа на вооруженного грабителя?! Но тем не менее, я честно ответила:

– Нету.

– Это хорошо, – безэмоционально ответил охранник-дознаватель.

Потом все же соизволил добавить:

– Но вообще-то, проверка больше при выходе нужна.

Вот проклятые шестеренки! Я что, иду устраиваться на военный завод?! Вдохнула, выдохнула в попытке успокоиться и взять себя в руки. Полегчало.

– Так вы меня проводите к шефу? – вырвала я охранника из глубоких раздумий, напоминая о цели своего визита.

– Угу, – неопределенно буркнул тот, нехотя отрывая взгляд от моей груди, – пойдемте.

За мной и моим провожатым с громким лязгом захлопнулась дверь, выпуская нас на территорию завода. Впереди маячили громоздкие грязно-серого цвета строения. На много метров ввысь устремились, выпуская едкий черный дым, многочисленные красные кирпичные трубы.