Fallin
Шрифт:
— Потому что если мы говорим о тугодумии, то тебе тоже иногда нужно хоть немного пораскинуть мозгами, когда ты что-то делаешь! Или не делай этого вообще!
— Точно! — жизнерадостно заметил Коул, накладывая себе вторую порцию утки в апельсиновом соусе.
— Закрой рот, Коул, или наш ужин омрачится твоей преждевременной кончиной, — прорычал Клаус.
— Видишь, что он делает? — Кэролайн сделала небольшое движение рукой, которое означало ее раздражение. Она повернулась в пол-оборота к младшему Майклсону: — Он только и умеет, что угрожать!
Ладонь Клауса врезалась в стол с такой силой, что подпрыгнули блюда. Он вскочил из-за стола, рывком отодвинув стул. Щека напряженно подергивалась. С гневом он указал на нее пальцем, проговаривая:
— Ну-ка, повтори, что ты сказала?
— Ты еще и глухой, да? — с издевкой сказала вампирша, смотря ему прямо в глаза. В них не было ни тени страха.
Он угрожающе двинулся на нее.
— Повтори, что ты сказала?
Элайджа начал подниматься со своего места:
— Никлаус, пожалуйста…
— Не нужно, Элайджа, — четко произнесла Кэролайн, не отрывая взгляда от гибрида. — Я повторю для особо одаренных.
В этот момент Клаус стоял прямо над ней, и ей пришлось поднять голову, чтобы посмотреть на него.
— Древний, — голубые глаза встретились с серыми, — Гибридский, — Кэролайн и не подумала отвести взгляд, — Идиот, — прочеканила, выделяя каждое слово, вампирша.
Его ладонь легла на спинку ее стула и сжала. По древесине прошла трещина.
— Поднимайся, — приказал он низким, ужасным голосом.
Девушка гордо подняла подбородок:
— И не подумаю, понял?
Его пальцы сжались на ее запястье, и он с силой вытащил ее из-за стола. Едва Кэролайн поднялась на ноги, она с силой выдернула руку.
— Как же мне хочется сейчас ударить тебя! Так бы и вцепилась тебе в лицо! — прокричала она, но тут же ахнула, почувствовав, что он берет ее за талию и со скоростью вампира переносится куда-то.
От порыва воздуха, сопровождающего их уход, газету Саймона, которую тот почему-то читал вверх ногами, выдернуло, и она вихрем закрутилась в воздухе во внутреннем дворе дома.
Коул поднял бокал и счастливо заулыбался.
— Надеюсь, они не будут драться прямо на улице, — протянул он.
***
Он перенес их в один из немноголюдных переулков во Французском квартале. Втянув Кэролайн в переулок, Клаус с силой отбросил ее руку и отошел на несколько шагов. По обе стороны от них бурлила жизнь и плескались яркие краски Нового Орлеана. Туристы с веселым смехом радовались жизни и совсем не замечали, что всего в нескольких метрах от них решается чья-то судьба.
Неожиданно его голос разрезал тишину:
— Даю тебе ровно две
— Зачем я приехала?! — громко переспросила она. — До тебя до сих пор не дошло? И нечего включать со мной свой командирский тон, понял? Я не одна из твоих приспешников!
— Не понял!
— Значит ты идиот, — прокричала она, — ты решил меня позлить этой итальянкой, поздравляю, у тебя это прекрасно получилось. Но знай, — Кэролайн резко развернулась и указала на него пальцем. Ее глаза горели огнем. — Сначала я размажу ее мозги по стенке, а потом займусь тобой, Майклсон.
— Тебя больше не касается, что я делаю! — прокричал он в ответ.
— Меня не касается? — встрепенулась Кэролайн. — Меня не касается? Да пошел ты к черту! Господи, за что мне достался такой придурок, — она возвела глаза к небу.
Клаус мгновенно оказался перед ней, угрожающе нависая.
— Еще раз назовешь меня так, и я… — Она с силой оттолкнула его от себя. Вышло не очень убедительно, в итоге Клаус попятился всего на несколько шагов.
— И что ты мне сделаешь, а? ЧТО? — Сейчас она напоминала ему не милую, всегда улыбчивую Кэролайн, а разъяренную тигрицу. — Что я должна сказать, если им ты и являешься?
Клаус резанул ее гневным взглядом и зарычал.
— Простите, мистер «Мое эго больше штата Луизиана», ведь я так обидела тебя, да? — она кричала что есть силы, и наверняка если продолжит так и дальше, то охрипнет. Но ей было плевать. Она скажет, что хотела.
— Какой же ты бедный и несчастный! Подумаешь, пожертвовал своими принципами один раз и приехал за ней, а сучка-Кэролайн обидела тебя, назвала плохими словами, как же так?!
Кэролайн мерила шагами переулок.
— Приехал за тобой? — уничтожающе бросил он. — Забудь об этом. Ты мне не нужна!
Но она словно не слышала.
— Как ты, наверное, страдал из-за того, что я наговорила тебе, — бубнила она сама себе. — А что ТЫ в ту ночь наговорил мне, ты забыл? Забыл, что ТЫ сделал?!
Клаус застыл как громом пораженный. В голове снова всплыли подробности той ночи. Они с ней ведь так и не поговорили об этом.
— Что ты хочешь от меня, Кэролайн? — заревел он. — Что я должен был сделать?
— Я не знаю, что ты должен был сделать, — в отчаянии вскричала она. — Что-нибудь! Хоть что-то!
***
В это время в столовой «Бойни» Коул накладывал себе еще одну порцию фрикасе из телятины и беззаботно похлопал Давину по колену под столом. Шатен обратился к своей девушке:
— Почему мы так с тобой не ругаемся, Ди? — шутливо спросил он.
Давина скептично подняла бровь.
— Хочешь начать прямо сейчас?
— Если примирение будет таким же сладким, как у этих двоих… — подмигнул он ей. Его девушка только лишь закатила глаза.
В столовую вошел Саймон.
— Саймон, — обратился к нему Элайджа, — ты нашел их?