Фанатик
Шрифт:
Он быстро прибыл в порт и, когда подъезжал к пристани, уже забыл о своих огорчениях. К нему вернулась присущая ему наблюдательность и умение схватывать все на лету — признаки настоящего полицейского.
Двое патрульных скучали возле покрытого клеенкой тела. Один из них, верзила-ирландец Майк О'Шайн, работал в порту давно и знал порт как свои пять пальцев. Другой, Дик Лоусон, был моложе и гораздо менее опытен. Он работал в паре с О'Шайном лишь полгода. За информацией Лепски обратился именно к О'Шайну.
— Это
Наметанным глазом он сразу определил, что девушка умерла раньше, чем утонула. Рваная рана на виске была смертельной. Он хмыкнул, затем обратился к Лоусону:
— Вызови санитарную машину. Пусть доставят тело в морг.
В этот час в порту было безлюдно, и троим мужчинам никто не мешал.
— Ее кто-то ударил, Майк? — спросил Лепски.
— Не думаю. Посмотри туда… — О'Шайн подвел его к краю мола и указал на нос прогулочного катера. — Я думаю, она потеряла равновесие и, падая, разбила голову о нос катера. Видишь, пятна крови.
Лепски посмотрел на пятна крови, отчетливо видные на белом носу катера, и хмыкнул. Затем взял ирландца за руку.
— Давай покурим, — предложил он. — Дик и один управится.
Ирландец пошел вслед за Лепски и уселся в машине на место пассажира. Лепски сел на место водителя. Когда он увидел, что Лоусон отправился к телефонной будке, чтобы вызвать санитарную машину, открыл отделение для перчаток и достал бутылку виски. Маленькие глазки ирландца довольно заблестели. Лишний раз приглашать его не требовалось: он сделал пару больших глотков, вытер горлышко бутылки и протянул ее Лепски.
— Прекрасный напиток.
Лепски пить не стал. Он спрятал бутылку обратно, в отделение для перчаток, угостил ирландца сигаретой и закурил сам.
— Что ты можешь сказать мне о ней, Майк?
— Это Дрена Френч. Она работала в клубе «Гоу-гоу». В городе появилась полтора года назад. Живет на Анкор-стрит в доме номер 187. У меня с ней проблем не было. Думаю, она выпила лишнего, шла домой и свалилась в воду. Она вообще много пила.
Лепски вздохнул. До чего же тривиальное ему попалось дело. Однако по долгому опыту он знал, что такие простые дела частенько преподносят неожиданные сюрпризы.
— Парень у нее был?
— Ха!.. Крутился возле клуба почти каждую ночь. Неплохой парень… Я слышал, он работает в клинике Гаррисона Уэнтворта… Кажется, он работает там санитаром.
Лепски вздрогнул и навострил уши, с интересом глядя на ирландца.
— Санитаром в клинике Уэнтворта? Ты уверен? — спросил он.
— Конечно.
— Как его зовут?
— Льюис… Да, именно Льюис.
Лепски тут же связался по радиотелефону с управлением. Трубку поднял Якоби.
— Макс… как звали санитара, которому раскроили череп в сумасшедшем доме?
— А я думал, ты занят делом в порту, — недовольно проворчал Якоби.
— Слышишь
— Фред Льюис.
Лепски положил трубку и некоторое время сидел неподвижно, размышляя. О'Шайн с любопытством смотрел на него.
— Майк, у нее были друзья? — наконец спросил он.
— Друзья? У девиц такой профессии настоящих друзей не бывает. Она неплохо ладила с О'Брайеном… Пару раз, когда мы с ней встречались, она упоминала Тин-Тина Вашингтона, бармена. Он ей явно нравился… неплохой парень. Но друзья… — О'Шайн покачал головой.
— Этот, Тин-Тин… где его найти?
— Он снимает комнату прямо здесь, — ирландец ткнул толстым пальцем в сторону большого дома.
Завывая, подкатила карета «скорой помощи». Из нее вышли два санитара.
— Давай, Майк, иди. Я отлучусь ненадолго, — сказал Лепски. — Скажи Лоусону, чтобы охранял катер. Что-то здесь не так.
— Спасибо за выпивку. И не беспокойся, я прослежу за всем.
О'Шайн вышел из машины и, тяжело ступая, направился к машине «скорой помощи».
Лепски вновь поднял трубку радиотелефона.
— Мне нужен фотограф. Макс, — сказал он, когда ему ответил Якоби. — И пришли кого-нибудь из отдела по расследованию убийств.
— Здесь только Маклин… остальные все заняты в клинике. Что случилось, Том?
— Быстрее пришли ко мне фотографа и Маклина, — словно не слыша вопроса, повторил Лепски.
Он вышел из машины и направился к дому, который указал О'Шайн. Обычный дешевый пансион, каких много в районе порта. Неопрятный старик, дремавший за конторкой, встрепенулся, когда вошел Лепски. Он знал полицейского, и в его слезящихся глазках зажглась тревога.
— Добрый день, капитан, — сказал он. — Что-то случилось?
— Это тебе лучше знать.
До того, как стать детективом, Лепски много лет проработал патрульным полицейским и хорошо знал всех старожилов порта, да и они его хорошо знали.
— У нас все нормально, капитан… Спокойно, как в детском садике.
— Ха!.. С двухголовыми монстрами… Знаю я вас.
Старик беспомощно улыбнулся.
— Все тихо, капитан… клянусь.
— Как мне найти Тин-Тина Вашингтона?
— Вы хотите его забрать, капитан? — старик выпучил глаза. — Более безобидного…
— Где он? — по-полицейски рявкнул Лепски. — В какой квартире?
— Верхний этаж… Дверь выходит на лестничную площадку. Часа три как спит…
Лепски начал медленно подниматься по лестнице и достиг пятого этажа. Он забарабанил в дверь, подождал, потом снова начал стучать. С той стороны двери послышались шаги, и дверь распахнулась. Стоя в одной рубашке, Тин-Тин сонно помаргивал. Узнав полицейского, пригласил его наконец в маленькую чистенькую комнату.
Лепски осмотрелся, одобрительно кивнул и уселся на стул.