Фаги
Шрифт:
–Она жива?
Тен кивнул и добавил:
–И процветает.
Кеман попытался выяснить где она. Тен помедлил, затем глухо произнёс
– Прости нас обоих, видно пришло время платить по счетам. Мне не поздоровиться за откровение, но видно отвечать всё равно придётся.
Тен взял слово, что его владения
Глава 3 Запретная любовь
Как и всем молодым людям, Кеману и Тине были безразличны расовые различия.
Их это скорее тянуло друг к другу как отрицательные заряды. Тина никогда не придавала значения сексуальному влечению, а искушённый женским вниманием воин – аристократ своего общества Кеман мог похвастаться значительными познаниями в сфере плотской любви. Страх перед колдуньей заставлял его проявлять такт и осторожность; Жизненный опыт и инстинкты, а так же великий советчик – молодость не преминули стать союзниками в соблазнении таинственной почти красавицы.
Сначала, не демонстрируя своих намерений, стараясь заранее не спугнуть желаемую самку, Кеман приучил её к себе как собеседницу. Затем исподволь занялся демонстрацией своего мужского потенциала, чисто теоретически, не переходя к практике.
Прелюдия любви заняла несколько недель, затем представился благоприятный случай блеснуть своей значимостью, один из таких шансов, которые преступно упускать, чтобы не было мучительно больно в дальнейшем.
Кеман лихо отогнал от Тины одичавшую собаку и с рыцарской щедростью не предпринял попытки эту упитанную дичь добыть и использовать по самому рациональному назначению – потребить, а проще сказать –
Умильная картинка и душещипательная ситуация сработали в резонансе – напуганная девушка почти случайно , не отдавая себе отчёт, попала в его объятия…
Затем был месяц шальной любви. Утончённая представительница техногенной цивилизации и альфа – самец дикого мира сливались на общем уровне, пренебрегая законами природы и здравым смыслом.
Тина была девушкой выше среднего роста, как бы вытянутая в длину, длинными были её руки и ноги, узкое лицо. Напоминала росток, тянувшийся из темноты к солнышку. Бледная, даже сероватая кожа Очень высокий голос, такого высокого тембра, что порой его трудно даже воспринимать .Её глаза тоже испытывали нехватку солнечных лучей- нереально крупные, почти полностью один тёмный зрачок. Движения лишены сноровки, немного нечёткие, но реакция на воздействия ускоренная – почти стремительная , казалось – она просто предвидит грядущее действие. Друг Тины – она представила его братом- казался ещё менее юрким и вёл себя гораздо хладнокровнее трепетной Тины.
Крепкий и кряжистый Кеман, казавшийся грубо выточенным из скалы неумелым ваятелем , эталон красоты явно не связывал с внешностью пришельцев. Тем не менее гости ему нравились нездешней внешностью, именно необычное порой ассоциируется с красотой. Кроме того, пришельцы , может развлекаясь, меняли свой внешний вид. Со временем Кеман сообразил, что ничего не менялось, просто гости внушали эти изменения, он увидел отражение в воде, которое оставалось неизменным при любом облике этих странных людей. Раскусив их, Кеман вида не подал, старался как бы подыгрывать им . У пришельцев было психологическое преимущество и знания, а у него инстинкты и опыт.
Конец ознакомительного фрагмента.